«Ф» — футбол

В пять лет Станислав Рынкевич был уверен, что Ф в центре поля на стадионе обозначает слово «футбол». К своим 22 годам он пережил все главные моменты футбольной страсти болельщиком «Барселоны». Сейчас ему за тридцать, он профессиональный спортивный обозреватель и адепт другого вида спорта — американского футбола.

Станислав Рынкевич говорит, что развитие американского футбола в нашей стране похоже на строительство коммунизма: цель понятна, но недостижима. У нас этот вид спорта основан на энтузиазме участников Карельской федерации американского футбола. Благодаря их усилиям дети и взрослые в Петрозаводске могут тренироваться, играть и показывать неплохие результаты в матчах регионального уровня. Станислав Рынкевич — один из самых активных двигателей этой игры в нашей республике. Разговариваем с ним про страсть, географию, диванную журналистику, «БарсаМанию» и социофобию.

 


Станислав Рынкевич — спортивный журналист на «Матч ТВ», редактор ленты спортивных новостей на mail.ru, шеф-редактор электронного журнала про американский футбол First & Goal. Сам себя считает не журналистом, а блогером, а свои статьи — текстами. Женат на Серафиме Рынкевич, солистке группы «СиМа».

 


 

— Вот ты говорил раньше: как только раскрутим американский футбол в Петрозаводске, кайф заниматься этим делом пропадет. Судя по всему, кайф не пропал?

Кайф теряется, когда ты все время должен говорить людям, что американский футбол — это экзотика. А для тебя это давно быть экзотикой перестало. Но в сотый раз ты начинаешь эту шарманку: «Ну, вот есть две команды, в каждой по 11 игроков…». И пошел этот монолог. Вот это утомляет, конечно. Но ты понимаешь, зачем это делаешь, и что это примерно такая же мечта как строительство коммунизма, о котором говорили наши предки. Я знаю, что американский футбол никогда в России не будет настолько популярным, как другие виды спорта, и что я никогда не достигну цели, она всегда будет на горизонте. Но сам процесс! От него я получаю удовольствие до сих пор.

Станислав Рынкевич: "Мечта о популярности американского футбола похожа на строительство коммунизма". Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Станислав Рынкевич: «Мечта о популярности американского футбола похожа на строительство коммунизма». Фото: «Республика» / Михаил Никитин

— Вот и я туда же: что это за футбол, который вообще не похож на футбол?

— Я всегда начинаю с того, что в России у американского футбола две проблемы. Они связаны с тем, что он американский и что он футбол. Взаимоотношения с США напрямую влияют на развитие у нас американского футбола. Самый пик увлечения случился в 1990-е, когда у нас была повальная любовь к Соединенным Штатам. А чем хуже отношения, тем больше проблем. Может, потом этот вид спорта и переименуют. В свое время канадский хоккей тоже назывался канадским, потому что наш был хоккей с мячом.

Да, американский футбол не похож на футбол. Кажется, что есть футбол, обычный в нашем понимании, и он самый главный. На самом деле это не так. Футбол когда-то начался с игры, где просто нужно было пинать какой-то круглый предмет или таскать его от деревни к деревне. И футбол, и регби — это практически один вид спорта, который потом пошел разными путями. И это так и называется: футбол по правилам регби и футбол по правилам британской ассоциации — соккер. И опять же: есть футбол по американским правилам, по канадским, австралийским. Это не кавер-версии, а разные вещи одного и того же вида спорта, который фактически сводится к тому, что ты берешь предмет и несешь его к церкви чужой деревни, как это было в Средние века. А почему футбол, если там ногой вроде не пинают, а таскают мяч руками? Фут- это потому что играли пешком. Аристократия играла на лошадях, а обычный люд — ногами, босиком бегали по полю. Это считалось не аристократическим видом действий, поэтому все виды спорта назывались через «фут».

КарДент - сеть стоматологических клиник


Станислав Рынкевич: ""Фут"- это потому что играли пешком, а не на лошадях". Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Станислав Рынкевич: «»Фут»- это потому что играли пешком, а не на лошадях». Фото: «Республика» / Михаил Никитин

— Не страшно было становиться игроком команды?

