Недетские алименты: мать задолжала дочери с инвалидностью более миллиона рублей

12-летняя Катя — инвалид. Ее мать отказалась от дочери сразу же в роддоме: у женщины были другие приоритеты — алкоголь, наркотики, мужчины. Ребенка воспитывает тетя, которую Катя называет мамой. А вот биологическая мать с девочкой не общается, зато часто общается с судебными приставами: она злостная неплательщица алиментов.

В Карелии почти 12,5 тысячи должников по алиментам. С каждым из них работают судебные приставы: на кого-то накладывают ограничения на регистрацию имущества, у кого-то это имущество арестовывают, кому-то из алиментщиков запрещают выезжать за границу. Мер много, только вот работают не все: долги растут ежемесячно, однако с некоторых неплательщиков и взять-то нечего. Поэтому брошенные ими дети больших денег от них так и не дождутся.

Одну из таких историй — грустных, но совершенно жизненных — “Республика” узнала от УФССП Карелии: лишенная родительских прав петрозаводчанка задолжала по алиментам своей дочери более миллиона рублей.

Катя за столом. Фото: "Республика"/Любовь Козлова

Катя за столом. Фото: «Республика»/Любовь Козлова

Катю воспитывает с самого рождения родная тетя Таисия Карпюк. Страдающая от алкоголизма и наркозависимости биологическая мать девочки отказалась от нее еще в роддоме, воспитание ребенка вообще не входило в ее планы. А тем более больного.

24 диагноза — столько насчитали медики в реабилитационном центре, в который недоношенную Катю забрали из родильного дома. Дисплазия легких, порок сердца, поражение центральной нервной системы. Таисии в открытую говорили: «Вы не справитесь с девочкой-растением, она ни говорить, ни ходить, ни даже есть сама не сможет. Оно вам надо?».

Катя любит играть со своим троюродным племянником Даней и мамой Таисией. Фото: "Республика"/Любовь Козлова

Катя любит играть со своим троюродным племянником Даней и мамой Таисией. Фото: «Республика»/Любовь Козлова

«Своих не бросаем», — ответила женщина. Этот принцип, признается Таисия, она усвоила от родителей, когда была ребенком — одним из восьми.

«Даже если ей отведено несколько месяцев, пусть эти месяцы она проведет в родной семье», — добавила Таисия и забрала девочку.

А девочка все-таки заговорила — позже, чем обычно начинают говорить дети, но всё-таки. А в 6,5 года она научилась ходить. Этот день Таисия помнит очень хорошо и считает его самым счастливым в своей жизни. Сейчас Кате 12. Она третьеклассница, любит петь песни, играть с мячом, ездить в монастыри — в Важеозерский и Сяндемский.

«У меня крёстная была — она умерла в монастыре — всю жизнь помогала моим родителям, помогала нам выживать, всех нас очень любила. Она меня и приучила к монастырям. Нет, ну а что не поехать во славу божию и не поработать? Мы там поварами работаем, на грядках работаем, и Катька со мной. И покупаемся там, и помолимся. Катя на службу ходит. Там чудесный отдых», — рассказывает Таисия.

Таисия Карпюк рассматривает многочисленные судебные решения. Фото: "Республика"/Любовь Козлова

Таисия Карпюк рассматривает многочисленные судебные решения. Фото: «Республика»/Любовь Козлова

Отца у Кати нет, он умер. Своего брата Таисия всегда вспоминает добрым словом — родились они вместе, и их многое связывало. А теперь, когда его уже нет, связывает еще больше.

«Мой брат Сергей долгое время был женат, а вот детей у них не было. Однажды его супруга умерла, Сережа даже на похороны прийти не смог: был в больнице, его сразу же сразил инсульт. По нему смерть жены очень сильно ударила, потерялся он в жизни — начались алкоголь, наркотики, женщины. Связался с одной, вскоре она забеременела. Помню, приходит он ко мне и говорит: «У меня детей не было, это будет первый, помоги, потому что от матери ребенка ничего хорошего ждать не стоит». Я ему ответила, чтобы не волновался, мы своих не оставляем.

Я четко осознала, что мне нужно караулить ребенка, когда впервые пришла к этой женщине и увидела ужасную картину. Она была тогда на шестом месяце, сидела за столом, в руках пивная пластиковая бутылка, наполненная каким-то дымом. Она — раз! — и в три глотка опустошила эту тару. Я тогда даже не сразу поняла, что это наркотики. Спросила ее: «Ты понимаешь, что у тебя внутри жизнь, сердце, судьба? Что ты делаешь?!». Но со мной она говорить не захотела, сказала, что это не мое дело. У нее вообще другие в жизни приоритеты — такая она вся из себя: фигура, походка, мужчины вокруг вьются. Я когда притчи Соломона читаю, сразу она на уме», — вспоминает Таисия.

