Заметано!

Павел Чеботарев — профессиональный метатель ножей и топоров. Спортивно метнуть в цель он может еще с десяток предметов, включая палочки для суши. Он мог бы сделать свое шоу, но предпочитает развиваться в спорте и наставничестве.

Павел Чеботарев: «Метатель ножей должен быть спокойным и расслабленным». Фото: ИА «Республика» / Михаил Никитин

Павел Чеботарев: «Метатель ножей должен быть спокойным и расслабленным». Фото: ИА «Республика» / Михаил Никитин

Павел Чеботарев рассказывает, что сейчас спортивное метание ножей остается самостоятельной дисциплиной такого вида спорта как «универсальный бой». Задача современных метателей — сделать эту дисциплину отдельным видом спорта.

 


 

Павел Чеботарев — председатель регионального отделения «Федерация спортивного метания ножей и топоров в России». Полковник запаса. Выпускник Военной академии воздушно-космической обороны имени Жукова и Киевского высшего инженерного радиотехнического училища ПВО. Байкер в прошлом. В настоящем — тренер.

 


— Что вы умеете метать, кроме ножей?

— Метнуть я могу все: нож, вилку, ножницы, иглу, гвоздь, топор, саперную лопату. Недавно я метнул с трех метров обычные палочки для суши.

— Они должны воткнуться?

— Любой предмет, который мечется, должен втыкаться. Причем втыкаться в заданную область. Поэтому среди метателей ножей есть такие негласные пари, которые подтверждаются видеозаписью, кто что сумел метнуть. Самый крутой бросок был, когда обычной иголкой пробили стекло. Его выполнил Сергей Федосенко.

Павел Чеботарев: "Мы вышли в финал чемпионата, это уже достижение". Фото: ИА "Республика" / Михаил Никитин

Павел Чеботарев: «Мы вышли в финал чемпионата, это уже достижение». Фото: ИА «Республика» / Михаил Никитин

— Нужно иметь такую силу мышц или уметь концентрировать энергию?

— Метатель должен быть расслаблен, спокоен, но буквально за долю секунды у него должен произойти некий выстрел, взрыв. В спорте есть термин «взрывная сила мышц». Вот и у него должны отработать мышцы за доли секунды. После этого он опять спокоен и расслаблен. Это наивысшая степень концентрации человека.

— Метание ножей — это искусство или спорт?

— Здесь всё: и спорт, и искусство. В настоящее время — это дисциплина универсального боя федерации Unifight. В декабре этого года я и мой товарищ Алексей Тихомиров были участниками чемпионата мира, который проходил в Москве. Мы приехали оттуда, где метание ножей еще не развито, но стали финалистами чемпионата. То есть прошли отборочный тур и вышли в финал. Считаем, что для нас это сейчас величайшее достижение, учитывая уровень спортсменов, которые там собрались.

Сейчас у нас идет активная работа по созданию Карельской физкультурно-спортивной общественной организации «Федерация метания ножей и топоров». Уже есть полный пакет документов и подтверждение из Москвы, что мы являемся представительством общероссийского спортивного метания ножей. Идет работа над тем, чтобы спортивное метание ножей выходило в самостоятельный вид спорта. Сейчас спортивное метание ножей и топоров является дисциплиной в универсальном бое.

Аэропорт Петрозаводск - Билеты


Павел Чеботарев: "Я могу научить азбуке, слова человек будет складывать сам". Фото: ИА "Республика" / Михаил Никитин

Павел Чеботарев: «Я могу научить азбуке, слова человек будет складывать сам». Фото: ИА «Республика» / Михаил Никитин

— Техника метания у всех спортсменов разная?