— Ну, немножко страха было, конечно, поэтому я не стал продолжать. Я сыграл два матча — мне хотелось увидеть, как это изнутри. О чем говорят игроки, когда собираются в круг? Какие эмоции там внутри, что происходит? Если бы я был моложе лет на восемь, я поиграл бы подольше.

— На какой позиции ты играл?

— Я пробовался на принимающей, это наименее требовательная к физическим данным позиция. Мне нравится американский футбол тем, что он очень демократичный. В обычный футбол как играют? Толстый — на воротах, ему, вроде, деваться некуда. В американском футболе толстые (массивные) люди, как правило, обладают и большой силой, если они хоть как-то шевелятся. В американском футболе они на вес золота.

— Сейчас карельские «Оружейники» не самая слабая команда?

— На региональном уровне у нас очень хорошая репутация. На северо-западе это одна из сильнейших команд, а Петрозаводск — один из центров американского футбола. Мы постоянно организуем турниры, к нам приезжают игроки из Мурманска, Архангельска, Вологды.

Станислав Рынкевич: "Толстый всегда был на воротах, куда ему деться?". Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Станислав Рынкевич: «Толстый всегда был на воротах, куда ему деться?». Фото: «Республика» / Михаил Никитин

— Часто ли матчи проходят в Петрозаводске?

— К сожалению, не так часто, как хотелось бы. Это реалии любительского спорта. Есть несколько спонсоров, но в целом все строится на взносах самих игроков. А они молодые, студенты, поэтому тяжеловато. В этом году гарантировано будет шесть матчей, из них четыре уже прошли, но только один был дома. Сейчас у нас будет еще два матча здесь, на стадионе «Спартак», и потом будут матчи на вылет, но они все будут в Москве. Возможно, осенью будет Кубок Карелии. Не так много игр. Мы только успеваем приучить зрителей, чтобы ходили, так сезон заканчивается.

— Когда ты увлекся обычным футболом? Что на тебя повлияло?

— Это было еще в те времена, не все из которых я помню. Мне было лет шесть, когда проходил чемпионат мира по футболу 1994 года в США. С него все и началось. И с деда, который был большим поклонником футбола. От деда я взял привычку рисовать таблицы: рисовал в них флаги стран карандашиком и отмечал игры. Мне кажется, что страсть у человека возникает с самого маленького возраста. Я видел людей, которые начинают любить футбол или хоккей в зрелом возрасте. И они запросто могут рассказать, за что: там борьба, силовые приемы. А ребенком просто влюбляешься и всё. Со мной так и было: просто я влюбился в конкретных футболистов, в это поле. Казалось, что центр поля — это большая буква Ф, потому что футбол.

Станислав Рынкевич: "В детстве просто влюбляешься и все". Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Станислав Рынкевич: «В детстве просто влюбляешься и всё». Фото: «Республика» / Михаил Никитин

— География в школе была твоим коньком?

— Я был лучшим знатоком столиц. Главное, не перепутать название клуба и название города. Поскольку моей любовью и специализацией был и остается испанский футбол, то когда мы в университете изучали историю испанского региона, то там я тоже блистал. Нигде больше не блистал, только в те моменты, когда говорили о Стране Басков, о Каталонии. Потому что через футбол ты погружаешься во все это.

— Тебя можно назвать cule, настоящим поклонником «Барселоны»?

— Я был cule, мог себя им назвать года до 2011-го, а потом я перестал называть себя болельщиком.  Как спортивный журналист ты все время стараешься быть объективным, наблюдаешь и оцениваешь. А любовь нерациональна, ее нельзя раскладывать на кусочки. И плюс мне повезло. Мои старшие товарищи могли болеть за «Ливерпуль», например, и не видеть чемпионства своей команды на протяжении десятков лет, а «Барселона» к 2010 году выиграла несколько раз Лигу чемпионов. Весь эмоциональный пик болельщика я уже пережил. Когда ты подписываешься на то, чтобы быть болельщиком, тебе никто не гарантирует, что твоя команда будет чемпионом. А, может, она провалится во второй дивизион, и ты будешь страдать вместе с ней. А я к 22 годам видел все победы, какие только возможны, и у меня чаша эмоций переполнилась.

