«Мальчик с бантиком»

Андрей Филимонов — выпускник первого в СССР набора школы юнг ВМФ. Эти мальчики считали, что без них страна точно не сможет победить в войне.

Андрей Филимонов

Якорь на руке Андрея Филимонова не закончен. Больно было колоть, признался ветеран. Фото: ИА «Республика» / Наталия Вятчина

Андрей Филимонов родился в 1928 году в Петрозаводске. Мама — врач, папа — экономист, старшие дети — студенты университета. Воспитанием младших занималась бабушка. Настроение в стране было патриотическим.

О патриотизме

— Перед войной нас тренировали: сирену включат и отлавливают на улице, кто не спрятался, а потом насильно моют. Так что нас настраивали уже, мы были готовы.

Когда началась война, школьники целыми классами пошли записываться в добровольцы, мужчины тоже не дожидались призыва. В 1941 году мне было 13 лет. В школе на улице Крупской тогда был организован госпиталь, и я умудрился попасть туда в помощники санитарам. Мама моя была врачом, поэтому меня допустили к раненым. Я выполнял мелкие поручения. Все, о чем просили раненые, делал с большим рвением. Про меня однажды даже написали в местной газете. Заметка называлась «Юный патриот». Я очень гордился, — рассказывает Андрей Филимонов.

О голоде

С началом эвакуации отца Андрея Филимонова направили в Беломорск, старшего брата призвали воевать на Карельский фронт, сестра уехала в Сыктывкар работать на оборонном заводе. Самого Андрея вместе с мамой, бабушкой и младшим братом эвакуировали сначала в Заонежье, оттуда в Нижний Новгород, а затем в Челябинск. Конечным пунктом стал поселок Лопатки, куда они добрались на лошадях.

— По дороге-то, конечно, все голодно. Пункты питания были, мы бегали туда за кипяточком, где-то еще давали хлеб, в пекарнях иногда даже почти сырой. А в Лопатках половина полей с пшеницей еще не убрана была — такой контраст. Там мы с братом ходили в колхоз на прополку, и нам на поле давали пол-литра молока и пшеничный белый крендель. А когда мы в Кировскую область отправились, то нам в дорогу дали чуть ли не мешок муки, по тем временам роскошь.

Андрей Филимонов

Фото: ИА «Республика» / Борис Касьянов

О приказе Кузнецова

В июне 1942 года по приказу наркома военно-морского флота СССР Николая Кузнецова была создана школа юнг.

— Кузнецов сообразил, что многие малолетние добровольцы шли в военкомат, а их оттуда прогоняли. Но потом они все равно кое-как попадали в эту действующую армию. Так вот, он решил, что на корабле детям будет легче, чем в полках, — на полном обеспечении все-таки, у каждого своя специальность: один за штурвал идет, второй радистом, третий мотористом.

В школу юнг принимали юношей в возрасте 15-16 лет с образованием 6-7 классов и исключительно добровольцами, а их родители должны были дать письменное согласие. Конкурс был очень большой.

— Сначала из полусотни человек отобрали десять. После этого нас отправили в город Киров. Там нас собралось уже 500 человек, а заявка была на сто человек. Проверяли серьезно: одна медицинская комиссия чего стоила. Потом устраивали мандатную комиссию — выбирали тех, кто без «червоточины».

— Нам говорили, что сначала нас будут обучать военным специальностям, а только потом мы попадем в действующий военный флот. А туда мы очень стремились. Разве мы представляли, что такое увидеть рядом убитого товарища, как идет вообще эта бойня. Каждый такой шестнадцатилетний пацан думал, что без него страна не победит.

Андрей Филимонов

Фото: ИА «Республика» / Борис Касьянов

— Конечно, в эту школу юнг больше не паиньки рвались. Пришли двоечники, троечники — шалопаи, одним словом, но почти все выпустились хорошистами и отличниками. Нам сказали: кто будет плохо учиться — того отчислят, кто будет посредственный — тот пойдет в береговую оборону, а кто будет хорошо учиться — тот пойдет на боевые корабли. А отличникам обещали дать право выбора флота: Северный, Черноморский, Балтийский или Тихоокеанский. Все хотели попасть туда, где шли боевые действия, — говорит Андрей Филимонов.

— Больше всего мы, юнги, конечно, ждали бескозырки с якорями и длинными лентами. А когда школу окончили, то нам выдали бескозырки с бантиками вместо лент. Пикуль об этом написал своих «Мальчиков с бантиками». Первую гвардейскую ленточку я надел, когда был принят рулевым на Северный флот.

О флоте

— Наконец, в один из дней сентября 1944 года за нами пришел тральщик Северного флота и взял нас на борт. Пожалуй, самым страшным, что мне запомнилось, был момент, когда прямо по курсу вспенилось море, и из воды показалась рубка подводной лодки. Лодка оказалось нашей, но ощущение было неприятным.

Преследование подлодок было напрямую связано со службой Андрея Филимонова, который по распределению попал рулевым во второй гвардейский Печенгский Краснознаменный дивизион малых охотников за подводными лодками.

— Мой первый большой поход в качестве рулевого был при переходе дивизиона из Полярного в Архангельск. В Гремихе, что находится на самой границе Баренцева моря у входа в Белое, погода стала меняться. Подул ветер, усилилась волна, и к ночи она достигла таких размеров, что стала перекатываться через рубку и через находящихся на вахте, меня и командира. Но вскоре мой страх ушел, и появилось чувство уверенности и спокойствия. А после похода я был горд собой — достойно выдержал свою вахту в штормовую погоду.

Многого о службе в войну бывший юнга не стал рассказывать. Подчеркнул только, что большую часть команды судов, на которых пришлось плавать, составляли старослужащие. Они прошли всю войну и имели правительственные награды за проявленный героизм во время боевых действий.

О наградах

— Вот школьники часто спрашивают, за что у моряков награды. Пехотинец доставил «языка» или спас товарища, или сходил в разведку. Летчик сбил самолет. А как быть на подводной лодке? Вот и смотрите: чтобы подбить вражеский корабль или подлодку, кораблю нужно выйти на правильную позицию, идти с определенной скоростью и выстрелить под нужным углом. Так вот, если все выполнить удалось, значит, все на корабле сработали ладно. За такие слаженные действия, которых удалось добиться за счет того, что каждый четко выполнял свои обязанности, и давали медали.

Больше всего бывший юнга гордится медалью Ушакова, которой награждали военнослужащих Военно-морского флота за выполнение боевых задач, личное мужество и отвагу, а также за отличные показатели в боевой подготовке и морской выучке. Эта награда ценна, потому что особенная, считает Андрей Филимонов.

— Вот орденом Отечественной войны награждали всех участников, так же как и медалью «За победу над Германией». Я думаю, что эти медали для того, чтобы обозначить человека, который о войне знает не понаслышке.

После войны Андрей Филимонов окончил биологический факультет, работал почвоведом, преподавателем пединститута, директором биологической станции и заведующим санитарно-пищевой лабораторией. Написал несколько книг по истории Великой Отечественной.

А еще ходил в загранплавание. Рулевым, как и на войне.


Проект «Наша война» — попытка выразить неформальное отношение к теме Великой Отечественной. Возможность рассказать о том времени без лишнего пафоса и не по случаю. Сделать истории, которые происходили на нашей земле и с нашими людьми, своими личными переживаниями. Мы собираем мнения историков об обороне Петрозаводска и Карелии, письма, хронику, документы, живые воспоминания людей – свидетелей войны. Мы должны успеть это сделать.

Наша война - Вставай на лыжи