— Есть всего-навсего три стиля исполнения броска: безоборотный, когда нож летит по дуге, малооборотный, когда нож в полете делает пол-оборота (это то, что мы все видели в кинофильмах), и многооборотный, когда берут за рукоять, и нож совершает уже энное количество оборотов. Это три стиля. Техника у каждого спортсмена может быть разная. Есть базовая техника, которая ставится в процессе тренировки. На основании базовой техники, учитывая физиологические особенности человека, уже начинает подбираться тот или иной бросок. Всегда на тренировках я объясняю людям, что моя задача — научить человека азбуке, потом из нее мы начинаем складывать слова.

— Физическая подготовка важна в этом деле?

— Очень много внимания приходится уделять физической подготовке. Смешно сказать или это горестно, но в практике были ребята 11-12 и 15 лет, которые не могли с двух метров нож просто добросить до стенда.

На мой взгляд, у молодежи сейчас две крайности. Они повально уходят в ЗОЖ и начинают наращивать сумасшедшее количество мышечной массы, скупая в спортивных магазинах специальные препараты. Вторая крайность — это когда народ записывается в десятки секций, но на выходе не остается ничего. Ко мне приходят парни и девушки, которые не могут даже отжаться от пола. Приходят каратисты, которые не могут сделать стойку на пальцах после 7 лет обучения.

Павел Чеботарев: "Нож нужно держать как цыпленка". Фото: ИА "Республика" / Михаил Никитин

Павел Чеботарев: «Нож нужно держать как цыпленка». Фото: ИА «Республика» / Михаил Никитин

— Существует своя методика развития навыков для метателей ножей?

— Специализированной литературы по метанию ножей нет. Нам приходится делать выборки какие-то из литературы, которая разрабатывается для легкоатлетов — метателей копья или диска, или молота. Мы делаем свои наработки, проводим конференции, встречи в Москве, в Питере. Это постоянный творческий поиск.

— Как правильно держать нож?

— Я объясняю это на простом примере. В нашем детстве нам всем доводилось держать в руках новорожденных цыплят. Нож держать надо как цыпленка: сильно надавил — задушил, отпустил — он выпорхнул. Я приучаю спортсменов, когда они берут в руки любой метательный снаряд, учиться чувствовать его руками.

Подписка на газету Карелия - читаем как оформить.

Павел Чеботарев: "Все мы должны первому кроманьонцу". Фото: ИА "Республика" / Михаил Никитин

Павел Чеботарев: «Все мы должны первому кроманьонцу». Фото: ИА «Республика» / Михаил Никитин

— Зависит ли техника броска от расположения центра тяжести ножа?

— Нет, только новички могут считать, что это важно и что в природе существует ртутный нож, который выравнивает его положение в полете. Отдельные ножи имеют такой баланс, что вообще удивительно, что они втыкаются.

— Как называются ваши ножи?

— Названий много: «Пантера», «Глот», «Букварик», «Ашанчик», «Стилус»… Наша разработка — это нож «Сампо». Мы с Алексеем Тихомировым посидели, поколдовали, посмотрели несколько ножей и сделали что-то усредненное. Авторство на ножи тяжело установить, мы все должны платить деньги тому кроманьонцу, который обтесал кремень, приделал к нему ручку и сказал: «Это нож». Нож метатель делает под себя, под свою руку, под хват. Говорят, что нож должен в руке спать.

Павел Чеботарев: "Пока не рискнул бы метать ножи вокруг женщины". Фото: ИА "Республика" / Михаил Никитин

Павел Чеботарев: «Пока не рискнул бы метать ножи вокруг женщины». Фото: ИА «Республика» / Михаил Никитин

— Приходится ли сталкиваться с предубеждениями в отношении метания ножей?

— У многих вырисовывается картина: гора трупов, море крови. Все-таки на тренировках мы стараемся прививать людям мысль, что человек становится обладателем специального навыка, который нельзя использовать против других людей. На занятиях я стараюсь отслеживать психическое состояние человека. Родителям иногда приходится говорить, чтобы обратили внимание на некоторые вещи.

— Трюковым метанием вы не занимаетесь?