Катя. Фото: "Республика"/Любовь Козлова

Катя. Фото: «Республика»/Любовь Козлова

Катя родилась, когда ее отец был в больнице, доживал последние месяцы. Его сестра Таисия, как узнала о рождении племянницы, сразу же прибежала в роддом. Главврач показал ей бумагу, на которой было написано:

«Я, [фамилия, имя, отчество], в связи с затруднительным материальным положением не могу забрать дочь из ДРБ и доверяю опеку ее тете Таисии Владимировне».

Отказ от ребенка. Фото: "Республика"/Любовь Козлова

Отказ от ребенка. Фото: «Республика»/Любовь Козлова

Сейчас Катя живет в частном доме в Петрозаводске вместе со своей тетей, которую называет мамой, ее сыном, дочерью и внуком. А свое «затруднительное материальное положение» лишенная родительских прав биологическая мать Кати исправить так и не смогла: она злостная неплательщица алиментов, должна более миллиона рублей.

Таисия получает на Катю «опекунские», это чуть больше 8 000 рублей. Также на счет девочки ежемесячно поступает пенсия по инвалидности. Эти деньги никто не трогает: Катя сама распорядится ими, когда повзрослеет.

Как рассказала «Республике» начальник отдела по взысканию алиментных платежей в Петрозаводске и Прионежском районе УФССП Карелии Наталья Камалутдинова, исполнительное производство в отношении Катиной матери находится у приставов достаточно давно. Сперва ее привлекали к административной ответственности, после — к уголовной. Притом неоднократно.

«В этом году в очередной раз уголовное дело в отношении матери этой девочки уже направлено в суд. Он и назначит ей наказание. Чаще всего назначаются исправительные работы сроком на 4-5 месяцев. Заключается трудовой договор, выплачивается зарплата, ее часть пойдет на погашение задолженности по алиментам. Если человек не будет выполнять исправительные работы, то ему грозит реальное лишение свободы», — пояснила Наталья Камалутдинова, отметив, что у биологической матери Кати нет вообще никакого имущества, и, стало быть, арест наложить не на что.

Наталья Камалутдинова. Фото: "Республика"/Любовь Козлова

Наталья Камалутдинова. Фото: «Республика»/Любовь Козлова

Также в службе судебных приставов Карелии рассказали, что суд часто назначает злостным алиментщикам исправительные работы условно. Это означает, что человек должен приходить к инспекторам ФСИН и отмечаться, и только если у сотрудников службы исполнения наказаний будут к нему претензии, исправительные работы станут реальными. К слову, матери Екатерины суд уже назначал исправительные работы условно. Отмечалась она вовремя, поэтому работать ей так не пришлось.

Стоит отметить и то, что исправительные работы малооплачиваемы, а значит, мать Екатерины вряд ли сумеет погасить свой большой долг. Утешает лишь то, что задолженность по алиментам пожизненная, и если у нее вдруг появится имущество, его арестуют в счет погашения долга.

За прошлый год в республике в пользу детей УФСПП Карелии взыскало почти 142 млн рублей в счет погашения долгов по алиментам, из них 74 млн — в Петрозаводске и Прионежском районе.

Для погашения долгов по алиментным платежам судебные приставы используют и иные меры. Так, 1 890 неплательщиков лишили права покидать пределы страны. 968 недобросовестных родителей не могут воспользоваться правом управления транспортным средством.

291 должник привлечен к административной ответственности, а в отношении 139 человек возбуждены уголовные дела за полное отсутствие выплат своим детям. Мать Кати — в их числе.

Катя знает наизусть много песен. Журналистам она не постеснялась спеть эту:

Катя поёт. Фото: "Республика"/Любовь Козлова

Катя поёт. Фото: «Республика»/Любовь Козлова

А может быть, это был сон.
А может, мне так хотелось.
Там у большого огня
Чьё-то горе согрелось.

А может быть, это был стон,
Я и сама не внемлю,
Только видела я,
Как капала кровь на землю.

Крест огромный стоял,
Небо в чернеющих тучах.
Там человек лежал,
Болью чужою мучась.

Я не смогла помочь,
Нас разлучила вечность,
В эту страшную ночь
Я ощутила грешность.

В небо летит мой взгляд,
Жадно ищет ответа,
Как  пробудить любовь,
Чтобы спасти всё это.

Стон тот стоит в ушах,
Сон продолжает сниться.
Хочется стать у Христа
И со всеми молиться.

И попросить простить,
И указать дорогу,
Чтоб непременно она
Нас всех приводила к Богу.

Это, кстати, стихотворение Таисии Карпюк. Она его написала сразу после рождения Кати.