Технологии и сила духа: как будут восстанавливать Успенскую церковь

10 августа 2018 года в Кондопоге сгорела Успенская церковь. Всё, что осталось, — обгоревшие бревна нижних венцов и икона Рождества Богородицы, которая в тот момент была на реставрации. Люди продолжают приезжать на место пожара — молятся, берут кусочки угля на память. И всем миром участвуют в сборе средств на восстановление уникального памятника Карелии.

Недалеко от входа на территорию кондопожского музея, где два года назад еще стоял единственный на севере, уникальный 42-метровый шатровый храм  Успения Пресвятой Богородицы, — избушка охраны. Церковь сгорела, но сторожить защитный каркас над остатками сруба положено. Мало ли кто решит залезть. Охранник рассказывает, что часто  люди приезжают специально — посмотреть, как тут теперь.

«Зачем вам уголёк-то?» — я спрашиваю проезжих туристов, которые пытаются попасть к пожарищу. – «Как зачем? На память о церкви, молиться будем», — говорят. И ведь почти каждый день люди приезжают. Хотят посмотреть, что осталось, пытаются пробраться вдоль озера по кустам. Мы по сменам работаем, как положено», — рассказывает сторож.

«А когда будут реставрировать, не знаете?» — задает вопрос охранник.

Останки сгоревшей Успенской церкви в Кондопоге

Останки сгоревшей Успенской церкви в Кондопоге. Фото: «Республика» / Сергей Юдин

Про проект и поиск реставраторов

По оценкам специалистов, от церкви после пожара сохранилось не более 10% сруба, оригинальной древесины, которую можно использовать при восстановлении, практически нет. Оставшаяся часть сгоревшей постройки сейчас находится под защитным куполом, часть бревен вывезли на специальный склад.  Сохранилась чудом икона Рождества Богородицы — была на реставрации, сейчас она в одноименном кондопожском храме. Начальник управления по охране объектов культурного наследия Карелии Юлия Алипова рассказала «Республике», что деньги на проектирование — 8 миллионов рублей — выделил Минкульт России, эта работа поручена ФГУП «Центральные научно-реставрационные и проектные мастерские».

Еще в прошлом году на заседании научно-методического совета при Министерстве культуры России, на секции сохранения памятников деревянного зодчества и музеев под открытым небом, эксперты  рассмотрели проект — эскизную стадию и архитектурное решение. Он был одобрен и получил очень высокую оценку. В этом году завершается его разработка, уже выполнены все рабочие чертежи, сейчас идет составление смет.

Начальник управления по охране объектов культурного наследия Карелии Юлия Алипова

Начальник управления по охране объектов культурного наследия Карелии Юлия Алипова. Фото: «Республика» / Сергей Юдин

«Почему так долго? Ну, во-первых, было принято решение продлить сроки действия контракта в связи с пандемией,  а также в связи с тем, что специалисты в области сохранения деревянного зодчества высказали очень серьезные пожелания насчет того, что должно быть учтено при разработке смет, потому что решение это неординарное. Памятники с таким объемом повреждений восстанавливается у нас достаточно редко. Задача — не только восстановить архитектурный облик в полном объеме, но и восстановить утраченные конструкции именно с применением традиционных технологий, традиционного инструмента, с тщательным подбором древесины. Окончательно цена реставрации не обозначена, но это порядка 80 миллионов рублей. Мы предполагаем, что цена будет существенно выше: это реставрация с применением большого количества ручного труда, и в проект у нас входит также восстановление каркаса иконостаса», — рассказала Юлия Алипова.

Специалист пояснила,  что восстановление самих икон проект не предполагает.

Успенская церковь. Фото: Илья Тимин

Успенская церковь. Фото: Илья Тимин

После подготовки проекта встает вопрос о выборе подрядчика. Как показывает печальная практика последних лет, при объявлении конкурса победителями оказываются фирмы, которые просто не могут выполнить работу. Контракты расторгаются, и в результате значительно страдает реставрация. Один из ярких примеров — затянувшийся ремонт Варваринской церкви, которую перевезли в деревню Типиницы из Яндомозера. Первый подрядчик не справился, и в результате на работу и поиск новых специалистов ушли годы.

