Бойцовский клуб

Первое правило — никогда не упоминать о бойцовском клубе — мы сразу нарушим. И расскажем о том, что происходит в петрозаводском Доме бокса. В 90-е здесь было не протолкнуться, но сегодня времена смягчились — на ринг выходят и сентиментальные боксеры.

В Доме бокса имени Леонида Левина. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

В Доме бокса имени Леонида Левина. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

— Тебя как зовут?
— Перешвет.
— Как?
— Пе-ре-швет!

На помощь приходит папа, Руслан Степанов:

— Пересветом его зовут. Мы часто приходим на тренировки вместе. Сыну сейчас шесть, надеюсь, будет заниматься боксом. Сейчас пока работа на динамику, на технику, на общую моторику. Всяко лучше, чем дома в гаджете сидеть, правильно? Сейчас я его сильно не гружу, маленький ещё. А к десяти годам можно и в пару ставить. Дети боксом могут с четырех лет заниматься, в Таиланде вообще с трёх берут.

Битва Руслана с Пересветом. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Битва Руслана с Пересветом. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

 

— Ежедневно к нам приходят заниматься более ста боксеров, — говорит директор Дома бокса Юрий Круковский. — С трех до семи — тренировки у детей. В секцию берут с восьми лет, набирает спортивная школа № 5, там создано отделение бокса. Конечно, сразу в ринг никто не выходит, лет до 11-12 — общефизическая подготовка. Занимаются, кстати, не только мальчики, девочки тоже.

По вечерам в Доме бокса собираются совсем взрослые мальчики. Три раза в неделю эту группу ведет тренер Николай Подсадник. Для некоторых учеников — дядя Коля.

— Возраст? Есть двадцать лет, есть шестьдесят, — говорит Николай Владимирович. — Кто-то рукопашкой раньше занимался, кто-то боксом. Все работают, профессии самые разные: от банкиров до охранников. Есть музыканты, есть журналисты. Зачем ходят? Может, не хватило в молодости подраться?

Дядя Коля. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Дядя Коля. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

— Люди ко мне ходят работающие, семейные. Поэтому график не жесткий: иногда пять человек придет, иногда — двадцать. Начинаем с игровой подготовки, баскетбол-футбол (летом на улице, зимой в зале). Потом полчаса разминка, и я раздаю задания. Или в парах работаем, или на мешках, или с утяжелением.

Когда приходит новый человек, я сразу спрашиваю: «Занимались чем-то раньше?» Если навык есть, уже не ставишь человека к зеркалу, можно на мешках работать. Ну а если новичок, то к зеркалу, скакалка-мяч.

 

Никаких условий для приема в этот клуб нет. Все, что нужно, — спортивная форма: кроссовки для зала, трусы-майка. Плата почти символическая — 100 рублей занятие.

— Я не зарабатываю здесь деньги, — говорит Николай Владимирович. — Это ж удовольствие: пришли, пообщались. После тренировки чайку можем попить — у нас есть буфет хороший. Чайник, микроволновка, холодильник. Чисто мужской клуб.
— А правила у клуба есть?
— Нет, никаких.
— То есть материться, к примеру, можно?
— Не-е-е-т! Просто общаемся.
— Что обсуждаете? Машины? Дам?
— Компания чисто мужская, сами понимаете. Если кто что рассказывает свое — я посижу, послушаю. Спросят — могу поучить жизни маленько. Я же постарше их всех.

Николаю Подсаднику — 63. И в парах с молодыми он по-прежнему стоит.

В бою участвуют лишь двое. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

В бою участвуют лишь двое. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Бои идут один за другим. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Бои идут один за другим. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Бой продолжается столько, сколько нужно. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Бой продолжается столько, сколько нужно. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

 — До бокса я занимался кунг-фу, тоже было круто, — рассказывает боксер Георгий Чентемиров. — Но родился сын, следом дочь — а в школе кунг-фу требовали жестко соблюдать расписание. Пришлось уйти. Но желание выходить в ринг осталось. И пару лет назад я узнал об этой группе в Доме бокса.

Это постоянный адреналин (ну, если ты в ринг выходишь), постоянно преодолеваешь усталость, страх, боль иногда. Реально крутое ощущение, когда вдруг понимаешь, что пропущенный удар не ввергает тебя в панику (хотя до этого ввергал). И нагрузка отличная. Вот говорят сейчас: кроссфит, модная тема. В единоборстве силовые нагрузки сочетаются с аэробными, развивают и скорость, и выносливость, иначе никак. Медленный? На в морду. Дыхалка кончилась? На в морду. Руки устали и опустились? На туда же.

Георгий Чентемиров на ринге. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Георгий Чентемиров на ринге. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

 

— Я бы не хотел сейчас говорить что-то типа «Иди в бокс, станешь Рэмбо». Или наоборот: «Бокс — это в первую очередь спорт, в подворотне он не спасет». Истина, как обычно, где-то посредине, — говорит Гоша. — Мне, к счастью, в последнее время на улице это проверять не приходилось. Но пару лет назад прямо на крыльце редакции, где я работал, на нас с коллегой полезли гопники, которым хотелось почесать кулаки. Среди бела дня. Наверное, этот случай повлиял на то, что я решил вернуться к единоборствам. Потому что жизнь сегодня такая, что отхватить можно в центре города в любое время суток. И умение хотя бы увернуться от удара лишним не будет.

 

Абзац