История одного строительства: как многодетная семья осталась без денег и обещанного дома

Многодетная мать Надежда Козулина из Кончезера вложила в строительство дома два сертификата: материнский и жилищный, который она получила как погорелец, но дома так и не увидела. Спустя три года семья сама построила дом, правда, денег на то, чтобы его утеплить перед зимой, уже нет.

Дом Надежды Козулиной в Кончезеро. Фото: ИА "Республика" / Владимир Волотовский

Дом Надежды Козулиной в Кончезеро. Фото: ИА "Республика" / Владимир Волотовский

Пожар в старом деревянном доме в Кончезере несколько лет назад оставил многодетную семью Козулиных без крыши надо головой. Огонь уничтожил их квартиру, и вместе со всеми уцелевшими вещами им пришлось переезжать во временное жилье — старый барак для погорельцев.

Мать семейства, Надежда Козулина, всегда мечтала о собственном доме, и казалось, что мечта начинает сбываться, когда им предоставили земельный участок, положенный им как многодетной семье. В то время в деревне работала строительная бригада. По отзывам, делали все хорошо и быстро, Надежда узнала, от какой фирмы они работают, обратилась туда и заключила договор.

Надежда Козулина. Фото: ИА "Республика" / Владимир Волотовский

Надежда Козулина. Фото: ИА «Республика» / Владимир Волотовский

— Я уточнила у фирмы, работают ли они с сертификатами. Мне сказали, что да. Я на тот момент получила два сертификата: материнский капитал и второй я получила после того, как мы пережили пожар. Мы заключили договор весной 2015 года, а летом, когда высохла дорога, началось строительство. Нам очень быстро залили фундамент. И на этом все остановилось. На телефонные звонки сначала отвечали, но говорили одно – денег у нас нет, счета заблокированы. К сентябрю обещали дом достроить. И, к слову, это был 2015 год. До сих пор строители так и не объявились, денег нам никто не вернул, — рассказала Надежда Козулина.

После того как фирма не появилась и осенью, Надежда с мужем  решили взять кредиты, чтобы построить стены и поднять крышу. По словам сельчанки, в старом бараке, где они впятером ютились в одной комнате, жить уже было невозможно.

— В том доме, где мы жили после пожара, вода замерзала, дети в сапогах ходили, там нельзя было зимовать. Дело шло к тому, что скоро будем в шубах спать. Поэтому мы и решили, что не будем покупать на выданные средства квартиру, здесь жилой фонд-то какой, сами видите, потом будешь мерзнуть да постоянно в ремонт вкладываться. Я всегда хотела свой дом, чтобы у каждого ребенка была своя комната, — рассказывает Надежда Козулина.

Средств нанимать строителей второй раз у семьи не было, поэтому на стройке работали всей семьей, приходили родные и знакомые.

Комната в доме надежды Козулиной. Фото: ИА "Республика" / Владимир Волотовский

Комната в доме Надежды Козулиной. Фото: ИА «Республика» / Владимир Волотовский

— Приходил к нам профессиональный плотник, помогал, консультировал нас. Мы  возвели стены. Затем  начали делать крышу, чтобы оставить до весны хоть под крышей дом. Для этого мы с мужем брали кредиты, в целом более 400 тысяч рублей. Это, конечно, для строительства совсем немного, поэтому покупали самые дешевые материалы, экономили на всем. Но нам еще и люди помогали. Очень много помогли вообще посторонние люди, так бы мы и сейчас еще не смогли переехать, — рассказала Надежда. — Окна нам привезли бесплатно, утеплитель. Вот посмотрим, как мы будем зимовать. Все же еще не доделано.

В доме у Надежды нет печек, пока отапливаются с помощью электричества. Сельчанка говорит, что счета приходят огромные за свет. Она еще не перевела дом в новый статус – жилое помещение, тогда ей как многодетной матери и инвалиду будут возвращать половину суммы. На это ей нужно 15 тысяч рублей, говорит, денег совсем нет.

Веранда пока без стен. Фото: ИА "Республика" / Владимир Волотовский

Веранда пока без стен. Фото: ИА «Республика» / Владимир Волотовский

-Я жду сейчас отпускные, чтобы купить фанеру и зашить веранду, потому что зимой оттуда будет мороз идти и дует сильно. Вот так по кусочкам что-то делаем.

Как нам стало известно, вместе с Надеждой от строительной фирмы «ЖилЗемСтрой» пострадали еще 8 человек, все они обратились в прокуратуру Карелии.

Дом Надежды Козулиной. Фото: ИА "Республика" / Владимир Волотовский

Дом Надежды Козулиной. Фото: ИА «Республика» / Владимир Волотовский

— Нам сообщили в прокуратуре, что все документы передали в МВД, — говорит Надежда, — дело идет, что-то расследуют, проходят проверки, но конца не видно. Суда еще не было. Хоть бы часть денег вернули, нам же довести надо все до ума, утеплить, отопление на втором этаже установить, кредиты отдавать. Но пока ничего не меняется, надежды мало остается.

Как нам пояснили в пресс-службе МВД Карелии, расследование уголовного дела по статье 160 Уголовного кодекса РФ (присвоение чужого имущества или растрата) продолжается. Дело ведется по семи эпизодам в деятельности строительной фирмы. Пока в суд оно не передано.

