Лес / Meččü

Правильный карел живёт в лесу — даже если он живёт в городе. Потому что глухаря в клюквенном соусе ещё никто не отменял, а белый гриб лучше покупного шампиньона.

Но забудем на время про рагу из зайца — поговорим о елях и берёзах. Заблудимся в трёх соснах.

Державин«Сосна [карела] греет, сосна питает, сосна и веселит», писал в Поденной записке Гаврила Державин, первый губернатор Олонецкой губернии. И, надо сказать, не сильно преуменьшал.

Греет — понятно: дом и дрова. Питает? У того же Державина читаем: «Лопляне убогие едят хлеб, деланный из сосновой коры или из соломы, и питающиеся оным пухнут и кажутся дородными, в самом же деле слабосильные. Хлеб из сосновой коры следующим образом приготовляется: по снятии коры очищают оной поверхность, сушат на воздухе, жарят в печи, толкут и прибавляют муки, замешивают тесто и пекут хлеб».

Но как сосна «веселила» карела? Речь о кантеле, конечно: «Некоторые… забавляются игрою на гуслях пятиструнных», писал Гаврила Романович. Считал поэт не очень хорошо — в Карелии и в те годы встречались кантеле с куда бОльшим количеством струн.

Дерево / Puu

Главными деревьями карелы считали берёзу и ель: первая как бы олицетворяла женское начало, а вторая — мужское. Такой вот карельский инь-ян.

 

Карелы и вепсы верили, что деревья обладают душой и могут покровительствовать живущим возле лесов людям. Неправильно срубленное дерево могло отомстить человеку: причинить вред или даже убить. Поэтому рубили (а рубить всё равно приходилось) по особому ритуалу.

Перед тем, как идти в лес, карел запасался специальным заговором, который должен был уберечь от ушиба деревом. В самом лесу первым делом нужно было спросить разрешения на рубку у хозяев леса — духов. Только потом лесоруб приступал к работе.

Старые деревья трогать запрещалось, поскольку свой век они должны были дожить «естественный путем». Перед тем, как вонзить в древесную плоть топор, злодей-дровосек касался ствола рукой, мысленно прося у него прощения.

 

Топор никогда не оставляли воткнутым в дерево: это считалось неуважением к природе — у нарушившего запрет всю жизнь болели бы руки.

Обряды и заговоры / Tavat da tiedovoičukset

С лесом (и деревом) у карела было связано много обрядов и условностей. Даже самый простой костёр жёгся по определённым правилам.

Недогоревшие головни из костра (да и печи) карелы не выбрасывали, а дожигали позже: иначе "головня угаром голову накажет". Фото: Игорь Георгиевский

Недогоревшие головни из костра (да и печи) карелы не выбрасывали, а дожигали позже: иначе «головня угаром голову накажет». Фото: Игорь Георгиевский

Строительство дома и вовсе становилось ритуалом. Первое правило: рубить можно не каждое дерево — и дело даже не в свойствах. Растёт на месте старой церкви или часовни? Нельзя. Сухое? Нельзя — иначе жители будут страдать от «сухоты» (болеть, худеть и умирать).

Грамотный карел поступал так: в феврале (потому что в конце зимы дерево глубоко спит!) шел в хороший бор и рубил направо-налево будущий стройматериал. В село дерево доставляли как умершего человека — нижней частью вперед. И оставляли лежать сорок дней — только потом можно было приступать к строительству.

Карельские поговорки

  • Kuh puu kazvau, sihgi i kando happanou / Где дерево выросло, там и пень сгниет
  • Midä metsäh kirguat, sen metsy vastua / Что в лес крикнешь, тем лес и ответит
  • Meččy l’uubiu pravdua / Лес любит правду

Карсикко / Karsikko

В местах захоронений карелы сажали рощи, которые считались священными. В основе древней карельской мифологии лежала идея Мирового древа. Карелы (а заодно и финны) верили, что древо это соединяет землю и небо — мир людей и мир духов.

Но самый известный обряд, связанный у карелов с древесным миром, — карсикко.

Алексей Конкка, старший научный сотрудник сектора этнологии Института языка, литературы и истории КарКНЦ РАН сегодня - главный специалист по карсикко в Карелии. Фото: Игорь Георгиевский

Алексей Конкка, старший научный сотрудник сектора этнологии Института языка, литературы и истории КарКНЦ РАН сегодня — главный специалист по карсикко в Карелии. Фото: Игорь Георгиевский

— Карсикко (от карельского karsie, «обрубать ветки») — дерево-знак, — говорит Алексей. — Это дерево с ветками, обрезанными определенным образом. С обрубленной вершиной (после обрубания вершины на хвойном дереве, как правило, вырастает две или три верхушки), с затесанным или зарубленным стволом. Затесь может быть площадкой, поверхностью, на которой вырезаются другие знаки (например, родовые или семейные — так называемые клейма, знаки собственности, инициалы и даты). Или же зарубка может иметь свою форму: изображение человеческого лица, птицы.

