Поднимаемся на Белую гору

В деревне Белая Гора давно уже не добывают мрамор. Но Илья Швецов не забыл о промышленной истории родного края. Из старого карьера он делает новый туробъект: уже собрал понтон с мотором, чтобы возить туристов через озеро, и построил лестницу, чтобы взбираться на мраморную скалу. Почти 100 ступеней в небо.

В деревне Белая Гора красиво и тихо: домов совсем немного, население — в основном дачники, приезжающие в теплое время года. На окраине деревни стоит старинная полуразрушенная церковь, а на другом берегу Гижозера — живописная мраморная скала.

Когда-то давно здесь добывали мрамор для самых красивых зданий Санкт-Петербурга: Мраморного и Зимнего дворцов, Исаакиевского и Казанского соборов, Инженерного замка. Сегодня кондопожанин Илья Швецов делает из старого карьера новый туристический объект.

Илья Швецов. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Илья Швецов. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Буром и молотом

Карьер, который благоустраивает Илья, — один из 13, расположенных в районе Тивдии, в нем добывали семь сортов мрамора (а всего в этой местности можно было найти 23 сорта). Для сравнения: в Рускеале добывали всего пять разновидностей этого камня.

Месторождение в 1757 году открыл купец Мартьянов, в 1760-х годах здесь началась добыча. В карьере работали вручную: сначала под скалой выдалбливали грот метра 3-4 глубиной. Потом переходили наверх и бурили 4-6 отверстий, в которые закладывали порох.

— Как это все происходило? Один держит бур, другой сверху бьет по нему молотом. Два человека в день могли пробурить примерно 70 сантиметров, ну, максимум метр. Представьте, какая это была работа, чтобы пробурить шесть скважин в 25-метровой скале.

Мраморная скала. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Мраморная скала. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Вот с такого углубления в скале начиналась добыча мрамора. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Вот с такого углубления в скале начиналась добыча мрамора. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Скалы поросли мхом, но следы добычи мрамора видны отчетливо. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Скалы поросли мхом, но следы добычи мрамора видны отчетливо. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Мраморные глыбы пилили тут же, на заводе, который у подножия скалы построили к началу XIX века.

— Сначала тут поставили плотину с протоками, в которых стояли небольшие гидравлические колеса. Они приводили в движение пилы. Потом завод горел, его несколько раз перестраивали. Последняя версия была мощнее предыдущих: там было шестиметровое колесо, которое вращало до ста пил. Для него пришлось вырыть специальный канал.

Мрамор в Санкт-Петербург отправляли по воде. Занятие непростое и небыстрое: по озеру камень шел до Тивдии, там около километра его тащили по суше, потом везли по озеру Сандал и Нигозеру до Кондопоги и снова волокли — уже до Онежского озера.

Одновременно с карьером на другом берегу появилась деревня. Ее назвали Белая Гора — по верхнему слою белого мрамора, который обнаружили, когда начали разрабатывать месторождение. Деревня интересна тем, что, в отличие от всех остальных в округе, была русской, а не карельской.

— Карелы не умели заготавливать и обрабатывать мрамор. Поэтому сюда с Урала привезли мастеровых, которые знали, как все это делается. Они и построили деревню из чисто русских домов. Кстати, тут до сих пор стоит церковь по проекту архитектора Константина Тона, который создал храм Христа Спасителя. На ее фундамент тоже пошел белогорский мрамор.

Вид с мраморной скалы - прямо-таки захватывающий: деревня как на ладони. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Вид на деревню с мраморной скалы. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Та самая церковь, которую спроектировал Тон. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Та самая церковь, которую спроектировал Тон. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Мрамор в основании храма не пришлось везти издалека. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Мрамор в основании храма не пришлось везти издалека. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

В последний раз крупную добычу в карьере вели в конце XIX века. Потом мрамор брали эпизодически, для ремонта существующих зданий. И то практически весь забраковали: в XX веке глыбы откалывали с помощью взрывчатки, скала растрескалась, и добывать качественный камень стало невозможно.

