Борьба за топонимы

Почему Бесовец не имеет никакого отношения к бесу, а Онежское озеро – к неге? Из-за чего ударение в Кондопоге падает на первый слог, а в Сортавале – на третий? В Институте языка, литературы и истории КарНЦ РАН уверены: Карелии необходим новый топонимический словарь. Для всех любителей филологии и родной республики в День русского языка – новый выпуск «Ученого совета».

Топонимия Карелии сложна и по употреблению, и с точки зрения происхождения названий. Она вызывает много вопросов не только у туристов, но даже у местных жителей. Официальные атласы республики и дорожные указатели пестрят ошибками, а сами названия населенных пунктов окутаны легендами и мифами о происхождении. Причина – обычное незнание.

Ученые Института языка, литературы и истории КарНЦ РАН начали составлять топонимический словарь Карелии. Об этом еще месяц назад сообщила на заседании совета по русскому языку при главе Карелии научный сотрудник КарНЦ РАН Екатерина Захарова. В словарь войдут названия населенных пунктов, озер, рек и туристических объектов. В нем будут сведения о написании и этимологии географических названий республики.

Почему это важно и насколько это интересно, «Республика» узнала у главного научного сотрудника сектора языкознания ИЯЛИ КарНЦ РАН Ирмы Муллонен.

Ирма Муллонен. Фото: "Республика"/Сергей Юдин

Ирма Муллонен. Фото: «Республика» / Сергей Юдин

Ошибки на картах

В употреблении географических названий Карелии много проблем, которые связаны с тем, что нет четко установленных норм склонения, правописания и даже произношения топонимов – названий населенных пунктов, рек и озер. Часто для разных территорий России, как считает Ирма Муллонен, предлагаются какие-то свои решения, что в принципе не совсем правильно, хотя и понятно в условиях многоязычной страны. Карелия – территория особая, национальная, и проблемы передачи названий на русском языке вызывают еще больше сложностей.

– Одна из больших проблем нашей топонимии упирается в Государственный каталог географических названий России, который находится в ведении Росреестра. С ним должны соотноситься все структуры, так или иначе связанные с топонимами: муниципальные органы, издатели карт и атласов, дорожники, устанавливающие дорожные указатели. Однако в каталоге очень много ошибок. Как результат – эти ошибки  можно найти практически на любой странице географического атласа Карелии. Потом ошибки кочуют, например, на дорожные указатели, – рассказывает Ирма Муллонен. – Совсем недавно я искала в трехтомном атласе Карелии деревню Щеккила Пряжинского района. И у меня ничего не получилось. В атласе она «Щепкина».

 

Рассказала Ирма Ивановна и еще одну историю. Не так давно дорожники отремонтировали мост через реку Коллас на дороге, ведущей в Сортавалу. После ремонта появился новый указатель – «Колос». Ученые связались с дорожным управлением – хотели узнать, как они себе такое позволили. Они же сослались на Росреестр, в списках которого почему-то допускаются три варианта написания. Дорожники взяли самый короткий. Ученым же сообщили, что изменить это можно будет только тогда, когда опоры вновь установленного указателя сгниют и будет устанавливаться новый знак.

Ученые уверены: все это вызывает возмущение у местных жителей, ведь название места – это своего рода знак местной идентичности, бренд места. Его недопустимо просто взять и изменить.

– Интересно, что бы случилось, если бы на указателе из названия «Москва» вдруг пропала одна буква?

Так что первая причина для создания топонимического словаря — выработка нормы. Вторая – к топонимам у местных жителей есть большой интерес: как к бытованию, так и к этимологии.

Бесовец без беса

– Бесовец – очень старое поселение. Первое упоминание о нем появилось в Писцовых книгах Обонежской Пятины 1563 года. Есть и аэропорт, который назывался так же. Несколько лет назад, после авиакатастрофы, тогдашний руководитель республики Андрей Нелидов по предложению патриархии предложил переименовать и село, и аэропорт. Мол, тогда самолеты перестанут падать. Создали даже комиссию при Заксобрании под руководством депутата Анатолия Григорьева. Тогда и я, и директор Национального музея Карелии Михаил Гольденберг, и другие члены комиссии доказывали, что этого делать нельзя, потому что Бесовец – исторический топоним. Существует соответствующий федеральный закон, защищающий исторические названия.  Местные жители тогда собрали несколько сотен подписей в защиту названия своего села. Для них Бесовец – символ их малой родины. Топоним удалось сохранить.

