«Цель — найти всех»

В районе поселка Видлица с 2012 года проводятся межрегиональные и региональные «Вахты Памяти». Ежегодно в экспедициях участвуют поисковики Карелии, Москвы и Московской области, Архангельской, Свердловской, Кемеровской областей. Очередной репортаж серии о поисковом движении — о том, что ищут на полях боев дети и как карельская земля помогает спасать память о солдатах.

В базовом лагере, который располагается в сосновом лесу на берегу Ладожского озера, оживленно. Стоят палатки, дымят полевые кухни. У каждого отряда своя. Меняются люди. Кто-то отъезжает на полевые работы, кто-то наоборот — возвращается. Много подростков.

Фото: ИА «Республика» / Николай Смирнов

Фото: ИА «Республика» / Николай Смирнов

— Молодежь приезжает к нам со всей Карелии, — рассказывает руководитель петрозаводского поискового отряда «Медведи» Кирилл Ратников. — Принимают участие в полевых работах. Сначала как вспомогательная сила. Если первую вахту выдержал и приехал на вторую, значит, всё. Значит, в душе ты поисковик.

Фото: ИА «Республика» / Николай Смирнов

Фото: ИА «Республика» / Николай Смирнов

Варваре Лозовской 10 лет. Она перешла в пятый класс и уже несколько лет вместе с мамой приезжает сюда.

— Иногда палатки в дождь протекают, мы натягиваем над ними тенты. Комары сначала едят, потом к этому привыкаешь. А вообще я буду ездить сюда каждый год, пока не стану взрослой. А может быть, и дольше, — говорит девочка.

Кому нужны эти лишения, тяготы полевой жизни? Зачем менять городской быт на палатки и комаров?

— Это нужно не мне. Это нужно родным, тем, кто до сих пор ждет. Ждет своих дедов, прадедов, отцов, которые погибли, сражаясь за Родину. Пусть они не опускают руки. Мы им постараемся обязательно помочь, — говорит Варвара Лозовская.

Фото: ИА «Республика» / Николай Смирнов

Фото: ИА «Республика» / Николай Смирнов

Кирилл Ратников вошел в поисковое движение с 12 лет. Более тысячи бойцов обрели могилу с его участием в составе полевых отрядов.

— За 20 лет изменилось очень много. И очень приятно, что в последнее время так усилилось внимание к поисковому движению Ведь был период, когда все поездки организовывались за собственный счет. Сейчас нас поддерживает правительство, развивается система грантов, — рассказывает руководитель отряда.

С рабочим визитом в лагерь приехал врио главы Карелии Артур Парфенчиков. Он сам поисковик со стажем.

Фото: ИА «Республика» / Николай Смирнов

Фото: ИА «Республика» / Николай Смирнов

— Так получилось, что в 2010 году я с группой коллег посетили храм святого великомученика Феодора Стратилата, покровителя службы судебных приставов. Там служил батюшка Даниил — уникальный человек. Я бы назвал его полковым священником. По стенам у него развешены флаги разных родов войск, копии знамен военных лет. Долго мы с ним беседовали, и как-то в процессе разговора возникло желание самим попробовать себя в роли поисковиков.

Как рассказал руководитель региона, эта идея была подхвачена. И в течение двух лет было создано около 20 хороших, дееспособных отрядов. Артур Парфенчиков последующие 5 лет сам принимал активное участие в поисковом движении. Но в карельских лесах ему до недавнего времени побывать не удалось.

— Мне очень нравится организация поискового движения в республике. И это дает результаты. Я бы хотел иметь возможность поработать вместе с карельскими поисковиками. Здесь очень хорошая почва. Останки бойцов лучше сохраняются, чем в большинстве регионов, а следовательно, существует большая вероятность узнать о судьбе погибших. У финнов было хорошо поставлено архивное дело, судьбу многих можно проследить по документам. Все это дает больший процент идентификации, — отметил руководитель региона.

Артур Парфенчиков рассказал поисковикам, что в его практике были случаи, когда на 150 поднятых бойцов не пришлось ни одного медальона. Он пообещал оказывать карельскому поисковому движению всемерную помощь и поддержку, чтобы полевые отряды могли эффективнее работать, меньше отвлекаясь на решение бытовых проблем. Самой запоминающейся он назвал свою вахту в Калужской области:

— У меня была вахта в Калужской области, когда мы вообще ни одного бойца не нашли. И когда сезон закончился, я подумал — а ведь на самом деле это здорово. Столько работали, столько искали и никого не нашли. Значит, мы видим результат нашей работы, работы наших предшественников. Надо найти всех, чтобы у нас не осталось ни одного не похороненного бойца. Наверное, это и есть цель нашей работы!

Фото: ИА «Республика» / Николай Смирнов

Фото: ИА «Республика» / Николай Смирнов

Абзац