Карельский наноцентр

Не только форель, иван-чай и мед — востребованные в России продукты карельских производителей. Республика также знаменита и разработками в области информационных технологий. Специалисты ПетрГУ создают компьютерные новшества: «внутренности» микросхем, хитроумные датчики, технологии для сложных производств. О наноцентре карельского вуза — в очередном выпуске «Делаем в Карелии».

Разработка специалистов наноцентра ПетрГУ. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

Разработка специалистов наноцентра ПетрГУ. Фото: ИА "Республика" / Сергей Юдин

— К нам как-то приходил на экскурсию заместитель премьер-министра карельского правительства Владимир Лабинов, он знакомился с разными подразделениями ПетрГУ. С 10 утра до шести вечера ходил. Тут обо всем, что в вузе есть, за день не рассказать даже вкратце, — предупредил о сложности предстоящего рассказа о наноцентре Алексей Мощевикин, доцент кафедры информационно-измерительных систем и физической электроники ПетрГУ, технический директор малого инновационного предприятия, руководитель команды разработчиков, идейный вдохновитель многих проектов.

Алексей Мощевикин

Доцент кафедры информационно-измерительных систем и физической электроники ПетрГУ Алексей Мощевикин. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Алексей Мощевикин — кандидат физико-математических наук, доцент. Окончил в 1993 году ПетрГУ с квалификацией «инженер-физик». Если говорить об области его интересов, то неискушенному в физике и математике человеку названия направлений его работы будут мало понятны: локальные и глобальные системы позиционирования, инерциальные системы навигации… в общем, он айтишник — специалист в сфере информационных технологий и преподаватель ПетрГУ. Если коротко, как он сам о себе говорит, тройки просто так не ставит.

Наноцентр Петрозаводского госуниверситета — это несколько лабораторий и подразделений, где ведутся разработки различных высоких технологий для современных производств по заказам российских и иностранных предприятий и НИИ.

Казалось бы, наноцентр — это залы с оборудованием и мигающими кнопками, лаборатории, где сидят за компьютерами специалисты, люди в белых халатах переходят из кабинета в кабинет. Но нет. В центре как-то пустовато. Оборудование действительно есть, и специалисты тоже есть, но их немного и выглядят они совершенно обычно.

В Наноцентре ПетрГУ.

В наноцентре ПетрГУ. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Алексей Мощевикин пояснил, что тут люди работают, когда это нужно: с кем-то встретиться, использовать какое-то оборудование, провести тесты. Но основная работа — за компьютером. Кто-то может спокойно трудиться над проектом и дома.

— Вы живых людей здесь можете и не увидеть. Все сложные продукты делаются удаленно: где-то сидят люди, работают, связываются по интернету, обмениваются информацией. Есть координатор проекта, который постоянно следит за тем, кто как работает, собирает данные.

В Наноцентре ПетрГУ

В наноцентре ПетрГУ. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Заведующий лабораторией тестовых решений, доцент ПетрГУ Сергей Подрядчиков рассказал, что в настоящее время сотрудники лаборатории проектируют топологии интегральных микросхем – это геометрическое расположение элементов микросхемы и связей между ними. Это совместный проект ПетрГУ и одного из крупных институтов Москвы.

В работе принимают участие как преподаватели университета, так и молодые аспиранты, для которых это по сути совмещение научной работы с получением востребованной профессии непосредственно в высокотехнологичных областях экономики, а также возможность дополнительного заработка и реализации своих знаний при выполнении проектных работ.

В Наноцентре ПетрГУ.

В наноцентре ПетрГУ. Вадим Путролайнен и Алексей Мощевикин. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

— Почему москвичи обращаются к нам? Потому что у нас есть специализированный софт, есть молодые кадры, стремящиеся получить востребованные профессии в IT-индустрии, и преподаватели, которые могут подготовить специалистов, соответствующих требованиям заказчика. Казалось бы, Москва — центр и так далее, но она фактически настолько высосала себя и высасывает регионы, что люди — профессионалы из регионов — и в Москве тоже не задерживаются. Научно-исследовательские центры платят зарплату 60-80 тысяч рублей в месяц, а айтишник в негосударственной конторе получает в столице как минимум в два раза больше. Выход — пойти в регионы, в вузы, создавать мини-центры. Но регионов, где есть хорошие айтишники, немного, — сказал Алексей Мощевикин.

В Наноцентре ПетрГУ

В наноцентре ПетрГУ. Специалисты за работой. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

По словам Алексея Мощевикина, проекты в ИТ-сфере могут стоить по-разному, понятно, что госзаказ — это не самые большие деньги. Случается, что частный бизнес платит за новую разработку гораздо больше, чем государство. В среднем в Карелии один год труда одного разработчика стоит от миллиона или полутора миллионов рублей. Поскольку любой стартап — это работа трех-пяти человек, и о суммах меньше пяти-шести миллионов говорить не стоит.

— То есть человеку, который дает всего полтора миллиона на проект, нужно сказать: «Ты на этом бизнеса не сделаешь, ты потратишь деньги на благотворительность, то есть ты можешь получить продукт, который не сможешь продать, а чтобы продать, нужно потратить 10 миллионов и больше».

На стадии «горячих пирожков»

Специалисты предприятия ПетрГУ «Наносети» два года назад на средства Фонда Бортника разработали датчик, который измеряет параметры движения. Внутри маленькой красной коробочки — несколько акселерометров, гироскопов и магнитометров. Они производят точные замеры траектории движения транспорта там, например, где система GPS-навигации не работает: в закрытых помещениях, под землей.

Датчик. Фото: ИА "Республика"/Сергей Юдин.

