Пряжинский падёж

Что все-таки косит поголовье норки и лисы на звероферме «Пряжинская»? Мнения сторон разнятся кардинально: коллектив утверждает, что звери с голодухи уже едят друг друга, владелец ситуацию вообще считает штатной, а министр винит и тех и других и говорит о том, что массовый падеж пушнины, скорее, не от голода, а от отсутствия прививок.

«Голодомор», «Освенцим для животных» — начиная с 11 октября ситуацию на звероферме «Пряжинская» характеризовали самыми яркими и сочными эпитетами. Действительно, фотографии, которые разместила на своей странице в «ВКонтакте» петрозаводчанка Дарья Каликина, вызывают ужас. Всё это на фоне истории с воющим от голода стадом соседнего хозяйства «Пряжинское».

Волна общественного возмущения докатилась до властей, и накануне вице-премьер, министр сельского хозяйства Карелии Владимир Лабинов пообещал в Заксобрании, что съездит и проверит все сам.

На встрече с министром работники зверофермы единогласно заявили, что ситуация вопиющая.


Все 12 сотрудников зверофермы не получают заработную плату — кто с мая, кто с июля; владельцы им уже должны около двух миллионов рублей. С 1 октября поголовье норки из-за голода и отсутствия в кормах животного белка сократилось на 2,5 тысячи голов. Только за последние два дня умерло более 300 зверьков.

Вместо одного дня принудительной голодовки в неделю, принятой в звероводстве, пряжинские животные не получают корм по два дня и больше. Так, согласно журналу кормления, который предоставили министру, из 12 октябрьских дней звери голодали четыре. Да и в дни кормежки их держат впроголодь: исходя из количества поголовья и запасов кормов, которые сейчас есть на складе в Пряже (3-4 тонны в день на девять тысяч голов), выходит, что один зверь получает 56 граммов за один прием пищи, тогда как, по словам сотрудников зверофермы, только одной лисице необходимо около 500 граммов корма.

Во время визита министра и специалистов управления ветеринарии республики еда в кормушках была. Более того, Владимир Лабинов констатировал, что не во всех клетках съедены вчерашние порции. Наконец, недоумение чиновника вызвала клеть с гниющим кормом, брошенная посреди зверофермы. На вопрос Лабинова: «Почему вы его не скормили поголовью вовремя, а бросили гнить?» ответа не последовало.

Кроме того, Лабинову не понравились условия хранения имеющегося корма: часть 30-тонного запаса рыбы, мяса, куриных потрохов и остатков коровьих туш попросту свалена у холодильника, а не хранится в нем, как полагается.

— В целом ситуацию можно назвать одним словом: бесхозяйственность. На уровне оперативного управления и, к сожалению, я бы мог этот термин совершенно справедливо отнести и к деятельности персонала, вовлеченного в обслуживание животных, — заявил Владимир Лабинов. — Утверждать, что животных не кормят, оснований у меня нет. Недокармливают точно, но и небрежное отношение к корму присутствует.

Не увидел министр и случаев самопоедания и каннибализма, о которых сообщала активистка Каликина. Владимиру Лабинову показали всего два случая: лису с поврежденной передней конечностью и лису с раной на боку. Министр констатировал, что у первого зверька элементарный открытый перелом, а у второго – типичный пример того, до чего может довести себя животное при попытке зализать рану. По мнению руководителя Минсельхоза, это однозначно не попытка сожрать себя из-за голода. Публикации на темы каннибализма и других увечий он назвал манипуляциями сознанием читателей.

— Звери недокармливаются, но их состояние удовлетворительное, — заявил министр Лабинов. — Рацион от норм отстает примерно в два раза. Падеж молодняка превышает норму, но таких, приводимых в СМИ эмоциональных фактов, свидетельствующих о самопоедании, о каннибализме, мы не зафиксировали.

Нам, правда, показали еще одну лисицу, которая, по словам сотрудников зверофермы, от голода буквально поедает собственный хвост.

Лисица, которая, по словам работников, изъела свой хвост

Лисица, которая, по словам работников, изъела свой хвост. Фото: ИА «Республика Карелия» / Александр Батов

На следующий день, то есть сегодня, министр пригласил журналистов в Минсельхоз и рассказал, что официальной причины смерти 2,5 тысячи норок и лис (в основном норок) пока нет, но он не склонен видеть причину массового падежа только в вынужденных голодовках.

— Мы зафиксировали факт отсутствия противоэпизоотических профилактических мероприятий на ферме. Любая концентрация поголовья в ограниченном пространстве предполагает обязательное проведение таких мероприятий. И перечень их для всех видов животных зафиксирован. Такие мероприятия в «Пряжинском» с весны этого года не проводились. Поэтому тот падеж животных, который очевиден и превышает нормативы, он, на мой взгляд, в гораздо большей степени связан не с голодомором, не с недокормом, а с отсутствием этих противоэпизоотических мероприятий, — считает министр.

Он упомянул, что среди пряжинских норок выявлены носители так называемой алеутской болезни — одного из наиболее опасных заболеваний при разведении этого пушного зверя.

— Нашими органами ветеринарного надзора был зафиксирован вирус носителя этого заболевания в Пряже. Поэтому характеризовать стадо как благополучное в эпизоотическом отношении нельзя. Я дал поручение еще раз взять пробы патологического материала. Результаты будут известны 16 октября.

Понятно, что за сегодняшнее состояние зверофермы ответственность несет владелец – гражданин Эстонии Айво Халлист. Накануне вечером министр Лабинов встречался с ним, и иностранный предприниматель пообещал, что до ноября – месяца, когда норку забивают на мех – кормами хозяйство он обеспечит. После забоя зверя станет раз в пять меньше, и кормить станет легче. Впрочем, после других вчерашних высказываний господина Халлиста о том, что ситуация в Пряже штатная, верится ему с трудом.

А вот как будет развиваться «Пряжинская» дальше? До 12 октября владелец зверофермы еще собирался продать ее петербургскому бизнесмену Никите Мельникову, гендиректору компании «Ленптицепром-И». Вот только инвестор, который был не против разводить в Пряже соболя (норка в мире стремительно дешевеет), узнал, что часть поголовья уже принадлежит кредиторам Айво Халлиста и арестована – и готовая сделка сорвалась.

Поэтому вопрос будущего зверофермы «Пряжинская» остается открытым. Пока это означает, что долги перед оставшимися 12 работниками будут расти, а зверей забьют – полностью или частично. Впрочем, власти не теряют надежды уговорить инвестора вернуться к этой сделке или найти нового.

Хорошие карельские книги. Почти даром