Заводчане: преодоление прошлого

Директор Галереи промышленной истории Виктория Никитина о том, какую роль Онежский тракторный сыграл в судьбе Петрозаводска и как новая жизнь завода влияет на бывших онежцев.

Кузнечный цех в 1944 году. Фото: Галерея промышленной истории Петрозаводска

Чем был Онежский тракторный завод для Петрозаводска?

Глобально – это была основа города, база, каркас. Завод не был просто предприятием, которое что-то производит. Это был такой биом, место, где люди реализовывались. Они были ценны сами по себе не просто как рабочая сила или как мозги, а еще и как личности. Предприятие было заинтересовано в многостороннем развитии своих работников, в развитии их талантов, в том, чтобы у них была хорошая семья, хороший настоящий отдых.

Весь завод был сердцем города, где тысячи людей работали в унисон – заводоуправление, здание которого видело еще времена Александровского завода; конструкторское бюро, где люди придумывали машины и доводили их до совершенства благодаря своему уму, испытывали; никуда и без простого мастерового, токаря или слесаря, который непосредственно собирал машины.

Говоря о структуре завода, что можно было бы назвать центром его системы?

Все заводчане были полноправными участниками процесса производства. Поэтому многие из них говорят о своем вкладе, а не о том, что кто-то был главный, какой-то цех был главный. Но все-таки директор завода был главным, он был главой коллектива, руководителем с огромной ответственностью — человеком между молотом и наковальней, между директивами сверху и их исполнителями.

Каждый на заводе был частью сообщества — представить себе невозможно, что кто-то видел, что бумажка валяется и не поднял бы ее. Конечно, были в коллективе и бывшие зэки, и алкоголики, но большая часть людей была с огромной степенью личной ответственности. На заводе не работало людей без образования, его получение всячески поощрялось и люди развивались. Заводчане прекрасно понимали, что нельзя превращаться в простых исполнителей процесса, поэтому они писали прозу, стихи, снимали фильмы и фотографии. Газету издавали, которая была не просто передовица завода, а там были действительно потрясающие материалы, интервью, проза – всё это было для думающих людей.

Как была устроена заводская газета и о чем в ней писали?

Во-первых, сначала это была «Вагранка», а не «Онежец». Это была пропаганда, безусловно – СМИ, ориентированное на большой коллектив, где печатались материалы, важные для государственной политики. Имя газеты – это название рабочего механизма, печи для плавления чугуна, то есть символ, который всем на заводе был понятен. В «Вагранке» была система рабкоров, рабочих корреспондентов, то есть не профессиональных журналистов. Это были люди, которые работали в цеху – человек работает, и вот у него есть жжение в груди, и он решил написать, что его так встревожило. Рабкоров поощряли, обучали, мотивировали писать.

После войны газету переименовали в «Онежец», и она стала официальным СМИ завода, где уже работали профессиональные журналисты. Многие из состава редакции потом стали известными в республике журналистами – Ольга Малышева, Алла Белозёрова. Такая кузница кадров.

Почему бывшие заводчане долго не рассказывали о своем опыте работы на ОТЗ?

Девяностые наложили странную печать молчания на все воспоминания о заводе — советское прошлое было принято дискриминировать. Мол, тогда абсолютно всё было плохо, а сейчас — наоборот. Интересно, что сейчас романтизируют советский период.

Мы, можно сказать, очистили рану своими проектами. Раньше люди с горечью говорили, что завод разрушен, относились к этому с негативными эмоциями, не зная, кого обвинить. С прошествием времени, с тем, что обратили внимание на завод, на его людей, они стали раскрываться и говорить честно о заводе, без романтизации прошлого.