Жизнь в кругу семьи

Семья Касяник — мама, папа и их пятеро детей — живут не по общим правилам. Общение с миром они осознанно свели к минимуму, отдав предпочтение жизни среди близких и занятиям музыкой.

Дом Касяник похож на музыкальную шкатулку. Фото: ИА "Республика" / Леонид Николаев

Дом Касяник похож на музыкальную шкатулку. Фото: ИА "Республика" / Леонид Николаев

Ирина и Владимир Касяник считают себя обыкновенными. Да, у них нет телевизора, их дети не знают, как устроен компьютер, у них почти нет друзей, и они никогда не путешествовали. Зато Миша представляет Карелию на самых крутых музыкальных конкурсах, Паша получает кубки и медали в республиканских турнирах, Саша в 6 лет ловко играет на домре и фортепиано.

Действующие лица

 

Кажется, не все счастливые семьи похожи друг на друга. Правила семьи Касяник способны вызывать разную реакцию со стороны окружающих: дети не гуляют на улице, живут в тесноте, иногда не высыпаются, не выносят мусор и не помогают маме с уборкой. «Мы решили, что не станем перед вами делать вид, что наша жизнь легкая и воздушная», — говорит Владимир. По его словам, музыкальные достижения детей — результат ежедневного упорного труда. Возможность таких занятий связана с определенными жертвами.

— А вы сами музыканты?

 Ирина: — Ни у кого из нас нет музыкального образования, но папа занимается со всеми. Можно сказать, что он и сам учится вместе с ними. Началось все, когда Мише было три года. Мы тогда снимали квартиру напротив музыкальной школы. Чтобы занять ребенка делом, отдали его на отделение музыкального театра. В 6 лет он пошел на подготовительное отделение. Хотел на гитару, но туда с шести лет не брали. Выбор остановился на домре. И преподаватель нам очень понравилась.

Владимир: — Я вырос в многодетной семье. О музыкальном образовании и речи не было, но меня всегда восхищало пианино в других домах.

Возможно, когда-нибудь мальчишки и Маруся создадут свою музыкальную банду. Фото: ИА "Республика" / Леонид Николаев

Возможно, когда-нибудь мальчишки и Маруся создадут свою музыкальную банду. Фото: ИА «Республика» / Леонид Николаев

— В какой момент вы увидели талант у ребенка?

Владимир: — Мы пока еще ничего не увидели. Серьезно. Наверное, сейчас все больше всего держится на желаниях наших, на настрое. У нас преподаватель по домре говорила, что процесс окультуривания — это в любом случае процесс насильственный. Если вы ребенка не будете заставлять заниматься, то и результатов не добьетесь. Я уверен, что любой ребенок покажет такие же результаты, какие есть у Миши, если будет в системе заниматься. Да, приходится жертвовать своими желаниями, возможностью зарабатывать много денег, всем. В семье нет человека, который водил бы детей за ручку, поэтому мы все делаем сами. Для нас скрепляющий материал — дети. Нет времени на друзей, на пустые разговоры с приятелями — остаемся только мы.

Это не жертва, это смысл жизни — дети. Мы дали им жизнь, и мы должны постараться дать им все, что в наших силах.

Ирина: — Мы обычные родители, как все. Только позволяем себе, наверное, меньше других.

 

— Как вы познакомились друг с другом?

Владимир: — Мы создали семью 15 лет назад. До этого давно знали друг друга — были соседями по даче. Когда поженились, сразу решили, что будем жить отдельно от родителей. Первую квартиру сняли в деревянном доме с печкой, пережили пожар в этом доме. Потом снимали жилье в разных местах. Нынешнюю квартиру купили, когда ждали третьего ребенка.

— Как устроен ваш день?

Ирина: — Встаем рано, ложимся поздно. Практически все не высыпаемся. Дети много занимаются, делают уроки. Миша учится в школе на Древлянке, папа его каждый день отвозит. Он может и сам, но времени много будет уходить на дорогу. Паша учится в ближайшей к дому школе, двое ходят в садик в соседнем дворе. Каждый день все дети ходят заниматься в музыкальную школу, каждый из них учится на двух отделениях — по классу фортепиано и по классу домры.

Владимир: — Миша сейчас своими успехами, конечно, всех затмевает, но у Паши тоже очень хорошие способности. Трехлетний Ваня сейчас пошел к Наталье Борисовне Ширякиной, с занятий у которой в свое время начинали Миша, Паша и Саша.

Особенности старшей домры. Фото: ИА "Республика" / Леонид Николаев

Особенности старшей домры. Фото: ИА «Республика» / Леонид Николаев

Семья Касяник живет в панельном доме. В квартире две небольшие комнаты и кухня. В каждой комнате фортепиано. Дети занимаются вечерами, тот, кто делает задания по домре, уходит на кухню. В этом месте родители юных музыкантов попросили нас выразить благодарность соседям за понимание.

