Маниня

Мане Мануцян рассказывает о своей армянской семье. Сама она считает, что у нее две родины, но на 100 процентов своей в Армении она себя пока не ощущает. «Республика» открывает новый цикл проекта «Семья», посвященный особенностям жизни семей разных национальностей.

Мане Мануцян. Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Мане Мануцян. Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Семья Мануцян живет в Петрозаводске более 20 лет. Уезжали из Армении от безработицы, кризиса, нестабильности. Когда ехали на север, думали, что это все это временно, ненадолго. Но остались, постарались приспособиться к климату, дети нашли себе друзей. Артур Мануцян — глава семьи — лучший бомбардир команды «Зангезур», стал играть за местные команды. Мери, его жена, научилась печь калитки.

Сейчас дом семьи Мануцян — гостеприимный, теплый — поддерживает национальную идентичность, в основном через кухню и язык. Все члены семьи между собой говорят по-армянски. Мане, дочь Артура и Мери, говорит, что владеет языком процентов на 80 и понимает всё, кроме специальной лексики. Чтобы научиться писать по-армянски, она изобрела свою методику: установила на телефоне армянскую клавиатуру и начала писать сообщения друзьям.

Действующие лица

 

О том, как изменилась жизнь семьи за 20 лет жизни в Карелии, о традициях и их устойчивости, разговариваем с Мане Мануцян.

— Мане — это Манюня?

— Я знаю, есть такая книга Наринэ Абгарян. Да, бывает, что меня родственники называют Манюней, но чаще — Маниней. В Армении есть еще похожее имя Манушак, по-армянски — фиалка. А мое имя ничего не значит. Может, буду говорить, что названа в честь Эдуарда Мане — я тоже люблю рисовать.

— Когда вы окончите университет, кем будете работать?

— У меня много возможностей — я сама их создала. У меня много интересов, связей по всему миру. Наверное, я буду заниматься преподаванием, но не в школе. Возможно, буду преподавать английский в языковой школе. Немецкий язык тоже красивый, но не мой на эмоциональном уровне. Когда говоришь на языке страны, то ощущаешь себя ее жителем — в германской культуре мне сложно себя представить. Мне, южному человеку, наверное, ближе восточные языки. Я самостоятельно учила корейский и японский. По-корейски сейчас могу только читать. В японском из азбук я помню только хирагану. Потом несколько лет я учила испанский. Я хочу быть полиглотом. Армяне говорят: чем больше языков ты знаешь, тем больше ты человек. Наверное, я хочу на базовом уровне знать многие языки. Кто знает, может, мне и пригодится корейский?

 

— А армянский вы хорошо знаете?

— Армянский понимаю примерно на 80%, остальные 20% — это специальная терминология. Читать и писать нас с детства пытались научить родители — покупали прописи, но это не помогало. Здесь, в Петрозаводске, есть армянская школа, работает на общественных началах. Я ходила, бросала, потом снова ходила. В конце концов, поняла, что ничего не получится, если я не придумаю свой способ изучения языка. И что я сделала? Я скачала себе армянскую клавиатуру на телефон и стала писать на армянском. Так и выучила.

В Горисе говорят на зангезурском диалекте. Дома мы говорим на диалекте, но родители легко переходят на литературный язык. Если я хочу спросить папу: «Ты идешь домой?», то это будет: «Кям эс?» А на литературном: «Галисэс?» В нашем диалекте есть следы тюркских языков, встречается больше варваризмов.

— С кем вы переписываетесь на армянском языке?

— Бывает, что друзьям пишу — издеваюсь над ними, многие не умеют читать и писать по-армянски. Писать вообще некому, все общаются на русском. Ну, иногда мама в Ватсапе мне напишет: «Купи хлеба».

Артур, Артем и Мане Мануцян. Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Артур, Артем и Мане Мануцян. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

— Что для вас Армения?

— Для меня Армения — это бабушкины истории, вот эти горы. Горы стали свидетелями моего рождения, они меня помнят. Каждый раз, когда я возвращаюсь, я вижу горы. Моя родина — армянский город Горис. Это Сюникская область, самая горная. Я очень люблю горы. Мое любимое место — канатная дорога «Крылья Татева». Это самая длинная реверсивная канатная дорога, движущаяся без остановки. Оттуда открывается вид на наши горы и старинный монастырь Татев, памятник, известный всему миру.