Я несколько лет активно участвовал в движении «БарсаМания». Сейчас-то болельщиков очень много. А в начале-середине нулевых их было не так много. Испанский чемпионат не был так раскручен. Встретить в любом городе людей в майке «Барселоны» — это было праздником. А сейчас болельщика «Барселоны» можно встретить в любом дворе и каждый знает, кто такой Месси.

Станислав Рынкевич: "К 22 годам я увидел уже все победы, чаша эмоций переполнилась". Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Станислав Рынкевич: «К 22 годам я увидел уже все победы, чаша эмоций переполнилась». Фото: «Республика» / Михаил Никитин

— Жалеешь, что страсть прошла?

— Да нет, потому что я привык к тому, что все проекты в жизни конечны. У меня то, что начинается, немного заканчивает предыдущее. Я сам становлюсь катализатором этих изменений, поэтому это нормально, это было, дальше ты начинаешь заниматься другим. Футбол стал для меня профессией: я спортивный журналист. Это тоже интересное приключение. Дальше только менялись места работы.

— Почему ушел со sports.ru?

— Я работал там 10 лет. Это красивая цифра, чтобы закончить. Потом тенденции в журналистике постоянно меняются. Помню, когда я начинал, можно было озаглавить статью «Львиная доля». И человек, который кликает на нее, уже понимает, что речь про клуб «Атлетик» из страны басков, которые имеют прозвище «Львы». Потом началось засилье рейтингов: 10 главных причесок Криштиану Роналду и тому подобное. Потом пошли заголовки как сейчас, которые максимально объясняют, что будет в статье, чтобы пользователь не прошел мимо. И за всеми этими тенденциями меняются подходы к тому, что нужно от текстов. У меня были более художественные тексты: я люблю образы, люблю притягивать поп-культуру. А потом сменился формат. Потребовалось больше тактических обзоров и упоминаний культовых фигур. Естественно, создателям сайта интересно, чтобы их статьи были наиболее читаемые. Когда сменился формат, я понял, что мне уже немножко неудобно. А начинать с нуля, искать себя в новом жанре лучше в каком-нибудь новом месте. Поэтому я ушел в другое издание. Сейчас я на «Матч ТВ».

Станислав Рынкевич: "Искать себя в новом жанре лучше в каком-нибудь новом месте". Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Станислав Рынкевич: «Искать себя в новом жанре лучше в каком-нибудь новом месте». Фото: «Республика» / Михаил Никитин

— Твоим шефом долгое время был Юрий Дудь. Нравятся тебе его интервью?

— В первое время мне очень понравилось, как он раскрыл жанр интервью. Сейчас мне все больше кажется, что Юра не стремится реально понять человека. У него есть свои представления о нем, и ему важнее показать свою позицию, особенно если это противоречивая фигура типа Никиты Михалкова или Грудинина. Там, конечно, есть определенный нарратив, а нет желания дать возможность рассказчику себя подать. Но он делает шикарные документальные фильмы — вот это здорово.

— Ты как специалист в профессиональном спорте, наверное, мог бы зарабатывать на тотализаторах!

— Проблема в том, что ты часто «передумываешь». Играет, например, сильная команда против слабой. Но ты знаешь, что у сильной есть свои проблемы, начинаешь раскручивать, а в итоге все равно сильная выходит и побеждает. А люди просто поставили на сильную и выиграли. Тем более букмекеры не дураки, они тоже уравнивают все это коэффициентами. Лучшие игроки в букмекерских конторах, как правило, не очень разбираются в том виде спорта, на который ставят. Они отслеживают тенденции, статистику, математику. А то, что ты разбираешься в виде спорта, никаких преимуществ тебе не дает.