«Республика согласовала свою позицию с федеральным центром, нам придется пойти по пути подбора единственного подрядчика. Единственное — архитектурное и реставрационное сообщество должно высказаться, кто же в конечном итоге будет этим единственным поставщиком», — сказала Юлия Алипова.

Построить и сохранить

Тема дальнейшего сохранения и защиты памятников деревянного зодчества — очень серьезная и не дешевая. По словам Юлии Алиповой, невозможно выработать единый механизм для пожаротушения всех памятников, потому что динамика развития пожара во многом зависит от того, где тот или иной объект расположен — всё индивидуально. Это сложная и, можно сказать, адресная работа.

В республике есть Центр пожарной робототехники ЭФЭР, которому можно ее доверить. Оборудование Центра ЭФЭР зарекомендовало себя на многих предприятиях в России и за рубежом. Пожарные роботы охраняют от огня знаменитые церкви острова Кижи.

Инженерный центр пожарной робототехники "ЭФЭР"

Инженерный центр пожарной робототехники ЭФЭР. Фото: Игорь Георгиевский

Глава республики Артур Парфенчиков обсуждал вопрос обеспечения защиты памятников от огня с патриархом Кириллом, когда находился в рабочей поездке на заседании попечительского совета по сохранению и развитию Соловецкого архипелага на Соловках. Была высказана позиция о том, что работы по проектированию индивидуальных систем пожаротушения для памятников деревянного зодчества должны финансироваться  так же,  как и работы по реставрации.

«Мы тоже имеем силу духа восстановить храм»

Жители Карелии первыми высказались за восстановление храма, а с инициативой возродить Успенку выступил благотворительный фонд «Северный духовный путь».  Как рассказал руководитель фонда Александр Лысенковский, сегодня собрано 8 960 000 рублей. На восстановление памятника заонежского деревянного зодчества средства жертвуют жители Карелии и России, общественники, духовенство, деятели науки и искусства, пожертвования собирают и прихожане кондопожского храма Рождества Богородицы.

Руководитель фонда "Северный духовный путь" Александр Лысенковский. Фото: Фото: "Республика"/ Сергей Юдин

Руководитель фонда «Северный духовный путь» Александр Лысенковский. Фото: Фото: «Республика» / Сергей Юдин

300 тысяч рублей было потрачено сразу на возведение защитной конструкции над сгоревшим срубом. Кроме того, были затраты на проведение благотворительных мероприятий, чтобы привлечь меценатов. Также были размещены рекламные баннеры вдоль карельских трасс: рекламная компания бесплатно предоставила места на щитах, деньги потратили только на изготовление баннеров.

«Жертвуют и физические, и юридические лица. Значимое пожертвование было от фонда Ахмата Кадырова, от Валаамского монастыря — по миллиону рублей. Неравнодушные люди жертвуют разные суммы — от нескольких рублей до десятков тысяч. Мы очень благодарны всем. Даже сейчас, в период ограничений, пожертвования не прекращаются, хотя активной информационной политики мы не ведем. Мы надеемся, что с помощью государственных программ мы восстановим этот храм», — сказал Александр Лысенковский.

Успенская церковь

На пожарище у сгоревшей церкви в Кондопоге. Фото: Фото: «Республика» / Сергей Юдин

Руководитель фонда также сообщил, что все сведения о поступающих средствах и вся бухгалтерия открыты для контроля. Этим занимается попечительский совет, и все траты делаются только с согласия совета.

Миссия фонда «Северный духовный путь» — собрать средства на работы, которые в силу юридических причин не может профинансировать государство: фонд, например, оперативно собрал деньги на установку защитных сооружений до начала зимы. В дальнейшем благотворительные средства можно направить на написание икон и на восстановление интерьера церкви.