Карсикко делали по десяткам поводов — от смерти родственника до удачной рыбалки-охоты. В местах погребения в результате появлялись целые рощи обрубленных деревьев. Карелы приходили туда поклониться духам предков, а заодно приносили разные жертвенные подношения.

А финские карелы, например, дарили карсикко впервые прибывшему в дом гостю: если гость женатый, посреди ствола оставляли две ветки, если холостой — одну. Иногда ветка указывала в ту сторону, откуда прибыл гость.

Алексей Конкка: "Карсикко известно от Скандинавии и Прибалтики на западе до Урала и Поволжья на востоке. Определенные факты фиксируются в Сибири. И даже в Северной Америке у индейцев!". Фото: Игорь Георгиевский

Алексей Конкка: «Карсикко известно от Скандинавии и Прибалтики на западе до Урала и Поволжья на востоке. Определенные факты фиксируются в Сибири. И даже в Северной Америке у индейцев!». Фото: Игорь Георгиевский

— Знаки на карсикко могут зависеть от функции (например, инициалы и год смерти вырезаются на карсикко умершего), — продолжает Алексей. — Делали карсикко при рождении ребенка или при обряде инициации: например, при первом посещении ярмарки или праздника в другой деревне. Карсикко может быть рекрутским (делается для парня или парнем), свадебным (невестиным) или похоронным.

Рыбаки вырубали карсикко на берегах озер и рек, отмечая большой улов (есть данные, что этот обычай сохранялся до начала XX века). Отправляясь на рыбалку, карел давал обет: «если я поймаю сегодня здесь много рыбы, то сделаю карсикко на месте подъема невода».

Для карсикко старались выбрать дерево с густой кроной, растущее на приметном месте. Потом практичный карел мог по этому дереву узнать место, где хорошо клюет. Заодно за карсикко признавали магическую силу.

 

Рыбаки посвящали вырубленное на берегу карсикко святому Петру, считавшемуся их профессиональным покровителем. Со временем, когда христианство окончательно смешалось с язычеством, такое карсикко в каком-то смысле отождествили с иконой: упоминая имя святого, карел обращался к дереву. Потом об удачном лове стали просить непосредственно дерево.

Существовало несколько техник создания карсикко. Кто-то оставлял несколько веток внизу, кто-то посредине ствола, другие полностью очищали ствол от ветвей, не трогая верхушку. Если подходящих деревьев не было, могли просто сделать зарубку или поставить на уже готовом карсикко крест. Для этого от дерева отщепляли довольно толстый внешний край, который оставался соединенным одним концом с корнем, а в расщеп вставляли поперечину.

 

По карсикко можно было многое узнать о человеке, который его создал. Если родители автора были живы, на карсикко оставляли две ветки, смотрящие на восток и на запад. Если был жив только один из родителей, ветку тоже оставляли одну. О смерти матери и отца говорила одинокая ветка, оставленная с северной стороны. Это подтверждает, что карсикко у карел было частью культа предков.

Даже в двадцатом веке многие карелы верили в магическую связь карсикко с создавшим его человеком, причем связь эта сохранялась и после смерти. В 1914 году парень из деревни Ювялакша (Калевальский район), уходя на войну, сделал карсикко и написал своей матери: «Приходи к этому дереву. Если я пропаду, то дерево это останется в память обо мне».

Согласно деревенским записям мать, пока была жива, часто к дереву приходила. Но сын, судя по всему, с войны не вернулся.

Трава / Rohtukazvi

Лес для карела всегда был аптекой. Деревенский знахарь врачевал не только с помощью заговора, но обязательно использовал отвары трав.

Олонецкие губернские ведомости в 1896 году так описывали ситуацию: колдуны «прописываютъ больнымъ своего рода рецепты, если можно такъ сказать, рекомендуя имъ пользоваться разными кореньями и травами, которымъ приписывается особенная чудодѣйственная сила. Въ этомъ отношеніи весьма интересны такъ называемые травники, переходящіе у нашихъ крестьянъ изъ рукъ въ руки въ спискахъ. Въ нихъ описываются подробно примѣты и свойства травъ, указывается, отъ какой болѣзни онѣ помогаютъ, какимъ образомъ слѣдуетъ ихъ собирать и приготовлять, такъ что травники эти по содержанію представляютъ своего рода энциклопедію ботаники и медицины».

