Как устроено чудо

Наталья Ковалева — самый открытый и смешливый волонтер Карельского регистра доноров костного мозга. Сама она говорит, что ее главная задача в фонде — «светить лицом». Дело в том, что Наташа стала первым человеком в Карелии, которому удачная пересадка костного мозга реально спасла жизнь.

Наталья Ковалева: «Когда я узнала, сколько будет стоить моя операция, решила, что в этой ситуации мне проще умереть. Все поплачут и забудут». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

Наталья Ковалева: «Когда я узнала, сколько будет стоить моя операция, решила, что в этой ситуации мне проще умереть. Все поплачут и забудут». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

В студии «Сампо 360» Наталья Ковалева рассказывает о своих сомнениях и страхах, о генетическом двойнике из Италии, о вере в себя и людей. Наш разговор проходил в канун Дня донора костного мозга, а в конце сентября Наташа Ковалева тихонько отметила 10-летие своей новой жизни.
Если вы будете смотреть видео, то увидите, что Наташа периодически вытирает слезы. В студии она несколько раз извинялась, что не может сдержать слез. Говорит, что на самом деле всё давно прошло, что она уже не расстраивается, вспоминая прошлое. Изредка только что-то накатывает, и она начинает плакать, рассказывая о прежней жизни.

 — В Карелии есть своя база потенциальных доноров — Карельский регистр доноров костного мозга. Что вас связывает с этой организацией?

— В 2004 году я заболела лейкозом в первый раз. Меня вылечили, слава богу. Ремиссия длилась четыре с половиной года, я немножко не дотянула до 5 лет, после этого ремиссия считается полной. В 2010 году я заболела во второй раз. И тогда мне сказали, что спасти мою жизнь может только пересадка костного мозга.

Всё, что было связано с поисками донора, подготовкой к операции, стоило в то время около 18 тысяч евро. Когда я об этом узнала, решила, что в этой ситуации мне проще умереть. Все поплачут и забудут. Где взять такую сумму, я не имела представления. Врач сказала, что мне будут помогать благотворительные фонды, организации и обычные люди. Слава богу, что я не опустила руки. Сейчас мне вообще кажется, что это как будто не со мной было.
29 сентября исполнилось 10 лет с момента пересадки.

Наталья Ковалева: «Сейчас мне кажется, что все это было не со мной». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

Наталья Ковалева: «Сейчас мне кажется, что все это было не со мной». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

— В чем заключается ваша поддержка фонда?

— Как я недавно сказала Юрию Гайевичу, наверное, светить лицом. Потому что я первый пациент в Карелии, у которого удачно прошла пересадка костного мозга. Моя задача — рассказать потенциальным донорам, что, если для спасения чьей-то жизни потребуется их костный мозг, делиться им будет не страшно и не больно. И еще важно, чтобы все знали, что Карельский регистр собирает деньги и ищет доноров для реальных людей, которые получают шанс выздороветь.

Вот недавно я ехала в такси и разговорилась с водителем. Выяснилось, что он помогает регистру деньгами. Я говорю: «А вы не хотите донором стать? Вы молодой, не курите, спортивный». А он: «Это же страшно и больно». Я говорю, что нет, не страшно. И начала свою историю рассказывать. Что если бы мне итальянец не помог в свое время, не поделился бы своим костным мозгом, я бы умерла. Он подумал и говорит: «А дайте мне тогда контакты вашего фонда!» Так это и происходит. Надеюсь, что он вступил в регистр.

Наталья Ковалева: «Моя задача – светить лицом». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

Наталья Ковалева: «Моя задача – светить лицом». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

— Что нужно сделать, чтобы стать потенциальным донором костного мозга?

— Мы приглашаем стать участниками Карельского регистра доноров костного мозга людей в возрасте с 17 до 50 лет. Во-первых, можно приехать в наш офис на Кирова, 38-а и сдать мазки. Можно написать письмо на почту нашего регистра, и мы вышлем материалы и инструкцию в конвертике. Обратная связь такая: результат можно отправить нам письмом или оставить конверт в одном из установленных в городе контейнеров нашего фонда. Заявку можно отправить и по электронной почте.

— Вы знакомы со своим генетическим двойником?

— Нет, я его не видела. Знаю, что он итальянец, старше меня на 8 лет. В тот момент ему было 45. И знаю, что крупный мужчина. В Италии строгие законы и они не разрешают разглашать данные о доноре. Во многих других странах через три года после успешной пересадки обычно разрешается встретиться со своим донором, если тот не против.

Когда мне искали донора, по первым параметрам подходило около 100 человек. В процессе они отсеивались, и в итоге осталось два. Итальянский донор подходил мне на сто процентов.

Наталья Ковалева: «Мой генетический двойник – итальянец». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

Наталья Ковалева: «Мой генетический двойник – итальянец». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

— Вы по жизни оптимист или это итальянская кровь добавляет вам жизнелюбия?

