Лодка

Это сегодня по Карелии мы путешествуем на поезде, внедорожнике, квадроцикле. А еще столетие назад главным средством передвижения для северного жителя была лодка. По рекам и озерам, по Белому морю ходили на соймах, шитиках, баркасах и дорах. О традиционных деревянных лодках — в новом выпуске проекта «100 символов Карелии».

На озере. Фото: Игорь Георгиевский

На озере. Фото: Игорь Георгиевский

Вот, к примеру, первый Олонецкий губернатор, Гаврила Романович Державин. Не любил человек кабинетную работу, и летом 1785 года отправился обозревать подконтрольные территории лично.

В поденной записке, позже им составленной, много деталей этого путешествия: географические подробности (протяженность рек и озёр), отчёты о работе плавильных заводов и мраморных ломок, мелочи жизни и быта кореляков. Губернатор с сопровождающими лицами проделал путь почти в две тысячи километров, и в основном — по воде.

Отправимся и мы вслед за ними.

Начало

Люди на берегах Онежского озера и Белого моря появились около семи тысяч лет назад. Собирали грибы/ягоды/орехи, охотились и ловили рыбу, промышляли морского зверя.

Охота на морского зверя. Беломорские петроглифы. Фото: Игорь Георгиевский

Охота на морского зверя. Беломорские петроглифы. Фото: Игорь Георгиевский

Тогда же появились в наших краях и первые, простейшие плавсредства: плоты, долблёные и каркасные лодки. Без них было не выжить.

Шкуры животных, кора, ветви и корни деревьев были первыми материалами для строительства лодок. Когда человек освоил обработку камня, дело пошло быстрее: каменные топоры облегчали валку деревьев, тесла — их обработку.

На Беломорских петроглифах есть много сцен промыслов и морской охоты на белух и тюленей. Среди рисунков на скалах мыса Бесов Нос Онежского озера часто встречаются изображения каркасных и долблёных лодок. На борту — от одного до нескольких (иногда до двух десятков) гребцов и охотников.

Археологи до сих спорят о том, изображены ли на карельских скалах реальные промысловые лодки, или это аллегорические изображения, созданные кварцевым отбойником древнего художника.

Юрий Савватеев. Фото: Игорь Георгиевский

Юрий Савватеев

Юрий Савватеев. «Рыболовство и морской промысел в Карелии»:

Без лодки не могли обойтись ни рядовые люди, ни герои, ни божества. Высокое качество лодки, быстрота и легкость хода, устойчивость, общий ее вид к тому же, видимо, служили предметом общественного внимания и престижа.

При трактовке изображений лодок, их реконструкциях возникли серьезные разногласия. Одни исследователи принимали их за реально существующие лодки, использовавшиеся для охоты и промысла, а также в транспортных целях. Другие воспринимали их как фантастические образы — символические изображения солнечных ладей, которые вслед за уходящим солнцем перевозили в загробный мир души умерших.

Соотношение реальности и вымысла — вечная тема искусства. Вполне отчетливо проявляется она и в петроглифах Карелии. Фантастическое в них переплетается с жизненно правдивым началом, опираясь на которое и выбрав определенные события, явления и образы, сознание укрупняет и обобщает их, наделяет сверхъестественными свойствами.

Водные дороги

Водные пути тысячелетиями оставались главными и, по сути, единственными в освоении территории современной Карелии.

Ледник оставил тысячи рек и озер, протоками соединенных между собою. И с древнейших времён именно малые деревянные суда осваивали пространства Европейского Севера. На лодках, по воде, продвигались, обживая новые земли, карелы, вепсы и русские. Вдоль водных путей появлялись и росли деревни.

Лодки нужны были разные. Для рыбалки, охоты, морского зверобойного промысла, заготовки леса, добычи водорослей, болотной руды и жемчуга, для перевозки людей, грузов и скота.

М.А. Круковский. «Олонецкий край», 1904:

Другая значительная деревня по тракту — Телекино… Население деревни — староверческое, занимается между прочим постройкой лодок.

