«Тихая жизнь вещей»: рыбы, груши, брют и метафизика

В Городском выставочном зале Петрозаводска проходит выставка натюрмортов современных художников (0+). Можно представить себе, рыб, которых заворачивали, домик Алексиса Киви, отражение предметов в самоваре, настенный календарь Бадри Топурия и многое другое. Репортаж «Республики» с вернисажа.

На вернисаже. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

На вернисаже. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

Выставка «Тихая жизнь веще» в Городском выставочном зале представляет работы 42 авторов из Карелии, Мурманска, Санкт-Петербурга, Череповца и других городов. В каждом произведении – особая жизнь вещей, окружающих художника. В общей композиции бытовое может проявить неожиданную гармонию, прикладное стать художественным манифестом, трансформация предмета обнаруживает новые смыслы.

Об истории экспозиции рассказывает заведующая Городским выставочным залом Мария Юфа.

– Инициатором выставки стала Наталья Кошелева. Она предложила проект от лица Карельского союза художников, а мы с радостью откликнулись, потому что жанр натюрморта необычайно интересен. С натюрморта начинается обучение каждого художника. Учениками они рисуют предметы, оттачивая свое мастерство, потому что только неживая природа может долго выдержать этот мучительный процесс. Кроме того, жанр натюрморта многообразен, он дает большие возможности для проявления авторской индивидуальности, его взглядов на мир. Предмет, который мы можем не замечать, для художника становится поводом для высказывания, для созерцания, наблюдения, открытия скрытых смыслов. Связи, которые возникают между предметами внутри натюрморта, часто образуют сложный сюжет, который не каждый сможет прочитать. Попытаться рассказать эту историю, рассказать о многообразии натюрморта в искусстве наших современников было нашей задачей, – говорит Мария Юфа.

Судя по экспозиции, жанр натюрморта может быть проявлен в самых разных видах, формах, техниках и материалах. Здесь и живопись, и графика, и ассамбляж, и коллаж, и даже керамика. Взгляд во вчера и в завтра. Игра смыслов, иногда проявляющаяся даже в названиях.

Илья Растатурин. Чья-то тень. Обворожительный. Не спуская с него глаз. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

Илья Растатурин. Чья-то тень. Обворожительный. Не спуская с него глаз. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

Часто художники изображают композиции напротив окна. Городской или иной пейзаж влияет на статичное изображение, иногда подчеркивая неподвижность времени, как в натюрмортах Валентина Чекмасова, а иногда придавая ей движение. Так, в «Утреннем кофе для Павла Филонова» Натальи Кошелевой мы видим не только композицию из «кофейных» предметов, но и интересную геометрию измененного пространства вокруг.

Работы Натальи Кошелевой. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

Работы Натальи Кошелевой. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

Самые простые предметы, сложенные вместе, могут представлять не только геометрию, но и настоящие аналитические концепции. Основой части «Детской серии» проекта «Меланиновый дом» Натальи Егоровой становятся кубики. В аннотации к серии автор пишет о возможном внутреннем конфликте защищенного пространства дома, игры и внешнего неизведанного, иногда агрессивного, мира.

«Кубики» Натальи Егоровой, Александр Трифонов и Аркадий Морозов. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

«Кубики» Натальи Егоровой, Александр Трифонов и Аркадий Морозов. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

Старинные фламандские натюрморты с убитой дичью, фруктами, пышным декором со временем уступили место другим сочетаниям. Кажется, что одними из самых популярных предметов для изображения становятся рыбы и бутылки. Во «фруктовых» композициях доминируют груши. Нередко рыбы изображаются в качестве оммажа, привета, другим авторам прошлого. В работе «Лещ пошел» Елены Обвинцевой, например, чувствуется улыбка автора, соединяющего сакральное и бытовое. Рыбы, завернутые в газету, — классика советского времени. Современный автор превращает натюрморт в объект (Елена Тимофеева «Четверг – рыбный день»). В натюрмортах Артема Стародубцева (бумага, монотипия, смешанная техника) проявляется подтекст, связанный с культурными кодами классического искусства.

В работах Валентины Гайчук много света и цвета. Они сразу приподнимают настроение. Северная рефлексия чувствуется в работе Елены Обвинцевой «Белые ночи. Брют». Менее легкие напитки когда-то заполняли бутылки в мастерской Владимира Лобанова. Композиционное изящество превращает стеклотару в художественное высказывание.

Интересно наблюдать за средой, в которую авторы иногда помещают предметы. Ассоциации рождают новые смыслы. Например, Дмитрий Новицкий в серии «По Северному пути» создает условный коллаж из истории героического (дирижаблей, ледоколов и пр.) и рабочих предметов и предметов схожей формы, художественно меняя местами их размеры и назначение.

Дмитрий Новицкий. По Северному пути. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

Дмитрий Новицкий. По Северному пути. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

Большинство авторов – наши современники. В списке участников есть и известные карельские художники, которые уже ушли из жизни.

— Мы постарались взять на эту выставку также самые яркие характерные работы в жанре натюрморта, выполненные такими мастерами, которых вы все знаете: Михаил Юфа, Александр Харитонов, Александр Трифонов, Аркадий Морозов, Валентина Чиненова, Валерий Кошелев, — сказала на вернисаже Мария Юфа. — Мне кажется, что их работы придали выставке особую глубину и подняли планку. Многие из них были непревзойденными мастерами.

Каждую работу на выставке интересно рассматривать, вглядываясь в детали, разгадывать, удивляться авторским наблюдениям. Не упустите эту возможность.

Выставка «Тихая жизнь вещей» будет работать в ГВЗ до 16 июня.