— Скорее всего, кровь добавляет мне какие-то ощущения. После пересадки изменилась группа крови, и на настроение это наверняка повлияло. На самом деле я всегда стараюсь не думать о плохом. И девочкам в больнице всегда говорила, чтобы они не боялись.

— Что нужно делать, чтобы не бояться?

— Верить в себя. Это единственное, что помогает. Человек — это такое, скажем так, существо, которое переживет всё, если у него есть внутренняя уверенность, что это приведет его к хорошему. Когда я узнала, что мне нужна пересадка, сразу пришла уверенность, что я буду здорова, всё будет хорошо. К тому же мне надо было вести дочь в первый класс.

Наталья Ковалева: «Должна быть уверенность, что все будет хорошо». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

Наталья Ковалева: «Должна быть уверенность, что все будет хорошо». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

— Верите в судьбу?

— Судьба есть, но ты сам строишь свою жизнь. Захочешь — добьешься, не захочешь — нет. А всё сваливать на судьбу неправильно. Еще говорят, что болезнь приходит к человеку, чтобы его чему-то научить. Я не согласна с этим. Меня болезнь ничему не научила, никаких уроков я не вынесла.

— Жизнь после операции — это новая жизнь?

— Первое время было такое ощущение, как будто ты впервые выходишь в люди, но со временем это всё становится нормой, свой режим возвращается. Не знаю, что у людей меняется — у меня особо ничего не поменялось. Единственно, я стала меньше обращать внимания на пустяки, на бытовые мелкие неурядицы. Просто не беру это в голову. И отвыкла от майонеза и кетчупа за время лежания в больнице. Да, еще я переехала из Костомукши в Петрозаводск. Многие меня отговаривали: как ты после операции поедешь? Но я собралась и поехала. Сейчас уже можно вроде еще куда-нибудь переехать. Куда-нибудь, где потеплее. В Италию было бы идеально.

Наталья Ковалева: «Меня болезнь ничему не научила». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

Наталья Ковалева: «Меня болезнь ничему не научила». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

— Вы любите ездить по стране?

— Да, я люблю путешествовать, пользуюсь всеми возможностями. Я зарегистрировалась на сайте каучсерфинга, и это дает возможность путешествовать бюджетно. Каучсерфинг — это движение, созданное людьми, которые готовы принимать у себя путешественников бесплатно. Карелия — такой регион, в который хотят приехать люди, но не у всех хватает денег. К нам много девочек приезжало таким образом. А потом мы ездили к ним в гости. За границу ездить пока не пробовали — я не уверена в своем английском.

— Что для вас сейчас самое главное?

— Полинка, наверное, — самое главное, моя дочь. Хочу, чтобы она состоялась как человек. А в остальном у меня нет запросов больше. Я просто живу и наслаждаюсь этим.

Наталья Ковалева: «Живу и наслаждаюсь этим». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

Наталья Ковалева: «Живу и наслаждаюсь этим». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

— Вам нравится рок-музыка?

— Русский рок я люблю с юности. В репертуаре «Арии», например, все песни за душу берущие и ведущие вперед. Мне кажется, в рок-музыке вообще заложена мысль: «Все пройдет, все будет лучше».

— У вас все мечты сбываются?

— Считается, что Вселенная тебя слышит. Главное — дать ей знать, чего ты хочешь. Не знаю, Вселенная, Бог или кто-то еще в свое время услышал меня и помог выздороветь. После пересадки я начала не то чтобы молиться, но разговаривать с Богом, но не молитвами, а своим языком. А потом как-то это все ушло. Сейчас в церковь я не люблю ходить — некомфортно мне там.

Наталья Ковалева: «Русский рок меня поддерживает, ведет вперед». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

Наталья Ковалева: «Русский рок меня поддерживает, ведет вперед». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

— Сейчас есть у вас мечта?

— Наверное, нет. У меня всё есть, и я всем довольна. У меня дочь хорошая, я сама здоровая, мама рядом, квартира своя. Что еще для счастья надо? Хотя, наверное, есть. Я все-таки хотела бы познакомиться с моим донором-итальянцем как-нибудь. Понимаю, что это не от меня зависит и даже не от него. Мне хотелось бы, конечно, спасибо сказать, обнять его. Я бы его с дочкой Полиной познакомила. Получается, что он не одну жизнь спас, а две. У меня ребенок счастливый, с мамой остался. Мне очень хочется посмотреть на этого человека. Говорят, что генетические близнецы очень похожи.

Наталья Ковалева: «У меня нет мечты – я всем довольна». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин

Наталья Ковалева: «У меня нет мечты – я всем довольна». Фото: ИА «Республика»/Михаил Никитин


«Персона» — мультимедийный авторский проект журналиста Анны Гриневич и фотографа Михаила Никитина. Это возможность поговорить с человеком об идеях, которые могли бы изменить жизнь, о миропорядке и ощущениях от него. Возможно, эти разговоры помогут и нам что-то прояснить в картине мира. Все портреты героев снимаются на пленку, являясь не иллюстрацией к тексту, а самостоятельной частью истории.