Армения — это еще и вкуснейшая еда. Хотя и здесь мы сейчас готовим армянскую еду. Но там и вода другая, и продукты.

— Вы чувствуете себя там своей?

— Там атмосфера, где ты и свой, и чужой. Я всегда говорю, что у меня две родины. Одна дала мне жизнь, другая — образование, друзей. Есть плюсы и минусы в такой жизни. В 7-м классе я называла это когнитивным диссонансом. Это конфликт идей, традиций, мыслей. Хорошо еще, что нет проблем, связанных с религиозными канонами. Я живу без религии. Армяне очень религиозны, они первыми приняли христианскую веру как государственную религию в 301 году. У них серьезные традиции. Моя семья немного другая, родители из СССР, у них атеистическое прошлое.

Кухня семьи Мануцян

Гата. Мери говорит, что гата сохраняет свежесть в течение нескольких дней. Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Гата. Мери говорит, что гата сохраняет свежесть в течение нескольких дней. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

Гата — национальная армянская сладость из слоеного теста. Мери рассказывает, как она это готовит: делает тесто, смешивая муку, яйцо, масло сливочное, сахарный песок, ванилин, соду, сметану или мацони, потом оставляет тесто закрытым на пару часов (можно на ночь). Для начинки используются почти те же продукты: сахарный песок, масло, мука, можно орехи, пряности: ванилин, корица. Все сворачивается в рулет, разрезается на кусочки и в духовку на 20-25 минут. Ребенок встал — завтрак готов.

Долма (толма) — главное семейное блюдо. Вариантов приготовления много. Начинка может быть мясной, бобовой, овощной, комплексной. Начинку заворачивают как в виноградные листья, так и в капустные (иногда капуста квашеная).

Хаш — зимнее утреннее блюдо. Берем говядину (ноги), варим более 8 часов или всю ночь. Русский человек остужает блюдо и называет его холодцом. Армянский человек есть его горячим, с чесноком и лавашом. Можно позволить себе к нему стопку тутовки (кавказской водки из шелковицы). Блюдо калорийное, поэтому его традиционно едят утром.

Кюфта — что-то вроде вареной отбивной. Мэри говорит, что готовить в доме неудобно: нужно долго отбивать мясо — соседи недовольны. Куски говядины варят с луком и пряностями, едят с маслом.

Плов сладкий — бывает и такой!

Женгялов хац — традиционный армянский пирожок с зеленью. По идее, требует около 20 видов зелени.

Хапама — праздничное блюдо. Запеченная тыква, рис, сухофрукты, изюм. В семье готовят его на Пасху.

Пахлава — это сладкое.

Хашлама — это мясное.

Это малая часть меню Мери. Нередко она готовит лепешки с фасолью, суп и салат из сушеного армянского горного щавеля (мама присылает), запеченные яблоки. В три четверти армянских блюд добавляют гранат.

Для каждого гостя хозяйка варит армянский кофе. В семье кофе варят 3-4 раза в день, пьют напиток в маленьких чашечках. Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Для каждого гостя хозяйка варит армянский кофе. В семье кофе варят 3-4 раза в день, пьют напиток в маленьких чашечках. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

— В вашей семье спокойно относятся к представителям нехристианских религий?

Конфликты армян с мусульманами — это до сих пор очень болезненная тема. На армян давила Османская империя, нападали соседние государства. Поэтому многие армяне резко относятся к мусульманам, другие — снисходительно. Но я не тот человек. Я люблю Экзюпери, для меня все люди — жители планеты Земля. Весь мир меняется, избавляется от стереотипов. У меня, например, хорошая подруга — азербайджанка, другая — туркменка. Мои лучшие друзья — арабы наряду с армянами и русскими. У меня друзья со всего мира. Знаю, что в некоторых семьях с детских лет старшие прямо воспитывают неприязнь или недоверие к представителям другой религии или нации. Но я и моя семья против ненависти.