— Да, определенные трюки я могу выполнять. Всегда привлекательно для зрителей выглядит работа вокруг корпуса человека. Там есть свои определенные цирковые фокусы.

Павел Чеботарев: "Лучшая ученица была многодетной матерью". Фото: ИА "Республика" / Михаил Никитин

Павел Чеботарев: «Лучшая ученица была многодетной матерью». Фото: ИА «Республика» / Михаил Никитин

— А вы могли бы метать ножи вокруг корпуса красивой женщины?

— Я бы, наверное, не рискнул пока.

— В фильме «Убить Билла» героиня запросто метала ножи. Женщина с оружием — это красиво?

— В кино это была работа с самурайским мечом. И, по-моему, она метала эти короткие кинжалы, которые японцы используют для сеппуку. На мой взгляд, если женщину заставили взять в руки оружие, значит, женщина доведена до состояния отчаяния. Вы сказали слово «оружие». Для меня ножи, которые мы используем для спортивного метания, не являются оружием. Есть много титулованных спортсменок, и в Петрозаводске тоже. У меня была одна ученица с роскошными данными для броска. Мне очень жаль, что она перестала ходить на занятия. Многодетная мать.

— Вы по-прежнему байкер?

— Ну, с байкерством я, наверное, уже закончил. В этом деле должна быть слаженная команда для дальнобоя, а мои ребята уже почти все спешились. Я не люблю короткие поездки, на мой вкус, «прохваты» должны быть не менее 1 000 километров в одну сторону. В 2011 году у нас был мотопробег, который я организовывал, со стартом в Будапеште, потом — Рига, Петербург, Петрозаводск, Кандалакша, Мурманск, Териберка, Заполярный, Нордкап и через Хельсинки домой. Я был членом «Голдвинг клуба», но потом прекратил свое членство по разным причинам. Лучше, когда ездишь сам по себе и никому не должен.

Павел Чеботарев: "В охрану не пойду никогда". Фото: ИА "Республика" / Михаил Никитин

Павел Чеботарев: «В охрану не пойду никогда». Фото: ИА «Республика» / Михаил Никитин

— Вы предполагали, что станете тренером по метанию ножей?

— Я планировал, честно говоря, совсем другое. Я думал, что навыки и мастерство применю на поприще военном. Я сам из семьи потомственных военных, офицер в седьмом колене. Вышел на пенсию в 34 года в звании подполковника, хотел служить и дальше, но наша система устроена не самым лучшим образом. Где-то в глубине души это ёкает до сих пор. На гражданке военные никому не нужны. Куда им идти? Только в охрану. Я никогда не пойду охранять, это ниже моего достоинства.

— Чего вы еще никогда в жизни не сделаете?

— Не предам свою семью. У меня, честно скажу, было несколько браков. Это обычная армейская биография. Но мое правило: я никогда не приезжал домой с видом побитой собаки. Поэтому я стал делать себя здесь, в чужом городе.

Павел Чеботарев: "Мне повезло с женой". Фото: ИА "Республика" / Михаил Никитин

Павел Чеботарев: «Мне повезло с женой». Фото: ИА «Республика» / Михаил Никитин

— Какой момент в жизни вы считаете чудом?

— Встречу с моей женой.

— Она умеет делать что-то, чего не умеете вы?

— У нее есть мотоцикл, и она умеет метать ножи. Но, кроме того, она — дипломированный специалист-сантехник. В этом деле я вообще ничего не понимаю, могу только помогать.

 


«Персона» — мультимедийный авторский проект журналиста Анны Гриневич и фотографа Михаила Никитина. Это возможность поговорить с человеком об идеях, которые могли бы изменить жизнь, о миропорядке и ощущениях от него. Возможно, эти разговоры помогут и нам что-то прояснить в картине мира. Все портреты героев снимаются на пленку, являясь не иллюстрацией к тексту, а самостоятельной частью истории.