Ополченец из Испании

3-я Ленинградская дивизия народного ополчения не знаменита громкими победами, но то, что сделали ее бойцы в 1941 году, — настоящий подвиг. Среди ее солдат, оставшихся навечно лежать в карельской земле, есть и бойцы из Испании. Они совсем юными приехали в СССР, спасаясь от войны, но война пришла в их новый дом. Продолжаем проект «Судьба солдата».

Обложка для дивизии НО

Мобилизация

За первые сутки войны в военкоматы Ленинграда пришли больше 100 000 призывников и добровольцев. Так начала формироваться Ленинградская армия народного ополчения.

 

 

3-я Ленинградская стрелковая дивизия народного ополчения была сформирована за 10 дней. С 4 по 14 июля. Три основных полка получили названия по районам Ленинграда, где призывались ополченцы: Фрунзенский, Приморский и Выборгский. В составе Выборгского полка оказалось около 100 испанских юношей, которые приехали в СССР после гражданской войны у себя на родине в 1937 году.

Они бежали от войны, но в итоге война добралась до них и в какой-то степени стала продолжением их собственной гражданской войны. «Голубая дивизия» вермахта, состоящая из испанских солдат, участвовала в блокаде Ленинграда. Неудивительно, что многие из этих юношей — детей испанских коммунистов — отправились добровольцами на фронт.

Мартин Пенья

Мартин Пенья

Среди них оказался и Мартин Пенья. В 1941-м ему исполнилось 18 лет. Два его старших брата и сестра остались в Испании, а он, единственный из семьи, в 1937 году оказался сначала в Одессе, а затем в Ленинграде. Уже в СССР окончил школу искусств и ремесел и работал на заводе «Электросила».

Вместе со своими товарищами он записался добровольцем и попал в Выборский 3-й полк 3-й Ленинградской стрелковой дивизии народного ополчения.

Большинство из этих испанских детей по-русски говорили с трудом, а то и вовсе общение ограничивалось знаками и ободряющим похлопыванием по спине.

К 14 июля дивизия была полностью сформирована, однако ее численность не дотягивала до нормативных показателей. Вместо положенных по штату 14,5 тысячи бойцов в соединении насчитывалось только чуть больше 10 тысяч человек. Не было автоматов, ощущался серьезный недостаток в артиллерии. Даже пулеметами «Максим» дивизия была обеспечена на 42%. В таких условиях дивизия не могла обеспечить плотного и массированного огня, чтобы сдержать неприятеля, однако других резервов у страны, столкнувшейся с серьезным противником, не было.

До 25 июля ополченцы проходили обучение основам военного дела и готовили рубежи обороны в районе Красного Села, однако затем части дивизии бросили на север, в Карело-Финскую ССР, где в этот момент требовались силы для отражения наступления финнов.

Бой длиной в 40 дней

С 8 июля финские войска начали активные действия на территории Карело-Финской ССР. Перешеек между Онежский и Ладожским озерами прикрывали всего две дивизии, в то время как у финнов на этом участке были сосредоточены два армейских корпуса, включавших в себя семь дивизий и резервные соединения. С ними взаимодействовали бронетанковая группа полковника Лагуса и егерские бригады — элитные подразделения финнов.

14 июля противник перерезал железную дорогу Сортавала — Петрозаводск, а 16-го занял Питкяранту. В 20-х числах июля финны уже были в Видлице.

3-я дивизию народного ополчения бросили на помощь группе генерала Цветаева, которая держала оборону на Олонецком направлении. Решение о направлении дивизии на этот рубеж принял лично командующий войсками северо-западного направления маршал Ворошилов.

Командование 7-й армии, в которую входили все части, оборонявшие Карелию, не обладало полной информацией о количестве и планах противника. Предполагалось, что на олонецком направлении у финнов сосредоточены мотобригада и один пехотный полк.

Задачей ополченцев 3-й дивизии было занять рубеж в районе Сяндебы, ударить во фланг танковым соединениям финнов, развить наступление на Видлицу, затем окружить и уничтожить противника.