Надежда Козулина. Фото: ИА "Республика" / Владимир Волотовский

Надежда Козулина. Фото: ИА «Республика» / Владимир Волотовский

Нам удалось связаться с директором строительной фирмы ООО «ЖилЗемСтрой», которая продолжает свою деятельность и принимает новые заказы. Евгений Земсков признался, что ни от кого не скрывается: ни от следствия, ни от пострадавших клиентов, ни от журналистов. Он объяснил «Республике», что в тот момент, когда были заключены договоры с пострадавшими клиентами, у него были серьезные проблемы со здоровьем, делами фирмы занималась бухгалтер.

К слову, Надежда Козулина подтвердила тот факт, что договор она подписывала с бухгалтером Любовью Бабушкиной, Евгения в офисе не было.

— На сегодня Любовь Бабушкина в моей фирме больше не работает. Подписи, поставленные на тех договорах, экспертиза признала не моими. В тот момент я отошел от дел из-за больничного, Любовь работала с клиентами, полученные средства от сертификатов вывела на другой счет и перераспределила на другие объекты. Следствие идет, уголовное дело не возбудили по статье «Мошенничество», потому что мы деньги не похитили, получилось нецелевое использование. Но я хочу сказать, что большинство тех объектов, которые числятся в списке пострадавших, уже достроены. Конечно, я признаю свою вину, люди пострадали, поэтому как директор я буду выплачивать задолженность своим клиентам. Сейчас я работаю один, нанимаю бухгалтера, когда надо подготовить отчетность, оплату с клиентов беру только после выполненных работ на стройке, — рассказал по телефону Евгений Земсков. — Я и сейчас работаю, часть заработанных средств отдаю в счет долга, в том числе и Надежде Козулиной.

На вопрос, каким образом Надежда получает деньги: на карту, наличными или сберкнижку, Евгений уточнил, что не лично ей переводит средства, а через следователя, который фиксирует погашение задолженности. Мы обратились к Надежде, которая очень удивилась такой информации, потому что никаких денег она пока не получала.

Кроме того, директор строительной компании отметил, что вся информация, которая появилась в СМИ о том, что у него несколько дорогих автомобилей и загородный дом, не соответствует действительности.

— У меня одна машина, приобретенная 4 года назад, живу я уже 9 лет вместе со своей мамой в ее квартире. И вообще я официально отец-одиночка, воспитываю ребенка. Никаких богатств и излишеств у меня точно нет, — уточнил Евгений.

Компания «ЖилЗемСтрой» имеет официальную страницу в соцсетях, продолжает принимать заказы, однако сейчас не работает с сертификатами и маткапиталом, поскольку, по словам директора, счета арестованы. Впрочем, в официальной группе компании указывается, что строители принимают в качестве оплаты различные сертификаты.

— Очень сложная сложилась ситуация сейчас со мной и с фирмой. Много лет мы работали, столько хороших отзывов имеем, качественные объекты возводим, будет непросто вернуть к себе доверие и репутацию. Но я не собираюсь закрывать компанию, работаю, решаю проблемы, которые возникли, — поделился Евгений Земсков.

В свою очередь у Надежды Козулиной возникли сомнения, а если суд обяжет директора фирмы вернуть средства, которые были присвоены незаконно, сможет ли она воспользоваться своим правом на материнский капитал, если дом почти достроен? Как нам пояснили специалисты отделения Пенсионного фонда Карелии, после решения суда средства маткапитала вернутся на счет ведомства, а не лично матери. После этого через суд Надежда сможет восстановить свое право на материнский капитал и воспользоваться им в рамках закона.

Сергей Мокров, руководитель общественной организации «СтройХлам» в Карелии, который узнал о сложной ситуации Надежды в Кончезеро, начал ей помогать.

Сергей Мокров. Фото: ИА "Республика" / Владимир Волотовский

Сергей Мокров. Фото: ИА «Республика» / Владимир Волотовский

— Мы стали распространять информацию на нашем ресурсе в интернете. И нашлись люди, которые смогли помочь. Помогли им поставить окна, привезли утеплитель, — рассказывает Сергей Мокров. — У этой семьи не было ничего. Конечно, сруб их дома из бруса 10 на 10 метров – это, конечно, непригодная конструкция для зимовки. Она требует капитального утепления и обшивки. Семья небогатая, и кредитные средства они быстро исчерпали.

По словам активиста, строительные пирамиды в нашей стране очень распространенный способ обмана людей. Фирма берет деньги у нового клиента и на них достраивает дом предыдущему заказчику. Но в карельской истории дома не достроили 9 семьям, ущерб составил более 3,5 миллиона. И самой пострадавшей в этой истории оказалась многодетная мать, которой недавно еще и поставили онкологический диагноз. Сейчас Надежда проходит плановое лечение и уже получила инвалидность.

— Я очень тороплюсь жить. Пока болезнь отступила, но никто не скажет, надолго ли. Мне нужно достроить этот дом, чтобы дети мои не остались на улице, у них был свой угол, — добавила наша героиня.

Для тех, кто может помочь семье Надежды Козулиной, мы публикуем номер ее банковской карты: 6390 0225 9004 177 122.

Хорошие карельские книги. Почти даром