Собирая траву по такой «энциклопедии» необходимо было обязательно молится, обращаться к Иисусу Христу, а потом с заговором принимать отвар или прикладывать траву к больному месту. Использование народной магии и обращение к знахарю тоже не считались грехами.

Травы отъ колдуна, бѣсовскаго навожденія и нечистаго духа.

Трава Папоротникъ. Ростетъ на востокъ лицемъ. Брать ее о купальницѣ съ корнемъ, а копая ея, положить серебра съ четырехъ сторонъ и, вынимая, говорить: «Господи, благослови меня, Отче, сію траву взять, иже въ себѣ, не имѣетъ сердца, тако бы не имѣли сердца на меня раба Божія недруги мои и супостаты и вси человѣцы; и какъ люди радостны бываютъ и убиваются о сребрѣ, такъ бы радостны были о мнѣ сильніи и вси человѣцы». Кто ее носитъ при себѣ, никоторой человѣкъ на него сердитъ не бываетъ. Хотя и не другъ, то за не мыслитъ.

*Переписывалъ травник въ 1767 г. Петровскихъ заводовъ государственный крестьянинъ Илья Ивановъ.

(Олонецкие губернские ведомости, 1884)

Вечнозеленый можжевельник считался хорошим оберегом от злых духов, его ветками карелы и вепсы украшали свой дом. Церковь относилась к разного рода обрядам и оберегам нейтрально , поэтому ветки можжевельника устанавливали как за косяк наружных дверей дома, так и за икону.

С давних времен можжевельник символизирует вечную жизнь, воплощая собою идею победы над смертью, над холодом потустороннего мира, поэтому ветвь этого растения считалась лучшим оберегом для жилища.

Ветки можжевельника - оберег от злых духов. Село Нюхча, Беломорский район, 1964. Из коллекции национального музея Карелии

Ветки можжевельника — оберег от злых духов. Село Нюхча, Беломорский район, 1964. Из коллекции национального музея Карелии

В Национальном музее Карелии хранится небольшая коллекция оберегов, в том числе и веточки можжевельника, сорванные в Ильин день в священной роще на Святой горе в окрестностях села Нюхча.

Священная роща — место поклонения северян. С приходом христианства в рощах появились часовни или небольшие церквушки — язычество переплелось с христианством очень тесно. В священных рощах праздновались православные и языческие праздники — церковь не осуждала.

Ягоды-грибы / Muarjat-sienet

В Водлозерском парке. Фото: Игорь Георгиевский

В Водлозерском парке. Фото: Игорь Георгиевский

Про лисички и грузди, про морошку и чернику нашему читателю можно не рассказывать. Что тут обсуждать — в лес ехать надо!

Поэтому лишь немного этнографии. Хозяйки ходили в лес с плетеными корзинами, а дети с небольшими туесками. Тару для сбора ягод делали из природных материалов, чаще всего из бересты: даже если ягода давала сок, береста не пропускала влагу. Кстати, в бересте ягоды не прокисают очень долго, сутки точно могут продержаться

 

Достаточно теории. Берите корзину и отправляйтесь за грибами. Только не забудьте сообщить друзьям, в какую сторону отправляетесь — это только кажется, что в лесу при дачном кооперативе заблудиться невозможно.

Предусмотрительный человек берет с собой в лес свисток (чтобы потом не кричать «ау»). Берет карту и компас, топорик и спички в полиэтилене. Часы (механические, со стрелками) и фонарик. И еду. Даже если собрался на пару часов за черникой.

Как не заблудиться в лесу? Короткий телемастер-класс от «Уроков карельского»:


К уроку готовились:
Евгений Лисаков, журналист
Татьяна Бердашева, научный сотрудник Национального музея Карелии
Игорь Георгиевский, фотограф
Павел Степура, дизайнер
Елена Фомина, автор и редактор проекта «Уроки карельского»

При поддержке Министерства Республики Карелия по вопросам национальной политики, связям с общественными, религиозными объединениями


«Уроки карельского», национальный проект «Республики». Мы рассказываем о народе, который столетиями жил на берегах Онежского и Ладожского озер, о наших предках и современниках — о людях. История и природоведение, литература и география, труды и физкультура: всё о карелах, финнах, вепсах.

История подвиги: Петрозаводск изначальный