Болота

Карелия — один из самых заболоченных регионов мира, болота занимают почти треть территории республики. Про торф, ягоды и футбол — в очередном выпуске проекта «100 символов Карелии»

Красоты наших болот. Фото: Игорь Георгиевский

Красоты наших болот. Фото: Игорь Георгиевский

— Болот в Карелии много, и болота наши растут, — говорит фотограф Игорь Георгиевский.

По образованию Игорь — лесоинженер, диплом писал по мелиорации. Так что в болотных системах разбирается. Говорит, болота в Карелии хорошие, понятные — только в Пудожском районе надо под ноги внимательно глядеть. А на севере — гуляй, снимай, морошку собирай.

— Как формируется болотная система? Когда ледник отступил, геология и климат запустили болотообразовательный процесс. Осадков немного — в Карелии сейчас 500-700 миллиметров в год. Но испарения и сток в реки и моря (расходная часть) — еще меньше. Остатки влаги запасаются, в том числе и в болотах.

 

 

В Приладожье территории заболочены на 15-20 процентов, территория прибеломорской низменности — до 80%. С середины прошлого века до 1980-х годов Карелию активно осушали, чтобы лесу было куда расти.

Сегодня более 130 тысяч болотных гектаров охраняются государством. Речь идет о Водлозерском национальном парке, «Паанаярви», «Киваче» и Костомукшском природном заповеднике (особо охраняемых территориях). Расти, клюква, ничего не бойся.

 Болотные игры

 

 

А это Олонецкий район. Уже больше десяти лет в августе здесь проходит праздник «Семиозерье». Олимпийские игры на болоте: легкая атлетика, вольная борьба, более того, — шахматы.

А начиналось все с футбола. Идею подсмотрели у финнов: с прошлого века на болотах Вуорисо в Хюрюнсалми проходят чемпионаты мира. Болотный футбол (suopotkupallo) официально существует с 1997 года. Раньше в коммуне Кайнуу на болотах тренировались лыжники: бег «с увязанием» дает отличную нагрузку для ног. Но с мячом оказалось куда интереснее.

Правила игры у финнов схожи с правилами обычного футбола. Только поле поменьше и в команде всего шесть игроков (включая вратаря). Матч длится 24 минуты.

На «Семиозерье» же в футбол играют просто молниеносно: в команде четыре игрока, два тайма по пять минут. Команды смешанные.

— Правда, весело? На самом деле это очень тяжелый вид, — говорит главный судья соревнования Валерий Куцабов. — Можно быть Марадоной, но когда ты не можешь выбраться из этой чачи, никакое искусство ведения мяча не поможет. Тут своя игровая тактика, болото вносит коррективы.

Валерий Куцабов. Фото: Владимир Волотовский

Валерий Куцабов. Фото: Владимир Волотовский

— «Семиозерье» начиналось с турслета, пешеходного туризма и ориентирования. Первые игры на болоте — это футбол и пятиборье для мужчин, — вспоминает Валерий Куцабов, организатор всех семиозерских побед и экс-Паккайне. — Но уже на следующий год возмутились женщины: чем мы хуже? Тут дети: мы тоже хотим!

На болотах теперь играют в волейбол, бадминтон и корфбол (вид баскетбола). Мечут диски, стреляют из лука, борются в грязи. Что такое кюккя и петанк? Приезжайте — узнаете.

— Когда проводили здесь первые школьные турслеты, я всегда на это болото ругался, — говорит Валерий Куцабов. — Мешало оно прокладывать трассы для спортивного ориентирования, все время надо было его обегать. Сейчас я тоже ругаюсь: почему оно такое маленькое?

Школьная ярмарка в Офис-Клаб


 

Торф

А теперь о серьезном. До середины 60-х годов Советский Союз топил торфом — это топливо было одним из главных составляющих в энергетике страны. Сегодня торф не пользуется масштабным спросом: на смену пришли более выгодные газ и нефть.

Торф — смесь разложенных и неразложеных остатков растений. Чем больше гумуса (разложенных остатков), тем больше энергетической калорийности — иными словами, тем больше тепла дает топливо. По этому показателю торф ниже угля, нефти и газа — он близок к древесине.

— Если раньше вся Россия отапливалась торфом, то сейчас — редкие муниципалитеты. Все потому, что его разработка — трудоемкий процесс, — рассказывает завлабораторией болотных экосистем Института биологии КарНЦ РАН, доктор биологических наук Олег Кузнецов. — После того, как Союз перешел на нефть и газ, производство торфозаготовительной техники у нас закончилось. А Швеция и Финляндия ее производят до сих пор.

Доктор биологических наук Олег Кузнецов. Фото: Леонид Николаев

Доктор биологических наук Олег Кузнецов. Фото: Леонид Николаев

В 20-30-х годах прошлого века в России шла массовая инвентаризация торфяных ресурсов. Создавались торфяные карты, кадастры. Изучались запасы и свойства болот всей страны. В советское время в Карелии была программа по развитию торфяной промышленности. Например, проект ТЭЦ на торфе в Петрозаводске — в в 1951 году. Остался невостребованным.

Торфяная ТЭЦ в Карелии есть только в Суоярви, плюс мелкие торфяные котельные в Пряже и Вешкелице. На этих станциях используется торф вместе с древесными отходами.

Олег Кузнецов уверен, что торфяная добыча в Карелии может стать востребованной. С точки зрения экономики, торф не даст большой выгоды, но решить местные проблемы может.