Обращение к соседям

Дорогие люди! Большое вам спасибо! Ваше терпение бесценно.

— Трудно себе представить, что можно мирно жить всемером в такой небольшой квартире.

Владимир: — Если бы нам даже предложили квартиру побольше, я не знаю, согласились бы мы. Нам эта квартира очень дорога. Здесь очень удобно географически — все рядом: школа, музыкалка, сад. Соседи хорошие. Потом энергетически здесь хорошо — прежде тут жила поэтесса Елена Николаева. Мы гордимся этим. И, в конце концов, маленькую квартиру проще оплачивать.

— А в этой комнате, где мы сейчас разговариваем, кто живет?

Ирина: — Живут все везде, у нас нет разделения. А спим здесь сейчас мы с Машей.

Владимир: — Вы «Ну, погоди!» смотрели? Помните, когда волк залезает в музыкальную колонку и потом из уха долго вытряхивает ноты. У нас что-то подобное. Когда выходишь из нашей квартиры, схожее ощущение — хочется вытряхнуть ноты. Потом, конечно, дети вырастут, каждому понадобится личное пространство. Все, что можно, дадим им, а остальное — в их руках. Сейчас мы хотим, чтобы у детей была цель.

А сколько у нас домр? -Три!Фото: ИА "Республика" / Леонид Николаев

А сколько у нас домр? — Три! Фото: ИА «Республика» / Леонид Николаев

— Дети, когда вырастут, станут музыкантами?

Владимир: — Я не буду настаивать на их музыкальной карьере. Да, мне бы хотелось бы этого, но выбор останется за ними. Но велик ли он?

— Старшие помогают учиться музыке младшим?

Владимир: — У них на это нет времени. Мы даже не просим их помогать нам по дому — это будет в ущерб занятиям. Мы сами им помогаем во всем и не требуем от детей отличной успеваемости в общеобразовательной школе.

— Как вы привили детям любовь к чтению? Знаю, что Миша много читает.

Ирина: — Читает он, конечно, много. В детстве мы ему много читали, сейчас он сам это делает с удовольствием.

Владимир: — Чтение, казалось бы, ключ ко всему. Это и память тренирует, и способствует расширению кругозора. Правда, сейчас мое мнение несколько изменилось. Я бы не сказал, что чтение способствовало духовному развитию старшего сына. Мне кажется, он впитывает информацию — и всё. Мне кажется, что музыка — это лучший инструмент, чтобы уметь передавать миру свое впечатление от него. Я сам в детстве мало читал и сейчас не читаю.

 

— Если папа все время занят с мальчишками, а на маме — дочка и хозяйство, то кто у вас занимается зарабатыванием денег?

Владимир: — Ира — учитель английского языка в школе, она работает между декретами. Нам выплачивают социальное пособие по уходу за ребенком — 11 тысяч рублей, пока Маше не исполнится 3 года. Плюс пособие на каждого ребенка — по 1 тысяче рублей. Я, чтобы иметь гибкий график, работаю дворником и обслуживаю здание в садике. Плюс нам помогают родители. Самое дорогое у нас — время. А деньги… Они не особо тратятся, если все время посвящать семье и не иметь амбиций.

— Время дороже денег?

Владимир: — Для нас деньги — это не самый важный момент. «Хлеба всем хватит», — говорил мой дед, у которого было 7 детей. Нам очень помогает музыкальная школа, помогает нам оплачивать взносы на поездки. Наши дети иногда представляют на конкурсах и школу, и республику. Ангелом-хранителем и наставником выступает и педагог всех детей по фортепиано Ирина Ивановна Четверикова.

Маруся легко засыпает в любой обстановке. Фото ИА «Республика» / Леонид Николаев

Маруся легко засыпает в любой обстановке. Фото ИА «Республика» / Леонид Николаев

— Я знаю, что Мише еще нравится футбол. Он готов всем жертвовать ради музыки?

Владимир: — Вы пришли узнать про воспитание музыкальных детей. Но иногда хочется сказать: всё не так просто. Всё не идеально. И нет никаких талантов, а есть труд — общий. А пока ребенок, да, просто как жертва. Мы-то знаем, что в будущем всё это ему будет нужно. А сейчас он не понимает и не хочет, сопротивляется. Миша не может сейчас играть в футбол. Если по-настоящему относиться к делу, то придется выбирать между спортом и музыкой. Сейчас это неактуально, да он и не спортсмен.

Ирина: — Сам Миша хочет разного: то в Москву ехать учиться, то в теннис играть, как его друг, который не доучился в музыкалке и ушел заниматься спортом. Мише нужна свобода. Но он сейчас играет на таком уровне, что два дня или неделя свободы ему будут стоить всего, чего он добился. Не только он — все.

— Как подростка можно заставить что-то делать против воли?