Бесовец

Бесовец

Ирма Муллонен тогда доказывала, что Бесовец никакого отношения к бесу не имеет. Это метафора, образное название порога, при котором возникла деревня: Бесов порог, то есть – шумный, буйный, неспокойный, озорной. Такая модель названия порогов с помощью суффикса «ец» широко распространена на Русском Севере: Сосновец, Медведец, Игримец.

– Топонимы функционируют по своим законам, которые мы постепенно познаем. Каждой территории свойственны определенные модели называния мест. Каждый суффикс имеет свой ареал бытования. За этим стоит своя история, – говорит Ирма Муллонен.

Например, в Карелии есть названия рек, которые оформлены суффиксом «ина» или «ин» – Ивина,  Важина, Марина, Чебина, Неглинка, Лососинка, а есть – с суффиксом «ица». Например, Тамбица, Шалица, Возрица, Падрица. При этом названия с «ина» концентрируются на западном берегу Онежского озера, а с «ица» – на восточном. Очевидно, за этим стоят два разных потока новгородского освоения Обонежья.

Машезеро и Машозеро

В Карелии есть населенные пункты – Машезеро и Новое Машезеро. А есть водоем Машозеро. По словам Ирмы Муллонен, правильнее было бы писать все три топонима через «о».

Изначально это было не русское название, а карельское – «Машярви». Вот подобные примеры – Суккярви, Сямярви, Ледмаярви. Все с ударением на первый слог. Но с притоком русского населения переводная часть «ярви» заменилась на «озеро». Так появились Машозеро, Сямозеро, Суккозеро, Ледмозеро и прочее.

По мнению ученых, на произношении этих топонимов на севере сказалось русское поморское влияние.

Картотека топонимов Карелии в ИЯЛИ КарНЦ РАН. Фото: "Республика"/Сергей Юдин

Картотека топонимов Карелии в ИЯЛИ КарНЦ РАН. Фото: «Республика»/Сергей Юдин

– В Беломорской Карелии, да и на всем севере республики установилась модель с ударением на второй части – Новое МашОзеро. А вот на юге на произношении сказалось традиционное прибалтийско-финское, карело-вепсское звучание с ударением на первый слог – МАшозеро. И из-за того, что после шипящего согласного тут произносится звук «е», буква «е» перекочевала и на бумагу – Машезеро, – рассказывает Ирма Муллонен.

В ИЯЛИ пока что не готовы сказать, какую модель необходимо закреплять как официальную. Ученые допускают оба варианта. Возможно, думает Ирма Муллонен, стоит сохранить на севере ударение на «О», а для юга – на первый слог. Будет такая региональная специфика.

Почему КОндопога, но СортавАла

В русском языке существует норма: в четырехсложном слове ударение падает на третий слог. Сортавала, Калевала, Костомукша этой норме соответствуют, а вот Кондопога – нет: ударение в этом топониме падает на первый слог.

– Так получилось из-за давней традиции. Кондопога – старая деревня карелов-людиков, которая обрусевала постепенно. Сами людики приспособили это название к русскому языку, сохранив ударение на первом слоге, как это принято в карельском языке. В то же время города Сортавала и Костомукша имеют другую историю, в них в силу исторических обстоятельств произошла полная смена местного населения на русское, которое, конечно, усвоило эти топонимы по нормам своего языка, то есть с ударением на третий слог.

Кстати, в последние годы среди местного населения появилась тенденция не склонять по падежам названия городов Сортавала и Лахденпохья, хотя еще не так давно ехали «в Сортавалу» и уезжали «из Сортавалы».

– Это феномен местной идентичности, вполне объяснимое желание подчеркнуть своеобразие, былую «финскость» территории и города. Но это желание вступает в противоречие с  нормами интегрированных в русское употребление топонимов, в которых смена ударения сопровождается склонением, – рассказывает Ирма Муллонен.

Кижи – не игрище

– В моем детстве мы ездили в КижИ, теперь же – в КИжи. Ударение вновь стало падать на первый слог, и это правильно. Такова карельская норма, и то, что она вернулась, скорее всего, заслуга музея, – считает Ирма Муллонен.

Кстати, много лет считалось, что «кижи» – «игрище». Однако сейчас стало понятно, что это всего лишь красивая легенда, которая распространилась благодаря экскурсоводам.

Остров Кижи

Остров Кижи. Фото: музей-заповедник «Кижи»

На территории южной Карелии есть не один десяток названий с корнем «киж». Они именуют мелкие, хорошо прогреваемые заливы озер, на дне которых растет водоросль  – водяной мох. Его называют по-карельски «кийжи». Этот мох специальными граблями или вертушкой доставали со дна, высушивали и использовали как паклю между бревнами для герметичности. Для этих же целей мох используется нередко до сих пор.