— Возьмем, к примеру, Калевалу: до железной дороги 180 километров, уголь возить дорого. Почему не начать добычу торфа неподалеку? Долгое время в Костомукше планировалась ТЭЦ на торфе в сочетании с древесными отходами. И даже посчитали ресурсы в радиусе 150 километров от города. Но как только пошли слухи, что в город пустят ветку газопровода, о ТЭЦ на торфе забыли. Газ выгоднее.

 

 

Есть у торфа ещё один плюс: экологически он чище угля. Сгорает на 92% — остается только зола, прекрасное удобрение. Уголь, сгорая, оставляет 30 процентов непригодного шлака.

У такого энергетического ресурса есть будущее, считает ученый. В Финляндии, например, 22% тепловой энергии и 6% электрической получается за счет торфа.

Морошка

Болотный янтарь, царская ягода. Морошка растет на торфяных болотах и в заболоченных лесах. У нас, на севере, в Сибири и на Дальнем Востоке.

Соседи-финны считают морошку одним из символов страны. С 1999 года Монетный двор Финляндии чеканит монету номиналом в 2 евро с изображением морошки (автор — дизайнер Раймо Хейно).

 

 

В республике морошку перерабатывают в Костомукше. «Ягоды Карелии» — крупное предприятие, ежегодно десятки тонн морошки здесь превращаются в нектары, джемы и варенье.

Раньше почти всю морошку, собранную в Карелии, отправляли в виде очищенного и замороженного полуфабриката в Швецию и Финляндию.

— Мы вынуждены продавать им очищенное сырье. С готовым продуктом на свои рынки они не пускают, — говорит управляющий директор компании «Ягоды Карелии» Александр Самохвалов. — Любой финн возьмет свою банку варенья — хоть внутри и русская морошка. А я бы хотел, чтобы её покупали русские люди. Морошки не так много в мире растет, чтобы  отправлять на экспорт.

 

Морошка — одна из двух ягод, которую на предприятии чистят вручную (вторая, еще более редкая и дорогая, — княженика). И ничего, кроме воды и сахара, к ней не добавляют.

Предприятие сертифицировано по международному стандарту FSSC 22000: система безопасности пищевой продукции и управления качеством отвечает самым жестким требованиям. Документ «Ягодам Карелии» выдала компания SGS, аккредитованная Pepsi, Coca-Cola, «Макдоналдс».

А год назад компания запустила производство сублимированной продукции. Теперь карельские ягоды можно попробовать (в любое время года) в виде порошка или таблетки. Больше всего на заводе заинтересованы в том, чтобы сделать хороший пиар морошке — в любом виде.

Так что ещё, глядишь, и в космос наша ягодка отправится.

Онегомедиа

Сублимированные ягоды Карелии

Сублимированные ягоды Карелии. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин

Ягодка опять

Болотная ягода — отличный сувенир. Можно купить ведро брусники на полустанке, можно — коробку клюквы в сахаре, а можно открытку, магнит или значок. На котором будет оранжево сиять морошка.

Ещё недавно карельская тематика в сувенирной продукции была представлена шкатулками из карельской березы и шунгитовыми пирамидками. Творческое объединение «Ведро» решило добавить к этому ле́са и болота.

 

 

— Лес — это то, что меня больше всего вдохновляет, — говорит дизайнер Анна Данилова. — А морошку на болоте собирать — самое большое удовольствие.

Анна Данилова. Фото: ИА "Республика" / Любовь Козлова

Анна Данилова. Фото: ИА «Республика» / Любовь Козлова

О болотах, ягодах и карельских сказках — Анна Данилова, дизайнер:

— В этом году была у друзей на даче, искала в окрестностях морошку — мало. Вот прошлым летом мы в Териберке насобирали так насобирали: и варенья наварили, и до зимы чай с чашелистиками морошковыми пили. Я по чаю этому всегда скучаю.

В творческом объединении «Ведро» мы работали три года, каждый в близком для себя направлении. Лес, болото, медведи, ягоды — я всё это люблю и всё это рисую. Всегда, когда есть возможность — отправляюсь гулять в лес (зарядиться вдохновением).

Болото, конечно, — один из символов Карелии. У меня оно ассоциируется с детством, со сказками карельскими, которые мне мама читала: леса дремучие, болота.

А рисовать я люблю черной ручкой, графически, а потом цвет в компьютере добавлять. Это мой стиль, такая зарисовка. Раз — и морошка!


Над проектом работали:
Мария Лукьянова, редактор проекта
Елена Фомина, журналист, автор текста
Игорь Георгиевский, фотограф
Владимир Волотовский, фотограф, оператор
Илья Дедюшко, режиссер
Любовь Козлова, фотограф
Сергей Юдин, фотограф
Леонид Николаев, фотограф
Елена Кузнецова, консультант проекта

Идея проекта «100 символов Карелии» — всем вместе написать книгу к столетию нашей республики. В течение года на «Республике», в газете «Карелия» и на телеканале «Сампо ТВ 360°» выйдут 100 репортажей о 100 символах нашего края. Итогом этой работы и станет красивый подарочный альбом «100 символов Карелии». Что это будут за символы, мы с вами решаем вместе — нам уже поступили сотни заявок. Продолжайте присылать ваши идеи. Делитесь тем, что вы знаете о ваших любимых местах, памятниках и героях — эта информация войдет в материалы проекта. Давайте сделаем Карелии подарок ко дню рождения — напишем о ней по-настоящему интересную книгу!