Коробка без сюрприза

Из двадцати сотрудников «Онеготары» больше половины – люди с ограниченными возможностями. Они делают картонные коробки, которые заказывают самые разные организации – от машиностроительных заводов до пекарен. У предприятия немало трудностей, но их преодолевают: рабочие места, в том числе для инвалидов, нужно сохранить во что бы то ни стало.

Два года назад петрозаводское предприятие «Онеготара» отметило 70-летие. За десятилетия работы цеха завода выпускали разные вещи: кисточки и щетки, стеганые ватные одеяла, циркули, бумажные пакеты для сыпучих продуктов. С середины девяностых в его цехах начали производить картонную тару, этим и занимаются по сей день.

«Онеготара» — социально ориентированное предприятие: не меньше половины ставок предоставляют инвалидам. Учредитель – «Всероссийское общество слепых», поэтому в штате много людей с ослабленным зрением. Инвалидам с другими диагнозами тоже не отказывают, если есть вакансии.

Сейчас в штате 20 человек: картонажники, операторы станков, грузчик, дворник, уборщица, бухгалтер, электрик, механик, из них 11 – инвалиды разных групп.

Сотрудники "Онеготары". Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин.

Сотрудники «Онеготары». Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Под пиццу и под запчасти

На производстве используют разный картон: трехслойный, пятислойный, микрогофрокартон. При необходимости коробки усиливают дополнительными слоями материала, такие выдерживают вес до 20 кг.

Тару в цехе делают тоже очень разную — от обычных четырехклапанных коробок до упаковок под запчасти или пиццу. Последние, кстати, имеют много разных нестандартных клапанов и выемок, поэтому такие коробки высекают с помощью специальных штампов (их называют «штанцформы») на тигельном прессе. Раньше штампы делали тут же, на предприятии, потом стали заказывать у фирмы в Москве.

— Штанцформы хватает минимум на миллион заготовок, ее довольно долго можно использовать, — рассказывает гендиректор предприятия Игорь Черкасов.

Игорь Черкасов показывает штанцформы. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин.

Игорь Черкасов показывает штанцформы. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Запасы картона. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин.

Запасы картона. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

С коробками обычной формы проще. На одном из станков листы картона режут на куски нужного размера и делают рилевку — продавливают линии сгибов. На другом высекают из цельного куска клапаны, чтобы коробку можно было собрать. На этом же станке есть две секции покраски, с помощью которых на картон наносят надписи и рисунки – одноцветные и двухцветные.

Еще в цехе есть скоростной станок, на котором делают поддоны для мяса птицы. Отдельный аппарат служит для нарезки тонкого хром-эрзац картона. Из него получаются белые коробочки, в которые, например, местные предприятия фасуют торты и пирожные. В соседнем помещении заготовки склеивают и связывают в стопки.

— Этим занимаются в основном инвалиды, — говорит Игорь Черкасов. – У них есть определенные приспособления для работы. Но люди настолько давно работают, что им это не нужно: они сидят и на ощупь клеят эти коробки.

Картон укладывают в станок. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин.

Картон укладывают в станок. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Заготовки для коробок. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин.

Заготовки для коробок. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Заготовки готовят к отправке. Фото: ИА "Республика" / Серегй Юдин.

Заготовки готовят к отправке. Фото: ИА «Республика» / Серегй Юдин

Обрезки на предприятии не выбрасывают: трамбуют в брикеты по 100 кг и сдают в макулатуру. Получается практически безотходное производство.

Продукцию «Онеготары» покупают более 40 предприятий, в основном из Петрозаводска, есть и партнеры в Кондопоге, Эссойле. Были даже заказы из Воркуты, но такие приходят редко – логистика делает их невыгодными для обеих сторон.

Помощь не помешает

— Себестоимость продукции довольно высокая, потому что ручной труд и труд инвалидов малоэффективный, — говорит Игорь Черкасов. – Если обычный картонажник может склеить 5-6 тысяч коробок в смену, то работник с ограниченными возможностями – только полторы тысячи.