– В северной части острова Кижи есть большая Мошгуба, т.е. «моховая губа». Как раз на дне этой Мошгубы растет мох «кижи». Сохранились воспоминания местных жителей о том, как отсюда его добывали и развозили по окрестным деревням. Понятно, что остров Кижи назван в честь этого мха. Никакого «игрища».

Ирма Муллонен считает, что в карельской топонимике нет особой романтики, которую нередко склонны видеть любители-топонимисты. Она очень утилитарная, и в этом ее ценность.

– На нашей земле жили охотники, рыболовы, земледельцы. Чему дают имя? Тому, что используют, тому, что востребовано в хозяйственной деятельности. И называют объект, исходя из того, чем он примечателен с точки зрения повседневной жизни местного населения. Есть, например, в Сямозерье река Сяпся. Среди рыбаков она известна тем, что по весне в ней ловят сига. В древнесаамских диалектах можно найти эту реконструкцию: [сяпсь] – это небольшой сиг. То есть уже древние обитатели края саамы ценили Сяпсю как сиговую реку.

Разгадка Онежского озера

Ирма Муллонен признается, что в местной топонимике еще очень много загадок. Например, ученые пока что не знают происхождения названий Ведлозеро и Крошнозеро. Тем не менее работу филологи ведут постоянно и каждой разгадке радуются.

В ИЯЛИ уже почти 50 лет ведется полевой сбор географических названий Карелии. За эти годы накоплена обширная картотека. В ней около 300 тысяч топонимов. Это работа не одного поколения ученых. Собирать картотеку начали филологи Нина Мамонтова и Георгий Керт в 70-х годах прошлого века. Они первыми осознали важность изучения топонимики. Сейчас в институте работает уже третье поколение исследователей-топонимистов.

– До сих пор большой массив названий сложно поддается интерпретации. Названия живут долго, переходят из одного языка в другой, приспосабливаясь каждый раз к особенностям нового произношения. С помощью русского языка не объяснить элемент [онеж] в названии Онежского озера. Он усвоено от вепсов, именно они населяли в прошлом побережья озера. По-вепсски это [änež]. Но и в вепсском языке тоже нет такого слова, вепсы восприняли название от предшественников – некого древнего населения, которое позже вошло в состав саамского этноса. В древнесаамском есть слово «эне», которое означает «большой». Позже вепсы в силу особенностей своего артикуляционного аппарата усвоили звук «э» как «ä», а новгородцы воспроизвели вепсский «ä» как «о». То есть Онежское озеро – это по-саамски большое озеро. И с этим трудно спорить, – рассказывает Ирма Муллонен. – Но, не установив звуковые закономерности, невозможно докопаться до истоков названия, до той главной особенности озера, которую отметили первопоселенцы.

Картотека топонимов Карелии в ИЯЛИ КарНЦ РАН. Фото: "Республика"/Сергей Юдин

Картотека топонимов Карелии в ИЯЛИ КарНЦ РАН. Фото: «Республика»/Сергей Юдин

Надежда на словарь

Ученые Института языка, литературы и истории уверены, что новый топонимический словарь Карелии не только устранит накопленные ошибки Росреестра, но и обретет широкий круг читателей. В том, что жители Карелии неравнодушны к топонимике, исследователи убеждались не раз. Они часто проводят открытые лекции, которые собирают большую аудиторию заинтересованных слушателей. Полтора часа идет лекция, еще час ученый отвечает на большое количество вопросов.

– Карельская топонимика очень интересует людей, но нужно понимать, что ее исследование требует глубинных знаний языков, в том числе тех, которые бытовали на нашей территории на протяжении всего второго тысячелетия. Нужны специальные знания в области топонимики, истории, географии. Поскольку специалисты в дефиците, в интернете, в СМИ и даже в научных изданиях нередки откровенно неверные интерпретации названий. Наш словарь призван ответить на широкий читательский интерес и повысить «топонимическую грамотность» в нашем регионе.

У Финляндии и Эстонии уже есть топонимические словари. В них - подробное описание каждого топонима. Ученые КарНЦ РАН хотят создать в Карелии нечто подобное. Фото: "Республика"/Сергей Юдин

У Финляндии и Эстонии уже есть топонимические словари. В них подробное описание каждого топонима. Ученые КарНЦ РАН хотят создать в Карелии нечто подобное. Фото: «Республика» / Сергей Юдин

Абзац