«Не нужно бояться прививки, нужно бояться заболеть»

Могла ли наша страна избежать третьей волны коронавируса? Как сейчас изменилось течение COVID-19 у пациентов и стало ли заболевание более опасным? И есть ли риск, что вернутся жесткие антиковидные ограничения? На вопросы «Республики» ответила доктор медицинских наук, главный терапевт Карелии Наталья Везикова.

Наталья Везикова. Фото: "Республика" / Сергей Юдин

Наталья Везикова. Фото: "Республика" / Сергей Юдин

— Наталья Николаевна, ситуация с заболеваемостью очень тревожная и в Карелии, и по всей стране. В чем причины? До нас докатилась третья волна, пик которой ранее наблюдали во многих европейских странах?

— Да, третью волну у нас ожидали и предполагали, что она придет где-то на полтора-два месяца позже, чем это было в Европе. Сыграли свою роль и майские праздники, когда люди отправились отдыхать, активно перемещались по стране. При том, что и в мире, и в России пока нет требуемой иммунной прослойки, инфекция пока не стала управляемой. Напомню, что управляемой инфекция становится тогда, когда большинство населения получает иммунитет, переболев или в результате вакцинации. Это позволяет избежать массовых вспышек, а во многих случаях заболевание удается вообще практически победить — так, как это было в свое время, например, с полиомиелитом. В ситуации с коронавирусом мы пока еще не достигли коллективного иммунитета. И, к сожалению, есть все основания считать, что в ближайшее время рост заболеваемости коронавирусной инфекцией продолжится.

Ковид-центр. Фото: "Республика"/Лилия Кончакова

Ковид-центр. Фото: «Республика»/Лилия Кончакова

— Вы сказали, что коллективного иммунитета в мире в целом пока достичь не удалось. Но ведь есть отдельные страны, где вакцинировано подавляющее большинство населения — например, Израиль.

— Действительно, в Израиле привито более 75% взрослого населения. И сейчас там готовы приступить к вакцинации других групп населения, в частности, детей от 12 лет и старше. Завершаются в мире исследования по вакцинации беременных женщин. Их результаты свидетельствуют, что для будущих мам и детей прививка безопасна, более того, если женщина привилась, то новорожденный малыш уже имеет иммунитет.

В целом массовая вакцинация в Израиле, безусловно, уже дала эффект. Сейчас случаи заболевания COVID-19 там единичны. И это позволило отменить последнее ограничение — обязательное ношение масок в помещениях. Хотя, повторю, проблема и там не будет до конца решена, пока не начнется массовая вакцинация детей. Ведь именно дети, даже когда сами болеют легко, являются основными переносчиками любых вирусных инфекций. И могут заразить старшее поколение.

Предвосхищая вопрос, скажу: да, вакцинация не гарантирует на 100%, что привитый человек не будет инфицирован. Во всем мире, в том числе в нашей стране и у нас в республике, есть случаи, когда заболевают люди, вакцинированные обоими компонентами. Но если говорить, к примеру, о нашей вакцине «Спутник V» — самой первой, которая применяется дольше других вакцин и наиболее массово — мы видим, что если вакцинированный человек и заболевает, то болезнь у него протекает легко. Такие пациенты чаще всего переносят ее амбулаторно. Если же речь идет о людях пожилого возраста с сопутствующими заболеваниями, то их, как правило, стараются госпитализировать, чтобы пациенты находились под постоянным наблюдением врачей. Но и у этих пациентов случаев тяжелого течения болезни не отмечено. И самое главное — нет летальных исходов. То есть вакцинация действительно защищает людей от страшных последствий.

— Как сегодня болеют непривитые люди? Изменилось в целом течение этого заболевания, стало ли оно более агрессивным?

— Еще с весны мы заметили, что течение COVID-19 меняется. У пациентов стала реже наблюдаться ярко выраженная клиническая картина: высокая температура, сильная интоксикация. Сегодня болезнь всё чаще начинается исподволь, как обычное нетяжелое ОРВИ: боль в горле, кашель, небольшое повышение температуры. А затем очень резко нарастает поражение легких. Оно становится обширным, падает сатурация, то есть насыщение крови кислородом, и возникает тяжелая дыхательная недостаточность. И так происходит с пациентами, у которых, казалось бы, сначала ничто не предвещало подобного развития заболевания.

— Кто сейчас болеет чаще, молодежь или пожилое поколение?

— Пожилые люди, конечно, болеют и сегодня. Причем из-за стертой клинической картины, о которой я сказала, некоторые поздно обращаются к врачу, стараются пережить болезнь дома. Это очень тревожно и очень опасно, потому что, когда такие пациенты попадают в стационар, врачи уже не всегда могут их спасти.

В ковид-центре Петрозаводска. Фото: "Республика"/Лилия Кончакова

В ковид-центре Петрозаводска. Фото: «Республика»/Лилия Кончакова

Но при этом особенность третьей волны в том, что стали чаще болеть и молодые люди, болезнь у них нередко протекает тяжело. Это мы видим и на примере нашей республики, и на примере крупных мегаполисов, таких, как Москва и Санкт-Петербург. Молодые пациенты 20-25 лет, без лишнего веса, без сопутствующих патологий — и у них возникает тяжелое, непредсказуемое течение болезни вплоть до летальных исходов.