Я не мог понять, к чему здесь такие большие лодки, и только к вечеру узнал, в чем дело. По реке плыло что-то громадное, черное, заслоняя собой половину неба: это был громадный движущийся стог сена, построенный на двух лодках, соединенных перекладинами. На лодках находились гребцы. Телекинские сенокосы находятся очень далеко, и сено доставляется сюда только таким, сплавным путем.

Писатель, этнограф, фотограф Михаил Круковский в 1899 году совершил путешествие по Олонецкой губернии и посетил четыре уезда: Петрозаводский, Олонецкий, Повенецкий и Пудожский.

В 1904-ом году вышла его книга (очень живая и любопытная) — «Олонецкий край. Путевые очерки». Иллюстрирована фотографиями и рисунками автора.

 

И Круковский, и более поздние исследователи отмечают: здесь, на Севере, существует самобытная народная культура судоходства и судостроения. Особенности водных и водно-волоковых (без этого было никуда) путей определяют судостроительные традиции.

Вячеслав Орфинский. Фото: "Республика" / Леонид Николаев

Вячеслав Орфинский

Академик Вячеслав Орфинский пишет, что крестьянская лодка — неотъемлемая часть народной культу­ры, особенно в таких регионах, как Карелия, где водные пути зачастую превалируют над сухопутными. Показательно, считает он, что в силу различных обстоятельств на северо-западе России уже перестали строить традиционные типы домов, но в некото­рых центрах судостроения сохранились местные лодки, которые стро­ятся по вековым традициям.

Р.Ф. Никольская (Тароева). «Материальная культура карел». Издательство «Наука», 1965:

Лодка в жизни карела занимала большое место. На ней перевозили грузы, сено с покосов, ловили рыбу, во время свадьбы она заменяла праздничную конную повозку, наконец, в последний путь карела везли также на лодке, так как большинство сельских кладбищ располагалось на островах.

В северной Карелии часть старой лодки служила намогильным памятником, причем на могилу мужчины обычно клали корму (возможно, потому, что лодкой всегда правил мужчина), а на женскую могилу — носовую часть (женщина, как правило, всегда гребла, «сидела на веслах»).

Старинное карельское кладбище. Из книги Р. Тароевой "Материальная культура карел". Издательство "Наука", 1965

Старинное карельское кладбище. Из книги Р. Тароевой «Материальная культура карел». Издательство «Наука», 1965

Шьём лодку

К началу двадцатого века в Олонецкой губернии шитьём лодок (а в те годы их именно шили — корнями деревьев, без гвоздей) занималось более 250 кустарей. Только в десяти волостях Петрозаводского уезда лодки строили 58 человек.

И лодки все были разные, и остаются разными до сих пор. Даже перечислить все названия в одном тексте не получится: у каждого карельского озера свои особенности — и лодки шились с их учетом. А назывались часто в честь водоёма, по которому ходили — «сямозерка», «водлозерка», «кижанка».

Лодочный мастер в Шале или в Нюхче до сих пор шьёт лодку так, как это делали его отец и дед (а тех тоже учили отцы и деды).

 

С. В. Максимов, «Год на Севере». 1871:

Давно и положительно известно, что лодейные мастера не знают ни чертежей, ни планов и руководствуются при строении судов только навыком и каким-то архитектурным чутьем, которое, как кажется, надо считать прирожденною особенностью карельского народа.

В то же время остальные приемы при деле установлены дедовскими и прадедовскими обычаями, преданием и наглядным наставлением. Точно так же положительно известно и то, что архитектура беломорских судов однообразна и точно такая же и теперь, какая была — говоря поморским же выражением — при царе Капыле, когда грибы воевали с опенками, или, лучше, когда еще правила Поморьем Марфа Посадница.

Таковы лодьи, таковы кочмары, таковы шняки и раньшины. Для всех этих судов чертежей и планов не существует.

