«Выкинула всю черную одежду!»

Проект реабилитации женщин, переживших рак, «Сильные духом — красивые всегда» завершен. 45 участниц полностью сменили образ и прошли перед своими близкими в модном дефиле. «Республика» подводит итоги проекта вместе с его участницами.

Проект фонда имени Арины Тубис «Сильные духом — красивые всегда» завершен. Полгода 45 женщин, столкнувшихся с онкодиагнозом, работали с врачами, психологами и стилистами, чтобы преобразиться — и внешне, и внутренне. «Республика» вела дневник проекта: вместе с девушками мы посещали мастер-классы и тренинги, общались с участницами и организаторами. Сегодня вместе подводим итоги.

Модный показ — финальный аккорд проекта. Девушки готовились к нему не одну неделю: репетировали шаг, подбирали наряды, по несколько раз посещали салон красоты.

Финал проекта "Сильные и красивые"

Укладка. Фото: Леонид Николаев

В день показа не сидели ни минуты с самого утра: укладка-завивка, макияж, последние репетиции выхода и флешмоба, «Ира, переоденешься, бегом к визажисту, она тебя поправит», бухгалтеры и воспитательницы, предприниматели и домохозяйки оставили свои бумаги, тетрадки и кастрюли и решили, что сегодня они — модели.

Финал проекта "Сильные и красивые"

Макияж. Фото: Леонид Николаев

Каждая выходила на подиум, а ведущий в это время зачитывал фразы-девизы типа «Жизнь принадлежит оптимистам, пессимисты — лишь зрители», «Жизнь — это движение» и так далее. Популярные цитаты из интернета могли бы звучать пошловато, если бы рефреном в каждом из девизов не звучало «жизнь, жить, жить…»

Финал проекта "Сильные и красивые"

Дефиле. Фото: Леонид Николаев

Финал проекта "Сильные и красивые"

Дефиле. Фото: Леонид Николаев

Финал проекта "Сильные и красивые"

Дефиле. Фото: Леонид Николаев

Финал проекта "Сильные и красивые"

Дефиле. Фото: Леонид Николаев

— Я вспоминаю первую нашу встречу. Они были такие… как ежики, такие грустненькие, такие серьезненькие, — рассказала президент фонда имени Арины Тубис Юлия Тубис. — А сейчас мы не просто довольны. Мы счастливы результатом проекта: мы видим этих прекрасных девушек, они счастливые, у них искорки в глазах — не это ли итог проекта?

«Республика» публикует фрагменты наших бесед с девушками в первые недели проекта и их эмоции в день финала.


 

Елена Мурашкевич

 

 

Декабрь

Помню это ощущение: когда идешь по городу, понимаешь, что все они такие, а ты не такой. Они, может, и не знают, но ты-то знаешь. А когда смотришь на себя в зеркало и видишь шрамы эти… У меня дома нет больших зеркал, мы все поснимали. Я себя вижу только до пояса.

Май

— У нас сложилась семья. Очень любящая, очень дружелюбная, независимо от возраста, независимо от профессии — мы друг друга очень любим. Есть другие слова, которые часто говорят: «уважаем», «понимаем»… Нет, у нас просто любовь.

Мы покинули зону комфорта, мы вышли в люди, вышли в свет, и нам всем это очень нравится. Нам помогли психологи. Мы решили, что пришла беда — отворяй ворота. Мы болезнь свою выгнали, а ворота не закрыли. Теперь ждем в эти ворота хорошие новости, гостей, друзей.


 

Алёна Пенияйнен

 

Декабрь

— Когда я узнала, мне было страшно ровно 4 часа. 4 часа я проплакала. Потом ко мне прибежала моя подруга, плечо мое. Потом я решила, что я буду бороться, и страх ушел. Я верю, что я буду здорова — и это самое главное. Любому человеку будет страшно — это такая неизвестность. Лучше не болеть.

Май

— Я стала рисовать. Хотя всегда была уверена, что рисовать я абсолютно не умею. Рисую теперь чайные домики, раскрашиваю их. Декупаж попробовала.

С этим можно жить. Нужно лечиться, слушать докторов, иметь положительный настрой — и все получится. Будешь жить долго и счастливо.