Промышленной тропой

Илья, пожалуй, самый известный лесоруб Карелии, который много раз побеждал на профессиональных соревнованиях. Раньше был вальщиком в леспромхозе, сейчас работает на себя: сносит аварийные деревья. Обустройство парка «Белогорье» — это дело для души.

— Я устал: эти пилы, деревья, палки, елки… Хочется уже, как говорится, «маленький свечной заводик» завести. У меня мама отсюда родом, здесь жили и ее дед, и прадед. Когда я работал в лесхозе, у меня возникла идея организовать здесь туристическую познавательную тропу. Это было 10 лет назад, а пять лет назад я занялся оформлением документов. Года два-три ушло только на то, чтобы взять участок с карьером в долгосрочную аренду.

В прошлом году Илья вплотную занялся благоустройством. Для начала по чертежам собрал понтон с мотором, чтобы переправляться на другой берег самому и возить туристов, и сделал причал. Потом начал расчищать территорию: у подножия скалы нужно было немного проредить лес.

На понтоне можно перевозить 12 человек, включая водителя. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

На понтоне можно перевозить 12 человек, включая водителя. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

За капитана судна - сам Илья. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

За капитана судна — сам Илья. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Причал Илья тоже собирал своими руками. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Причал Илья тоже собирал своими руками. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Полтора месяца ушло на строительство лестницы из 93 ступеней, по которой туристы будут взбираться на 25-метровую скалу. Наверху уже есть ограждения на четырех смотровых площадках и предупреждающие таблички.

— Вообще я вдоль всего карьера буду перила устанавливать, потому что здесь обрыв очень крутой, — говорит Илья.

«Белогорье»  — вовсе не вторая «Рускеала». Илья собирается сделать упор на промышленную историю: поставить информационные стенды, организовать экспозицию со всеми сортами мрамора, который добывали в округе.

— Может быть, я сделаю макеты пил, которые использовали на мраморном заводе, чтобы люди могли посмотреть, как это все выглядело.

Подъем по лестнице - небольшая физкультминутка для туристов. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Подъем по лестнице — небольшая физкультминутка для туристов. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Смотровых площадок на маршруте четыре, позже перила появятся вдоль всей скалы. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Смотровых площадок на маршруте четыре, позже перила появятся вдоль всей скалы. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

По маршруту будут развешены таблички: одни призывают сохранять чистоту, другие - следить за безопасностью и не залезать за ограждения. Фото: ИА" Республика" / Сергей Юдин

По маршруту будут развешены таблички: одни призывают сохранять чистоту, другие — следить за безопасностью и не залезать за ограждения. Фото: ИА» Республика» / Сергей Юдин

Еще в парке появятся палатка с едой и напитками и сувенирная лавка. Маршрут рассчитан на теплое время года, когда к карьеру можно будет добраться по воде. Есть старая лесная дорога, но чтобы ее привести в порядок, нужны очень серьезные деньги, говорит Илья. Еще один вариант — строить мост, что тоже весьма затратно.

На этой неделе на карьер приедут гости Фестиваля уснувших деревень: организаторы договорились с Ильей о небольшой экскурсии. Иногда в «Белогорье» приезжают туристы-одиночки или небольшие компании — за год не набралось и 50 человек. Но уже в этом году Илья собирается начать переговоры с туроператорами, чтобы в следующем сезоне возить на Белую гору организованные группы.

— Денег сюда ушло порядком, — рассказывает Илья. — Я все делаю за свой счет и практически только своими руками — разве что сын иногда помогает. Появятся первые туристы — пойдут оборотные средства, и их можно будет вложить в дальнейшее развитие.

Белогорский мрамор особо ценили за многообразие цветов. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Мрамор Белой горы особо ценили за многообразие цветов. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Осколки мрамора хранят следы рабочих инстурментов. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Осколки мрамора хранят следы рабочих инстурментов. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Вид со скалы в "Белогорье". Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Вид со скалы «Белогорья». Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Хорошие карельские книги. Почти даром