Последние «настоящие» шитые лодки рыбаки использовали в удалённых районах Русского Севера до середины прошлого века. Дальше (чтобы сохранить традицию) работали уже реконструкторы.

В филиале Национального музея Карелии в селе Шелтозеро хранится реплика древней лодки, которую сшил самый известный в России мастер традиционного судостроения Михаил Наймарк. При строительстве этой реплики доски соединялись корнями ели и сосны при помощи особой технологии, напоминающей шитьё, из инструментов применялись только топор, нож, стамеска, бурав («напария») и коловорот с ложечным сверлом.

В национальном парке «Водлозерский» Михаил Наймарк возродил некоторые исчезнувшие технологии и реконструировал несколько шитых корнем лодок: кольскую шняку, водлозерку и новгородский набойный чёлн, шведскую, датскую и финскую лодки.

 

Михаил Наймарк. Альманах «Соловецкое море», 2004:

В Карелии и Архангельской области до сих пор говорят: «шить лодку», вместо «строить лодку» или «делать лодку», хотя теперь имеется в виду именно постройка лодки на гвоздях. При этом только пожилые люди помнят, что глагол «шить» когда-то имел прямой смысл.

Конструкция же, форма и основные приемы постройки оставались прежними, благодаря этому для реконструкции требовалось сделать только один шаг, обратный переход с гвоздей на шитье корнями. Методику шитья помогла восстановить находка фрагментов лодочных досок с сохранившимися отверстиями, желобками и остатками стежков. Эти доски уцелели благодаря тому, что были вторично использованы в старом деревенском доме как настил на чердаке.

Интересно сравнить трудоемкость постройки такой лодки с постройкой современными методами, из готового теса, распиленного на пилораме, и с применением гвоздей. В последнем случае работа занимает около 30 рабочих дней, не менее месяца; на корнях, и с учетом вытесывания досок, получается вдвое дольше.

Мастер

Николай Тарасов. Фото: Лилия Кончакова

Николай Тарасов. Фото: Лилия Кончакова

Николай Тарасов живет в Заозерье, на земле своих предков (семья Тарасовых упоминается еще в Писцовых книгах Обонежской пятины 1563 года).

Один из первых фермеров Карелии, Николай Николаевич до сих пор сеет рожь и держит корову. Дел всегда много, но когда есть время, житель Заозерья строит лодки. Того же «фасона», что строил его отец.

— Я использую ветроповальное дерево, елку. Осенью ветра большие, падает много хороших деревьев. Ель надо выбирать прямослойную и брать вовремя, чтобы не успел короед схватить. Вычищаешь корень лопатой, ломиком — это будет кокора, нос лодки. И потом уже эту заготовку обтёсываешь, делаешь матицу, на которой держится вся конструкция.

Доску надо загонять четко и плотно, чтобы не было щелей. Раньше ставили на паклю, на веревку просмоленную, кто как. Мы сейчас используем герметик полиуретановый. Он эластичный, мягкий — но доску эту уже не снимешь, она скорее в другом месте порвется, не там, где склеил. Зашиваешь борта, выдерживаешь фасон.

 

На лодку обычно уходит месяца два. Николай Николаевич говорит, что в этом деле нужен настрой, порыв. Если нету — лучше не начинать.
Свою самую большую лодку, онежскую сойму, он построил «на кураже» за месяц. Одиннадцать с половиной метров в длину, почти три в ширину, борт низкий. Такая конструкция любую волну выдержит.

— В прошлом году перешёл на ней в одиночку Онежское озеро, от Ивановских островов до Кижей. Когда спустил ее на воду, сразу в шторм попал: гроза, ливень, у меня было пол-лодки воды. И я шел один, через всю эту волну. И пришел в Кижи. И завоевал первое место в «Кижской регате».

Такой сойме шторм не страшен. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Такой сойме шторм не страшен. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

— Эту сойму я назвал Беловодье, — говорит Тарасов. — Слышали про такую затерянную страну? Ее не надо искать далеко, на Алтае где-то. Беловодье — это состояние души человека, его образ жизни. Жить надо по-человечески, по-нормальному. Вот и всё.