Против 10-тысячной дивизии, состоявшей из необученных бойцов, не имевшей должной артиллерии, танков и лишь наполовину снабженной пулеметами, финны выставили сразу несколько соединений общей численностью 16 тысяч человек. При этом егерская бригада финнов имела в своем распоряжении 74 легких танка Т-26, два средних танка и больше 40 плавающих танков, вооруженных пулеметами.

Первый встречный бой с финской разведкой произошел 31 июля. Отделение финской разведки было разгромлено, а нашим частям достались неплохие трофеи: несколько десятков велосипедов и оружие.

Уже 2 августа частям 3-й дивизии удалось окружить село Сяндеба, где находились финские части, но противник благодаря слаженным действиям сумел контратаковать наши войска. Только батальон капитана Хохрева потерял около 100 бойцов в этот день.

 

 

Несколько дней активные бои шли за деревню Сяндеба. В таких условиях финны, рассчитывавшие на быстрый прорыв и окружение группировки советских войск на Олонецком направлении, отказались от планов масштабного наступления. Если бы их планы осуществились, Олонецкая Карелия, группировка наших войск под Пряжей, почти наверняка оказались бы в окружении, и, вероятно, было бы замкнуто второе кольцо блокады Ленинграда.

6 августа части дивизии ворвались в Сяндебу. На следующий день ожесточенные бои развернулись за высоту 40, расположенную чуть севернее Сяндебы. Здесь финны успели сделать хорошо укрепленные позиции. 7 августа при штурме высоты 40 рота 3-го полка попала под сплошной обстрел финнов и полностью погибла. Среди тех, кто не вернулся из того боя, оказался и 18-летний Мартин Пенья. 7 августа дивизия только погибшими потеряла около 300 бойцов.

Многие из погибших в тех боях по документам оказались пропавшими без вести. Только спустя несколько десятилетий их останки подняли поисковики. Мартина Пенья нашли в августе 2016 года. Спустя 75 лет после его гибели. Возле его останков поисковики нашли сразу два медальона с его именем.

Сестра Изабелла искала брата всю свою жизнь, но не дождалась. В 2008 году она скончалась, так и не узнав о месте гибели Мартина.


10 августа ополченцам удалось занять высоту и в течение нескольких дней удерживать ее. Командование требовало идти в контрнаступление, но перевес в силе был на стороне финнов.

Тем не менее действия группы генерала Цветаева и 3-й Ленинградской дивизии сковали основные силы противника на участке в районе Сяндебы. Продвижение врага вглубь территории удалось затормозить фактически на месяц. За это время командование подготовило рубежи обороны на Свири и смогло перебросить к Петрозаводску резервы в виде 313-й стрелковой дивизии.

С начала сентября финские части пошли в наступление, и стрелковая дивизия через несколько дней оказалась практически в окружении. Последние данные о боях дивизии командование 7-й армии получило 5 сентября. В донесении говорилось, что дивизия обороняется в районе деревни Нурмолицы.

План финского наступления на Олонецком направлении. Фото: ЦА Министерства обороны РФ

План финского наступления на Олонецком направлении. Фото: ЦА Министерства обороны РФ

В течение 10 дней о судьбе дивизии не было ничего известно. Перехваченные переговоры финнов говорили, что дивизия разгромлена полностью, а ее остатки преследуются и добиваются егерскими подразделениями и танковой группой.

На самом деле дивизия продолжала вести бои. 6 сентября был оставлен Олонец, ополченцы оказались зажаты с фронта и двух флангов превосходящими силами противника. Утром 6 сентября финны ворвались в Нурмолицы, где находился штаб дивизии, и захватили знамя. Несколько дней бои шли вокруг Олонца. Кольцо вокруг дивизии сжималось все сильнее. За эти дни дивизия лишилась как минимум тысячи бойцов.  При этом стоит отметить, что финские части тоже несли серьезные потери. Утром 7 сентября финны посчитали, что части дивизии полностью окружены в районе Нурмолицы, а другие соединения советской армии рассеяны и не представляют собой серьезной угрозы. Всю свою артиллерию они направили на уничтожение остатков дивизии.