Монастырь Татев - жемчужина Армении. Расположен в 20 километрах от родного города семьи Мануцян. Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Монастырь Татев — жемчужина Армении. Расположен в 20 километрах от родного города семьи Мануцян. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

— Можно ли армянке выйти замуж за мусульманина?

— В целом нежелательно. Однако бывает много счастливых браков, несмотря на этническую или конфессиональную принадлежность. И у меня в жизни есть человек, которым я очень дорожу. И мы во всем похожи, кроме национальности и религии. Надеюсь, я найду решение этой проблемы, если это вообще проблема.

Армянские выражения, принятые в семье Мануцян

Большой стол традиционно объединяет всех членов семьи. Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Большой стол традиционно объединяет всех членов семьи. Фото: «Республика» / Михаил Никитин

«Мернем джанид» — «умру за тебя». Так часто говорят детям. «Джан» по-армянски — это и «тело», и «дорогой», конкретного перевода нет. Отсюда и добавление к имени симпатичного тебе человека слова «джан»: Мане-джан.

«Джигярт утэм» — «съем твою печень». Тоже говорят детям, когда сильно их любят.

«Цавт танэм» — «заберу твою боль себе». Слова поддержки, которые в трудные моменты говорят близким.

«Хорысарэв» — выражает разные эмоции: удивление, недоумение, восхищение. Буквальный перевод: «во имя солнца моего отца» (авторский перевод Мане).

«Коранам йес» — «ослепну ради тебя». Бабушки так часто говорят внукам, показывая свою любовь или сопереживание.

— В вашей семье папа — главный человек?

— Наша семья отличается от многих других армянских. У нас есть не только авторитет отца, но и авторитет матери. Иначе я не выросла бы такой вольнодумной. Да, папа зарабатывает больше мамы, но это никак не влияет на отношения. Наш мир строится не на отцовских приказах, а на равноправии авторитетов. Это мне нравится, потому что позволяет и нам чувствовать себя более уверенными. Мой младший брат тоже растет свободным. В армянских семьях традиционно братья контролируют сестер — у нас иначе. Брат — мой лучший друг. Я знаю семьи, которые перенесли сюда все обычаи своего народа. Но здесь это не работает!

 

— Какие обычаи можно перенести сюда?

— Мне нравятся свадебные обряды Армении. К примеру, после венчания новобрачные посещают дом жениха. Мать жениха кладет на плечи молодоженов лаваш и дает невесте и жениху по ложке меда, чтобы их жизнь был сладкой. После этого к ногам будущей пары кладут тарелки, которые они должны разбить одним ударом. Считается, что тот, кто разобьет тарелку первым, будет главой семьи. Это очень интересно, но далеко от меня. Я не могу сказать, что мы живем по-армянски. Или по-российски. Мы давно ассимилировались здесь, соединили традиции.

— Армянские женщины следят за тем, чтобы хорошо выглядеть. Это тоже традиция?

— В Армении женщины любят ухаживать за собой. Иногда им хочется себя показать. Без повода быть красивыми — есть такое. Может, это перебор, но когда мы с сестрой попали в Финляндию, я была поражена, увидев местных женщин, которым вообще всё равно, как они выглядят. Кажется, там никто не следит за собой, особенно это заметно в манере одеваться. Это совсем другая культура. Моя мама никогда не выйдет в магазин непричесанной. Приводя себя в порядок, она для самой себя создает атмосферу хорошего настроения.

 

— Родители не скучают по родине?

— Недавно папа сказал: «Пора возвращаться домой, в Армению». Не знаю, произойдет ли это на самом деле.


В проекте «Семья» мы рассказываем о том, насколько по-разному счастливы семейные люди. Чаще всего разговор про это счастье имеет отношение к детям: родным, приемным, особенным — разным. Через что нужно пройти, чтобы взять на воспитание ребенка из детского дома? Как вырастить детей свободными и радостными? Как преодолеть свои страхи и не зависеть от мнения окружающих? В «Семье» мы все вместе говорим о главных вещах, примеряем на себя опыт других, спорим и удивляемся.