«Кижская регата»

Для того, чтобы увидеть традиционные карельские лодки, не обязательно ехать в Вокнаволок, Кемь или Нурмолицы. Больше двадцати лет на острове Кижи в августе проходит регата — на лодках-кижанках и не только.

Традиционный праздник деревянного судостроения на острове Кижи. Фото: Игорь Георгиевский

Традиционный праздник деревянного судостроения на острове Кижи. Фото: Игорь Георгиевский

Лодки в Заонежье шили разных размеров. Для рыбалки на внутренних озерах — небольшие (до 3-4 метров), для плаванья между деревнями — шестиметровые, для выхода в открытое Онего — восьмиметровые. Ну а для перевозки грузов по Онежскому озеру с выходом в Ладогу — лодки длиной до 9 метров с двумя мачтами.

Юрий Наумов. Фото: Игорь Георгиевский

Юрий Наумов

— На Онежском озере всегда было развито судостроение и судоходство, — говорит Юрий Наумов, ведущий научный сотрудник отдела истории и музея-заповедника «Кижи». — На Кижских островах за последнюю тысячу лет сформировалась островная крестьянская культура с развитым центром судостроения, который сохранялся до 1970 годов — здесь ежегодно строились сотни лодок по заказам со всего озера. Кижская волость подарила нам не только былины древней Руси и шедевры народной деревянной архитектуры, но и лодку-кижанку

Юрий Наумов на острове Кижи работает почти двадцать лет, и за это время собрал три десятка традиционных лодок разных типов из разных районов Карелии — уникальную для музеев России коллекцию. Это Юрий Михайлович в 1999 году придумал и организовал фестиваль народного судостроения и судоходства «Кижская регата», теперь уже — международный.


Юрий Наумов, ведущий научный сотрудник отдела истории и музея-заповедника "Кижи". Фото: Игорь Георгиевский

Юрий Наумов

Лодку как символ Карелии представляет Юрий Наумов, ведущий научный сотрудник отдела истории музея-заповедника «Кижи», заслуженный работник культуры Республики Карелия:

— Лодка не просто символ Карелии. Я считаю, что лодка — ее главный символ. Воды на Русском Севере много, водные магистрали в дремучих непроходимых лесах, среди камней, скал и болот с древнейших времен были главными дорогами. Именно так осваивались эти суровые территории — на лодке. Под парусом, на вёслах.

Без лодки человек был как без рук. Сегодня мы гостей собираем на «Кижскую регату» — здесь природа, здесь размах, здесь национальный колорит. А раньше всё это было просто частью жизни, в которой были не только праздники.

Не преувеличу, если скажу, что Карелия сегодня стала настоящим заповедником народного лодкостроения. А Петрозаводск в последние годы — главным в России центром строительства исторических судов: здесь действуют четыре верфи, работают мастера-лодочники, набирают новых учеников. Так что традиция — жива.


Над проектом работали:
Мария Лукьянова, редактор проекта
Елена Фомина, журналист, автор текста
Игорь Георгиевский, фотограф
Сергей Юдин, фотограф
Павел Степура, вёрстка
Елена Кузнецова, фотограф

Идея проекта «100 символов Карелии» — всем вместе написать книгу к столетию нашей республики. В течение года на «Республике», в газете «Карелия» и на телеканале «Сампо ТВ 360°» выйдут 100 репортажей о 100 символах нашего края. Итогом этой работы и станет красивый подарочный альбом «100 символов Карелии». Что это будут за символы, мы с вами решаем вместе — нам уже поступили сотни заявок. Продолжайте присылать ваши идеи. Делитесь тем, что вы знаете о ваших любимых местах, памятниках и героях — эта информация войдет в материалы проекта. Давайте сделаем Карелии подарок ко дню рождения — напишем о ней по-настоящему интересную книгу!