Ополченцы, по сути, приняли на себя весь удар финской артиллерии и сосредоточили на себе сразу две пехотные дивизии финнов. Это, в свою очередь, оттянуло силы противника от наступления на Свирь.

Лесная война

Тем временем соединения окруженной дивизии приняли решение отступать по болотам. Несмотря на то, что на их уничтожение финны бросили все свои основные силы, дивизия растворилась в карельских болотах и малыми группами в течение следующей недели выходила из окружения. Ополченцы за 8 суток прошли 150 км при этом, сохранили боеспособность. Их появление на участке железной дороги между станциями Ладва-Ветка и Токари было неожиданностью как для финского, так и для советского командования.

После таких ожесточенных боев в дивизии оставалось всего 2 200 человек. Раненых отправили в Петрозаводск, а все боеспособные части дивизии остались, чтобы дать отпор танковой группе под командованием полковника Лагуса. Финны шли вдоль озера на север в направлении Петрозаводска.

Карат положения советских и финских войск во второй половине сентября на южных подступах к Петрозаводску. Фото: ЦА Министерства обороны РФ

Карта положения советских и финских войск во второй половине сентября на южных подступах к Петрозаводску. Фото: ЦА Министерства обороны РФ

24 сентября 3-ю Ленинградскую дивизию народного ополчения переименовали в 49-ю стрелковую дивизию. В ее состав включили бронепоезд НКВД № 52. Вместо раненого комдива Зиновия Алексеева во главе 49-й стрелковой дивизии встал генерал-майор Федор Судаков.

До конца сентября дивизия сдерживала наступление финнов с юга, а к 28 сентября оказалась в окружении.

Карта боевых действий перед заххватом финнами Петрозаводска. Синим показаны позиции финнов, красным - совтеских войск. Фото: ЦА Министерства обороны

Карта боевых действий перед захватом финнами Петрозаводска. Синим показаны позиции финнов, красным — советских войск. Фото: ЦА Министерства обороны

Звезда на месте гибели генерала Судакова. Фото: Александр Гагарин

Отряды, посланные из Петрозаводска для вывода ополченцев из окружения, не смогли пробить финские заслоны. Солдатам дивизии вновь пришлось выходить из окружения. Бронепоезд пришлось взорвать, а основные силы дивизии выдвинулись в сторону Машезера. В этом районе в бою погиб командир дивизии генерал Федор Судаков. Бойцы похоронили его рядом с дорогой от Орзеги на Машезеро. Сейчас здесь осталась только тропа. Но железная звезда с облупившейся красной краской, прибитая к дереву, напоминает о том, что в этих местах 2 октября 1941 года был кровопролитный бой. После войны останки генерала Судакова перезахоронили в Петрозаводске на мемориале «Вечный огонь».

Лишь к 13 октября части 49-й дивизии смогли выйти к реке Свирь. Выходивших из окружения бойцов заметили части финнов, и форсирование реки шло трудно и с большими потерями. Основные силы дивизии переправились через реку лишь к 22 октября. Затем в течение месяца к своим выходили отдельные бойцы и небольшие группы красноармейцев.

 

В ходе боев дивизия народного ополчения потеряла практически всех своих бойцов из 10 тысяч солдат и офицеров, направленных в июле в Карелию, к своим в октябре вышли всего около 300 человек.

 

Ни одного бойца дивизии не наградили званием Героя Советского Союза за бои 1941 года, но то, что сделали ополченцы, — настоящий подвиг. Ценой жизни они не дали финнам сначала создать плотное кольцо вокруг Ленинграда, оттянули на себя две дивизии противника, пока создавались оборонительные рубежи на Свири, а затем сдержали противника, который мог захватить Петрозаводск уже в середине сентября.


«Судьба солдата» — авторский проект журналиста Максима Алиева, посвященный 75-летию освобождения Карелии от фашистской оккупации. Рассказывая истории солдат, погибших в боях за нашу республику, мы говорим о ключевых эпизодах Великой Отечественной войны на территории Карелии.