Александр Лысенковский  объяснил, что лично для него значит воскрешение знаменитой Успенской церкви:

«Храмы и здесь, и не только здесь много раз за столетия разрушали и сжигали, а люди восстанавливали свои церкви из пепла. А мы что? Понимаете? Мы тоже имеем силу духа восстановить храм, потому что он нужен людям».

На пожарище у сгоревшей церкви в Кондопоге. Фото: Фото: "Республика"/ Сергей Юдин

На пожарище у сгоревшей церкви в Кондопоге. Фото: Фото: «Республика» / Сергей Юдин

Все, кто хотел бы помочь построить храм вновь, могут обращаться в фонд «Северный духовный путь». Недавно у фонда поменялись адрес и телефон. Сейчас благотворительная организация находится в здании по улице Льва Толстого, 15. Телефоны: (8-814-2) 76-23-88 и 8-911-413-46-19.

Это общее дело

Немалую помощь после пожара оказали волонтеры проекта «Общее Дело. Возрождение деревянных храмов Севера» — это волонтерское движение, участники которого проводят исследовательские, противоаварийные и консервационные работы в заброшенных и  разрушающихся деревянных храмах и часовнях страны, главным образом на Севере — в Вологодской и Архангельской областях, в Карелии. Центр движения «Общее Дело» — недавно построенный храм преподобного Серафима Саровского в Раеве в Москве.

Настоятель храма протоиерей Алексий Яковлев рассказал, что в этом году волонтеры уже работали  в восьми храмах Карелии, а в августе также будут работать в деревнях Кубово и в Гридино — помогать с ремонтом и благоустройством местных деревянных церквей и часовен. А тогда, два года назад, волонтеры сразу откликнулись на просьбу помочь в консервации останков Успенской церкви.

Протоиерей Алексий Яковлев. фото из личного архива

Протоиерей Алексий Яковлев. Фото из личного архива

«Когда было принято концептуальное решение о том, как проводить работы, приехало шесть добровольцев из Москвы и пять добровольцев из Санкт-Петербурга. Они были любезно встречены сотрудником Карельской епархии, их доставили на место и поселили. Они помогали тем, кто переживал горе. Были разобраны завалы, промаркированы бревна, чтобы в дальнейшем принять решение, как возрождать храм. Мы тесно сотрудничаем с фондом «Северный духовный путь». Важно, чтобы и жители России, и жители Карелии принимали участие в работе по воссозданию храма. Потому что эти деревни, храмы — олицетворение нашей малой родины. Если мы сможем их сохранить и передать нашим детям, то тем самым как бы расскажем им о тех людях, которые жили на этой земле», — сказал протоиерей Алексей Яковлев.

Волонтеры «Общего дела» из Москвы и Санкт-Петербурга. Фото архив Алексия Яковлева

Волонтеры «Общего Дела» из Москвы и Санкт-Петербурга. Фото из архива Алексия Яковлева

Настоятель Кондопожского прихода протоиерей Лев рассказал, что с 1990 года службы в Успенской церкви проводились редко, они были немноголюдными из-за того, что храм уже был ветхим: требовался ремонт полов, кровли, и этого ждали, но, увы, случилась беда. Отец Лев надеется, что работы по восстановлению начнутся в следующем году, церковь возродится и он однажды проведет в новом храме службу.

лев

Настоятель Кондопожского прихода протоиерей Лев. Фото: «Республика» / Сергей Юдин

«Мы церковь очень любили. Я сам себя успокаиваю, что всё хорошо, но глядеть на эти сгоревшие бревна, конечно, ужасно, — сказал отец Лев. — Тот факт, что Успенскую церковь очень любили и любят, подтверждается тем, что народ наш сейчас не забывает о необходимости восстановить храм».

Успенская церковь. Фото: Илья Тимин

Успенская церковь. Фото: Илья Тимин