Владимир: — Усадить за инструмент его можно. Сложно заставить его что-то делать. Он может, если никто не видит, поставить книгу на подставку и читать, одновременно играя какие-то тренировочные этюды. Кому нужны такие занятия? Мы пробуем воздействовать по-разному. И голос повышаем, бывает, и контролируем постоянно.

 

— Вы ездили с Мишей на знаменитый конкурс «Щелкунчик»?

Ирина: — На все конкурсы Миша ездит с педагогом. Сейчас вместе с Ириной Ивановной поедет в Москву за наградой в конкурсе «Молодые дарования России».

— Кто в семье добрый, а кто — строгий?

Владимир: — Мы оба строгие. Да, наверное, так. Мы договорились с преподавателем, что она будет хорошей, будет хвалить, а мы будем жесткими и будем заставлять работать. Поступать так не всегда выходит, но мы стараемся. Сейчас нам важнее, чтобы музыкальная школа для детей становилась отдушиной, была местом, куда хочется приходить.  

Сценическая внешность - тоже не последнее дело. Фото: ИА "Республика" / Леонид Николаев

Сценическая внешность — тоже не последнее дело. Фото: ИА «Республика» / Леонид Николаев

— Получается, что детство у детей не самое легкое.

Владимир: — Я уверен, что любое детство, даже самое плохое, это все же детство. В детстве все по-другому оценивается. У меня тоже была многодетная семья, не всегда всего хватало, но я вспоминаю эту пору как очень счастливую…  Думаю, и мои дети потом оглянутся назад и скажут: да все у нас хорошо было, все здорово.

— А как же все эти велики, ролики, самокаты, дворовая жизнь, синяки, соперничество, гаражи и прочее?

Ирина: — На все лето мы уезжаем на дачу. Там есть и велосипед, и лес, и воздух, и свобода. Конечно, летом занятия тоже есть. На даче у нас тоже два инструмента, а домры берем с собой.

Владимир: — Мы немножко даже опасаемся отпускать детей гулять во двор. Дети, которые могли бы составить хорошую компанию, редко гуляют на улице — родители их водят по кружкам и секциям. Кто не занят, прожигают жизнь у компьютеров. У нас дома нет телевизора и всего один компьютер — для нас. Лет до 16 не нужно всего этого детям.

Михаил признается, что уже на всякий случай придумал имя еще одному брату - Сергей. Как у Рахманинова. Фото: ИА "Республика" / Леонид Николаев

Михаил признается, что уже на всякий случай придумал имя еще одному брату — Сергей. Как у Рахманинова. Фото: ИА «Республика» / Леонид Николаев

— Что может порадовать детей?

Ирина: —  Миша мечтает о том, чтобы погулять и почитать, Пашу радуют мультики, он любит играть с младшими братьями, бегать в магазин за хлебом. Для Паши был просто праздник, когда он помогал дедушке с бабушкой копать картошку. Всё, что отвлекает от повседневности, радует их, и не нужно ломать голову и что-то выдумывать.

Владимир: — Выходит, что у детей отдушина — это школа, где они самостоятельные. А еще концерты, выступления, поездки. Ирина Ивановна старается брать их с собой на гастроли и в поездки. У нас другого ничего нет. Скучно, да? Мы не в вакууме живем, как-то общаемся, но все равно замкнуты на себя. При этом, конечно, мы чувствуем себя частью большого мира.

 Ирина: — Когда кого-то нет дома, уже не по себе. Мы привыкли быть всегда вместе.

Четыре сыночка и ... Фото: ИА "Республика" / Леонид Николаев

Четыре сыночка и … Фото: ИА «Республика» / Леонид Николаев

— Кто в семье принимает главные решения?

Владимир: — У нас нет лидера. Вместе или никак.

— Праздники как вы отмечаете?

Владимир: — В день рождения ребятам покупаем что-нибудь сладкое, имениннику — какую-нибудь игрушку, но больших торжеств не устраиваем. Важные праздники для нас — это День учителя, День знаний, день рождения учителя. В нашей семье культ учителя. Мы приучаем детей быть благодарными людям, которые их учат и воспитывают.

— Чем вы жертвуете ради детей? Чего вам не хватает?

Владимир: — Это сложный вопрос. У нас, кроме семьи, ничего нет. Друзья — это роскошь. Мы не ходим в кафе, да и ладно. У нас нет тяги к поездкам. Не представляю себе, как бы мы взяли и куда-нибудь поехали. Даже желания нет. Я сам никогда не видел моря. Не знаю. Похоже, у нас всё есть.


В проекте «Семья» мы рассказываем о том, насколько по-разному счастливы семейные люди. Чаще всего разговор про это счастье имеет отношение к детям: родным, приемным, особенным — разным. Через что нужно пройти, чтобы взять на воспитание ребенка из детского дома? Как вырастить детей свободными и радостными? Как преодолеть свои страхи и не зависеть от мнения окружающих? В «Семье» мы все вместе говорим о главных вещах, примеряем на себя опыт других, спорим и удивляемся.

Абзац