Станислав Рынкевич: "Не нужно разбираться в том виде спорта, на который ставишь". Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Станислав Рынкевич: «Не нужно разбираться в том виде спорта, на который ставишь». Фото: «Республика» / Михаил Никитин

— Тебе не интересна эта аналитика?

— Эксперты советуют делать ставки не для того, чтобы заработать, а чтобы подогреть свой интерес к матчу. Есть такое понятие «экспресс», когда ты делаешь ставку на исход сразу нескольких матчей. Нужно, например, чтобы ты поставил на победу семи фаворитов. Из-за того, что перемножается коэффициент, ты можешь поставить 100 рублей, а выиграть 1 500. Но это событие маловероятное. Кайф, когда вдруг все семь матчей сложились ради тебя. Ты считаешь это суперудачей. Главной удачей в жизни вообще, после брака.

— Я знаю, что тебе пришлось бриться налысо, когда ты не поверил, что Россия на чемпионате мира победит Голландию.

— Я раскрою секрет — это был хитрый ход. Я в принципе люблю бриться налысо. Я бреюсь налысо где-то три раза в год, чтобы не париться с парикмахерскими, поэтому я ничего не терял.

Станислав Рынкевич: "Кайф, когда матчи складываются ради тебя. Главная удача в жизни после брака". Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Станислав Рынкевич: «Кайф, когда матчи складываются ради тебя. Главная удача в жизни после брака». Фото: «Республика» / Михаил Никитин

— Как тебе нравится термин «диванная журналистика»?

— Он ироничный. Я его сам отчасти и форсил, хотя с дивана периодически вставал и выезжал на какие-то матчи. Да, я не смог бы быть классическим спортивным журналистом, который постоянно ходит на стадион, общается с людьми. Мне это не очень нравится. Я и журналистом себя называю только когда мне нужно объяснить людям, чем я занимаюсь. А на самом деле я блогер, рассказчик.

— Знаю, что ты меломан, любитель винила. Музыка на пластинках звучит лучше или это ностальгия по ушедшим временам?

— Я не назвал бы себя прямо таким уж меломаном. В свое время я готов был слушать в ужасном качестве записи, скачанные из интернета. Мне кажется, что это и не вопрос ностальгии. Мне 32 года, я не застал пластинок. Тут вопрос в том, что можно пойти попить чай, а можно устроить чайную церемонию. Ты получаешь кайф от самого процесса. Ты так больше чувствуешь вкус, а не просто с батончиком «Твикс» за компом перекусил. Когда ты за работой ставишь музыку фоном — это одно дело, а когда ты идешь в другую комнату, садишься с друзьями и включаешь винил, то ты немножко больше слушаешь эту музыку.

Станислав Рынкевич: "Можно чай за компом попить, а можно устроить чайную церемонию". Фото: "Республика" / Михаил Никитин

Станислав Рынкевич: «Можно чай за компом попить, а можно устроить чайную церемонию». Фото: «Республика» / Михаил Никитин

— Откуда у тебя любовь к жилеткам?

— Когда ты работаешь по удаленке, тебе не нужно ходить на работу в красивом костюме. Поэтому как только у меня появлялся повод куда-то выйти, хотелось надеть что-то отличное от футболки и шорт. Жилетка — практичная вещь. В пиджаке может быть жарко, его надо девать куда-то, не забыть потом. А жилетка позволяет тебе скрыть какие-то недостатки тела, придать тебе более интересный вид и при этом ты ее не забудешь. Но я уже понял, что нужно все-таки разнообразить гардероб.

Онегомедиа


«Персона» — мультимедийный авторский проект журналиста Анны Гриневич и фотографа Михаила Никитина. Это возможность поговорить с человеком об идеях, которые могли бы изменить жизнь, о миропорядке и ощущениях от него. Возможно, эти разговоры помогут и нам что-то прояснить в картине мира. Все портреты героев снимаются на пленку, являясь не иллюстрацией к тексту, а самостоятельной частью истории.