Отчасти поэтому небольшому карельскому предприятию трудно конкурировать с крупными производителями из того же Петербурга: они работают на высокопроизводительном оборудовании, могут брать большие заказы, и себестоимость тары получается ниже. В итоге даже с учетом доставки петрозаводским предприятиям бывает выгоднее заказывать упаковку из другого региона.

Еще одна проблема – растет цена на картон, в этом году такое случалось уже трижды. Оборудование в цехе старое, 70-х годов. Пока работает достаточно исправно, но когда-то его тоже придется менять.

Сотрудник "Онеготары". Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин.

Сотрудник «Онеготары». Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Станки в цехе "Онеготары". Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин.

Станки в цехе «Онеготары». Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

— Я пытался обратить внимание правительства республики на наше предприятие, чтобы получить помощь. И у нас есть определенные мелкие льготы, — говорит Игорь Черкасов. – Но в стране ведь есть разный положительный опыт. У общества слепых по всей России около 150 предприятий, и некоторые от властей региона получают частичную компенсацию на оплату труда инвалидов, компенсацию расходов на энергоносители.

Когда в Карелии снизились тарифы на электроэнергию, на «Онеготаре» это сразу почувствовали, экономия получается очень серьезная. Зато каждый год растет оплата за тепло: в зимние холода приходилось платить по 450 тысяч в месяц. Так что помощь от властей очень пригодится: если бы часть расходов на отопление компенсировали, себестоимость коробки бы снизилась, и у предприятия появились бы новые крупные заказы.

— Фактически сейчас мы плотно работаем 7-10 дней в месяц, все остальное время – это простой. Конечно, я по трудовому законодательству две трети зарплаты людям плачу. И это кризис не последнего времени, он затяжной.

Предприятие спасается тем, что сдает в аренду принадлежащие им помещения. Эти доходы должны идти в пользу общества слепых, но организация идет навстречу «Онеготаре», чтобы сохранить рабочие места.

Универсальные сотрудники

«Онеготара» — это, по сути, единственный в Карелии производственный центр трудовой реабилитации инвалидов. На некоторых предприятиях есть квоты для людей с ограниченными возможностями, но их немного: одна-две на сто человек.

— Зачастую трудоустройство бывает чисто формальным: устраивают инвалида, который у них будет числиться для галочки, — говорит Игорь Черкасов.

Игорь Черкасов. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин.

Игорь Черкасов. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

На «Онеготаре» совсем не так. Когда поступает материал, люди приходят в цех каждый день, там есть все условия: разметка на полу, специальное освещение для слабовидящих. Зарплату работникам не задерживают, даже несмотря на не самую простую ситуацию с заказами.

Текучки на «Онеготаре» практически нет. Николай Олонов, например, работает на «Онеготаре» около пяти лет. Вообще он грузчик, но когда его коллеги в отпусках, делает все, что нужно: работает у станков, помогает собирать обрезки, как-то даже написал программу, чтобы можно было мгновенно посчитать стоимость заказа. Универсальный сотрудник, смеется гендиректор.

Николай Олонов. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин.

Николай Олонов. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

В цехе "Онеготары". Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин.

В цехе «Онеготары». Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

С компьютерами Николай дружит, все-таки математик по образованию. «Онеготару» он считает предприятием особенным, потому что найти работу на производстве для инвалида не так просто.

— Я много знакомых имею среди инвалидов, и очень многие вообще не работают, — говорит Николай. — Они, может быть, хотели бы, но работы нет. Такие предприятия надо развивать, потому что на пенсию все равно не проживешь. А инвалиды, как и все люди, имеют семьи, детей.

В советские времена в цехах «Онеготары» работали около трехсот человек. Сотрудники надеются, что когда-нибудь на предприятии снова будет так же многолюдно.

Хорошие карельские книги. Почти даром