Датчики. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

— Для этого «ящика» наш специалист пишет программное обеспечение. Когда транспорт движется, эта штука записывает, куда он движется, то есть фиксирует точно траекторию. Я думаю, наши алгоритмы — самые лучшие в мире. Это устройство может использоваться, например, на огромных складах, на погрузчиках, чтобы водитель не перепутал место, где взят груз и куда его надо разместить. То есть эта система локального позиционирования не даст ошибиться человеку, — рассказал Алексей Мощевикин.

Проект реализовывался с немецкими партнерами. Он сейчас на стадии «горячих пирожков». То есть немцы дописывают систему логистики, чтобы соединить с нашим прибором. Пока эти датчики дорогие, это штучное производство. Но рынок сбыта есть.

Есть еще специальные датчики, которые используются в шахтах. Их покупает и использует предприятие «Ингортех» из Екатеринбурга и встраивает в специальные переговорные устройства, связывающиеся с ретрансляторами. Эта разработанная нами и «Ингортехом» технология называется Voiloc (сокращение от английских слов «голос» и «расположение»).

Алексей Мощевикин.

Доцент кафедры информационно-измерительных систем и физической электроники ПетрГУ Алексей Мощевикин. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

— Это сейчас работает в шахтах российской компании «Алроса», которая заказала систему позиционирования и передачи голоса в шахте на 200 передатчиков и оснастили сетью 10 километров своих шахт.

Алексей Мощевикин сказал, что за рубежом можно продавать такие технологии, но это сложно. Во-первых, рынок поделен и сложно войти в ту или иную страну со своими продуктами. Во-вторых, уровень безопасности в некоторых странах в горной промышленности уже гораздо выше, чем мы можем предложить, например, в США. Кроме того, есть проблемы с сертификацией — это все стоит дорого.

Мы идем своим путем

ПетрГУ уже пять лет сотрудничает с частной российской компанией GS Nanotech, ее производства размещаются в Калининградской области. Они выпускают микроэлектронную продукцию.

В настоящее время с индустриальным партнером в Калининграде реализуется проект по созданию многокристальных микросхем памяти для твердотельных накопителей — SSD-дисков. Простым языком — это современные компьютерные запоминающие устройства, основа которых — твердотельные микросхемы памяти. До 2020 года компания GS Nanotech будет коммерциализировать проект и переходить к серийному производству твердотельных накопителей. Компания софинансирует проект и предоставляет производственные мощности, на которых отрабатываются технологии.

Разработка специалистов Наноцентра ПетрГУ.

Разработка специалистов наноцентра ПетрГУ. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Специалисты наноцентра говорят, что технологии создания высокоемких запоминающих устройств, которые разрабатываются в ПетрГУ, в мире есть, но ими никто не поделится, поэтому все создается фактически с нуля. Девиз такой: «Чтобы опережать, нужно сначала догнать».

— Это будут наши, российские, диски, понимаете. Есть всегда опасение, что в дисках иностранного производства есть какие-то закладки, которые позволяют «врагам» что-то с ними сделать. Нужно что-то сделать свое, с алгоритмом шифрования. То есть создать свою, хорошо защищенную внутрироссийскую национальную систему хранения информации, — говорит Алексей Мощевикин.

Поиск золота для Финляндии

Алексей Мощевикин рассказал, что не так давно финские геохимики решили разработать анализатор золота в почве, нашли карельских специалистов, которые взялись придумать прибор. Это будет так называемый координатный стол, на котором устанавливаются датчики. На стол выкладываются пробы почвы с разных мест, и измерительный прибор показывает, есть ли смысл искать драгоценный металл или нет.

— В ближайшие полгода мы доведем прибор до стадии продажи. Три-четыре или пять экземпляров уйдут точно, — уверен Алексей Мощевикин.

Алексей Мощевикин

Доцент кафедры информационно-измерительных систем и физической электроники ПетрГУ Алексей Мощевикин. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Востребованные во всем мире

Спрос на специалистов в ИТ-индустрии огромный. Заказчиков намного больше, чем людей, которые заказы могут выполнить. ИТ-специалисты из Карелии — в цене.

— Эта специальность очень востребована. Во всем мире заполненность специалистов в ИТ-сфере всего 10-20%. Дефицит компьютерщиков огромный, и нужно этим пользоваться.

Однако, по мнению Алексея Мощевикина, государство почему-то недостаточно заботится о выращивании своих профессиональных инженерных кадров в ИТ-сфере: этому способствует единый госэкзамен. То есть все, кто может прийти в вуз, кто сдает ЕГЭ, поступают. Это значит, что селекции на инженерных специальностях в региональном вузе нет, студентами становятся неподготовленные школьники. Сейчас из вуза не отчисляют. Например, в ПетрГУ есть студенты, у которых может быть 18 незачетов. Из таких учащихся инженеров хороших не вырастить, считает Мощевикин. В 90-е годы на первый курс поступала примерно четверть слабых студентов (условно из сельских школ), и к третьему курсу сильные «вытягивали» слабых. А сейчас, когда слабых – три четверти, сильные «не справляются». К тому же хороших преподавателей не поощряют, а нагрузка растет. Зарплаты низкие, и люди уходят либо в ученую сферу, либо в коммерческие структуры. Но это уже совсем другая история.


— Часто наши люди уезжают в Питер или в Москву на заработки, кто-то уезжает за рубеж. Жизнь разная. Главное, чтобы не терялась вот такая научная критическая масса, пока она есть. И это значит, что мы в будущем сможем брать хорошие заказы, деньги и работать.
Алексей Мощевикин.

Доцент кафедры информационно-измерительных систем и физической электроники ПетрГУ Алексей Мощевикин. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин