Реформа детских домов: как фонд Джоан Роулинг помогает карельским детям

В Карелии четвертый год продолжается реформа детских домов. В конце марта готовность оказать помощь республике выразил известный международный благотворительный фонд Lumos.

Фото: pixabay.com

Фото: pixabay.com

В конце марта в республике с успехом прошел детский форум «Услышать голос каждого ребенка». На него приехали представители детских советов при омбудсменах со всего Северо-Запада. Детские правозащитники приняли резолюцию, в которой поддержали право каждого ребенка жить и воспитываться в семье. Международный форум посетили эксперты в области защиты детей Республики Молдова и Финляндии. Карелия — приграничная территория, поэтому в республике реализуется много совместных проектов. Через несколько дней после завершения форма к ним присоединился еще один участник.

Детский форум. Фото: ИА "Республика" / Любовь Козлова

Детский форум. Фото: ИА «Республика» / Любовь Козлова

— К нам напрямую обратились представители благотворительного фонда Lumos, который возглавляет автор книг о Гарри Поттере Джоан Роулинг, и предложили свою консультативную и экспертную поддержку в осуществлении программы реформирования детских домов, которая уже четвертый год реализуется в Карелии, — рассказал корреспонденту «Республики» детский омбудсмен Геннадий Сараев.

Благотворительный фонд Джоан Роулинг Lumos был создан в 2005 году. Фонд поставил перед собой цель добиться, чтобы ни один ребенок не оставался в детском доме: к 2030 году — в Европе, к 2050 году – во всем мире. Фонд продвигает идею деинституционализации, которая предусматривает возвращение детей из учреждений в семьи и перенаправление средств, предназначенных для создания детских домов, на поддержку общественных центров, помогающих семьям. Большую часть средств фонд получает от продаж книг писательницы.

Геннадий Сараев отметил, что фонд работает во многих странах и на нескольких уровнях. Своего представительства в России благотворительный фонд Lumos пока не имеет, с нашей страной он взаимодействует с площадки, расположенной в Молдове. Фонд может обеспечить высокопрофессиональных специалистов и представителей органов власти Карелии методическими рекомендациями о том, как успешнее выполнить деинституционализацию детских домов или провести реформу. Фонд разработал программы проведения реформы социальных услуг как на национальном, районном и муниципальных уровнях, так и на уровне отдельных учреждений. Специалисты взаимодействуют с местными властями, с директорами детских домов, работают совместно со школами, с врачами, социальными работниками и общественными организациями. Фонд сопровождает их, помогая им в планировании, финансировании и реализации планов реформы.

Геннадий Сараев

Геннадий Сараев. Фото: «Республика» / Сергей Юдин

Возвращаясь к реорганизации социальных услуг в нашей республике, детский омбудсмен рассказал, что в Карелии реформа началась с выводом детских домов из системы образования и передачи их в Министерство соцзащиты. Соответственно, изменились и задачи, которое должно ставить перед собой учреждение. Речь не идет о закрытии детских домов, а о перепрофилировании их в полустационарные учреждения, которые должны выполнять ряд совершенно иных функций. Раньше перед персоналом стояла задача обеспечить бытовые условия и дать образование воспитаннику до тех пор, пока он не покинет стационар. Сейчас главенствует принцип, что устройство ребенка в стационар может быть только временным явлением. Необходимо найти ему профессиональную семью или попытаться вернуть ребенка к родителям. Необходимо помочь ребенку подготовиться к переходу в приемную семью и сопровождать такие семьи. В центре помощи детям (так называются бывшие детские дома) должна быть база семей, готовых принять ребенка того или иного возраста. Должны проводиться информационные кампании по привлечению желающих усыновить (удочерить) или взять под семейную опеку ребенка, заниматься консультированием приемных родителей и повышением их квалификации.

Интернат № 23. Фото: ИА "Республика" / Любовь Козлова

Интернат № 23. Фото: ИА «Республика» / Любовь Козлова

— Главная проблема реформы – не деньги, как можно было бы ожидать. Содержание ребенка в детском доме обходится государству в 400 тысяч рублей в год. Сюда входят и зарплата персонала, и ЖКХ, и другие расходы. На эти средства можно обеспечить и выплату пособий на содержание ребенка в семье, и заработную плату сопровождающих специалистов. Основная трудность состоит в том, что для реформы не подготовлена ни правовая основа, ни кадры. В итоге специалисты зачастую не понимают, зачем все эти перемены, и саботируют их на местах. Или, наоборот, очень хорошо понимают, и тоже всячески пытаются устраниться от решения реальных проблем. Ведь одно дело — вести работу в стационаре, и совсем другое — выезжать в проблемные семьи, проверять, как там живет ребенок, помогать в случае необходимости, — говорит детский омбудсмен.

Недостаток специалистов провоцирует проблемы в других сферах. Например, некому готовить приемных родителей и детей к переходу в семью. Возникает конфликт интересов. Зачастую семья воображает приемного ребенка как послушного, согласного на все ангелочка. А ребенок ожидает, что он будет центром притяжения семьи — все будут ухаживать за ним, выполнять любые прихоти. Как результат около четверти всех детей возвращаются в стационары. А это повторная травма для ребенка, не заживающая обида брошенного, «ничейного».

Глобально реформа детских домов должна решить следующие задачи: пребывание ребенка в интернате должно стать временной мерой — до его возвращения в кровную семью или устройства в приемную, но даже условия временного пребывания в интернате должны быть максимально приближены к семейным. Кроме того, ребенок должен знать, как устроен и чем живет внешний мир. Временно лишенный семейного внимания ребенок должен получить качественную социальную, психологическую и педагогическую реабилитацию. И самое главное – необходимо сделать все максимально возможное, чтобы он остался в своей родной семье. На решение этой задачи должны быть направлены усилия всех социальных служб.

реформа детских домов

Фото: tass.ru/infographics/8630

— Настоящих сирот у нас немного, едва ли десятая часть потеряла обоих родителей, или они оба осуждены и отбывают свой срок. Подавляющее количество сирот — это дети, которым не оказали своевременные и необходимые услуги на ранней стадии для выхода из трудной жизненной ситуации. Практически социальные службы вмешиваются в жизнь семьи, когда ситуация вышла из-под контроля. И когда у специалистов не хватает профессионализма, принимается решение по принципу «сами виноваты». Родителей лишают прав в судебном порядке. Мы должны приложить все усилия, чтобы этого не происходило, — сказал Геннадий Сараев.

Детский омбудсмен привел пример. В одном отдаленном поселке проживал отец с дочкой. Девочка в школу не ходила, так как из-за физического отсутствия дороги школьный автобус не мог за ней заезжать. Казалось бы, ребенка необходимо перевести в стационар, однако чиновники смогли найти другой путь. Смогли добиться, чтобы в райцентре мужчине выделили квартиру, помогли с поиском работы. Сейчас девочка хорошо учится в школе и ведет домашнее хозяйство.

Стандартный случай, когда отец пьет, а мать тащит всю семью, зарабатывая на нескольких работах, и у нее просто не хватает времени на детей. Или пьют оба родителя. В ряде случаев удается уговорить их пройти курс лечения. Иногда помогает работа с психологом. По словам омбудсмена, в Карелии один из самых лучших центров анонимных алкоголиков – может помочь и это. В самом же крайнем случае соцработники пытаются уговорить ближайших родственников стать приемными семьей для ребенка.

Эта работа приносит результаты. По данным статистики, за три года количество детей-сирот снизилось с 2 496 до 2 151. Из них 86% воспитываются в приемных семьях — и только 14% живут в стационарах.

— Это только цифры, а за ними одинокая детская судьба. Надо, чтобы каждый ребенок имел право жить и воспитываться в семье, — резюмировал Геннадий Сараев.