 

Елена Козина

 

Декабрь

— Всю до этого жизнь я шла к раку. Я была эгоисткой, я жила для себя. А сейчас у меня все вообще по-другому. У меня собака из приюта, и мы с собачниками недавно накупили целую машину всякой вкуснятины, отвезли в приют. У мальчика знакомого, которому 16 лет, родители алкоголики. Я дала себе слово, что сама буду без денег сидеть, а ему пакет с продуктами покупать. И я поняла, что счастье — это не когда у меня полный холодильник деликатесов, и я сижу, это ем. А то, что я поем макарон, а мальчику пакет отдам. Вот это счастье. А богатство — ерунда.

— Я думаю, что это подарок судьбы — эти полгода. Никто, кроме близких моих, так обо мне не заботился. Кругом столько женщин, и все мы такая сила. Понравился образ, который для меня подобрал стилист. Думаю, и в повседневной жизни могу что-то подобное носить. На финале я решилась выйти на сцену и спеть песню. Хотя я не пою.


Наталья Полякова

 

Декабрь

— Я сдавала кровь в онкодиспансере, у меня после химии была температура 40, я стояла, прижавшись к стеночке, было очень тяжело. Ко мне подошла девушка, спросила, что да как, сказала, все будет хорошо. И с того момента мы общаемся, она приезжала ко мне, потом меня пригласили в группу, мы пошли вместе куда-то. Все уже со стрижечками модными, маникюром и разговорами о работе. Я подумала: еще немного, и я тоже буду разговаривать о работе.

Я все мечтаю, что надену каблуки и одна смогу пройти по Ленина, цокая ими. Такие вот планы на весну. Меня пока муж одну не отпускает гулять…

Май

— Второй день на каблуках. Это отлично! Низкий поклон нашему стилисту Анастасии, она заставила нас увидеть себя других. За время болезни прошла такая деградация… мода поменялась, ритм жизни поменялся, цвета другие. Я убрала из шкафа всю черную одежду, у меня ее больше нет, перешла на яркие вещи.


Лариса Козлова

 

Декабрь

— Когда я узнала об этом в том году, я, конечно, очень сильно испугалась. Из родных никто никогда не болел. И у меня ничего не болело. Нашли случайно: делали на даче ремонт, в баню пошли, я нащупала. Сходила на УЗИ, оттуда бегом отправили в онкодиспансер. Вторая стадия уже была, метастазы были.

Май

— Мы сдружились, мы стали все, как родные. Мы очень благодарны Юлии, такие проекты очень нужны! Они очень сплачивают, мыслей дурных в голове после таких точно не будет.


Ирина Бажанова

 

Декабрь

— Тяжелая была операция. Но вот полугодовалый период химиотерапии… По сравнению с ним — ерунда вообще. Тут тяжело было себя психологически вытаскивать: понимаешь, что тебя убивают, чтобы ты снова смог воспрянуть духом. И понимаешь, что тебя снова будут убивать. Даже проходя химию, я не могла себе позволить ходить без прически. Неделя химии, неделю я отлеживалась, и две недели на работу ходила. Не могла же я себе позволить ходить абы как.

Май

— Мой образ делали вместе со стилистом. Я парикмахер по образованию, обсуждали, как это будет выглядеть. У меня после проекта появилось новое хобби: стала рисовать маслеными красками. Всегда хотела, но всегда было страшно. А после мастер-класса начала, пока выбрала цветочные темы .


Татьяна Кузнецова

Декабрь

— Стараюсь на эту тему вообще не говорить. Сразу сопли, слезы, слюни. Не понимаю, что это такое было. Не болело, не беспокоило. Я вообще здоровый человек, хожу к врачам раз в три года. Но у мужа первая жена от рака умерла, он меня сразу отправил. Боюсь только стрессов, а так все можно перетерпеть: и химию, и облучение. Боюсь, что он вернется. От стрессов это бывает. И знакомых много умерло от рака.

Май

— Мне знакомые сказали, что я стала как-то добрее, раскованнее, открытость появилась, другое стало общение, девчонки как будто подняли мой статус. Год я как в ракушке сидела, а теперь я чувствую себя человеком, у меня подружек столько. Что касается болезни, я так просто к этому отношусь: сколько бог дал, все мое.


 

«Республика» завершает дневник проекта фонда имени Арины Тубис «Сильные духом — красивые всегда», который объединяет женщин, переживших рак. Мы рассказывали о встречах и мастер-классах, разговаривали со специалистами и участницами. Мы прошли с ними весь путь до самого финального дефиле. Другие тексты почитать можно здесь.

Проект «Сильные духом — красивые всегда» использует средства государственного гранта Фонда поддержки гражданской активности в малых городах и сельских территориях «Перспектива» в соответствии с распоряжением президента России.