— С чем это связано? Люди погибают именно от вирусной пневмонии или, может быть, от такого явления, как цитокиновый шторм? 

— Здесь надо пояснить подробнее, что именно происходит. У части людей есть хороший врожденный иммунитет: вырабатывается много белков-интерферонов, которые блокируют работу вируса. Но есть часть пациентов, у которых интерферонов вырабатывается недостаточно. В связи с этим в организме запускается выработка противовоспалительных элементов, которые называются цитокины — это небольшие пептидные информационные молекулы. И бывает, что, пытаясь бороться с вирусом, цитокины начинают атаковать человеческий организм. В случае коронавирусной инфекции цитокины в первую очередь повреждают легкие, по мере развития цитокинового шторма поражение захватывает миокард (сердечную мышцу), кишечник, центральную нервную систему. И это состояние нередко становится необратимым.

ковид-центр. Фото: "Республика"/Лилия Кончакова

Ковид-центр. Фото: «Республика»/Лилия Кончакова

Если же говорить именно о поражении легких, то при коронавирусе возникает так называемая неклассическая пневмония, которая отличается от пневмоний, вызываемых бактериальными инфекциями или вирусом гриппа. При коронавирусной пневмонии происходит интерстициальное поражение легких — страдают мелкие сосуды, легочные капилляры, в них возникают тромбы. В результате нарушается газообмен, и это может вызвать смерть от удушья. Такую картину, как я уже сказала, мы наблюдаем и у ряда молодых пациентов.

— Стали ли чаще заболевать люди из групп риска — например, беременные женщины? Как у них протекает болезнь? 

— Год назад, когда мы переживали первую волну пандемии, специалисты во всем мире считали, что беременные женщины или не болеют, или переносят болезнь очень легко. Связано это было с тем, что к тому моменту еще не было накоплено достаточно данных. Но, к сожалению, уже вторая волна показала, что у будущих мам независимо от возраста и от срока беременности может возникать тяжелое течение. С этим столкнулись и карельские врачи. Одну пациентку спасти не удалось, она скончалась уже после родов. Новорожденного малыша, появившегося на свет в результате кесарева сечения, врачи, к счастью, спасли. Это самый страшный и трагический случай, другим пациенткам, у которых диагностировалось крайне тяжелое течение заболевания, врачи сумели сохранить жизнь, как и новорожденным. Хотя были случаи, когда пришлось идти на искусственное прерывание беременности.

Словом, для будущих мам и детей заражение коронавирусом может оказаться очень опасным. И, если молодая семья планирует рождение ребенка, я настоятельно рекомендую будущим родителям сначала пройти вакцинацию.

Вакцинация от коронавируса. Фото: "Республика" / Лилия Кончакова

Вакцинация от коронавируса. Фото: «Республика» / Лилия Кончакова

— Если мы опять заговорили о вакцинации — почему все-таки никак не удается переломить скептическое отношение к ней части людей?

— Вы знаете, это лично для меня очень тяжелый вопрос. Еженедельно я хожу в «красную зону», консультирую пациентов. И невероятно обидно, тяжело видеть людей, которые сильно страдают, нередко борются со смертью, при том что всех этих последствий они могли бы избежать, если бы вовремя вакцинировались. Очень многие, оказавшись на больничной койке, сожалеют, что не привились. Когда спрашиваешь: «Почему же вы этого не сделали?», люди начинают рассказывать, что они прочитали где-то в интернете, в соцсетях про опасность вакцины, про то, что от нее можно заразиться, и прочее. Это все откровенные фейки, ложь, но часть людей, к сожалению, верит именно этим фейкам, а не врачам.

Хочу еще раз обратиться к жителям республики: вакцинация — это единственный способ защитить себя в первую очередь от тяжелого течения болезни и смерти. В Карелии первым компонентом привито уже почти 90 тысяч человек, вторым — более 70 тысяч человек. Никаких серьезных поствакцинальных осложнений мы не наблюдаем.

Спутник-V

Вакцина. Фото: «Республика»/ Лилия Кончакова

Поэтому не нужно бояться прививаться, нужно бояться тяжело заболеть коронавирусом. Сегодня уже есть международные рекомендации о вакцинации для пациентов и с бронхиальной астмой, и с онкологическими, ревматологическими заболеваниями. Все эти хронические заболевания не являются противопоказаниями для прививки. Конечно, если, к примеру, онкологический больной только что перенес операцию и (или) проходит необходимую терапию, с прививкой лучше повременить, поскольку принимаемые препараты, как правило, угнетают иммунный ответ. Но даже в этом случае вакцинация вреда не принесет — она просто может быть менее эффективна. В целом сегодня международное медицинское сообщество сходится в том, что единственное, по сути, абсолютное противопоказание к вакцинации — это тяжелые аллергические, то есть анафилактоидные, реакции на те или иные виды вакцин в прошлом, в анамнезе. Людей с такими противопоказаниями очень немного.

— Если бы вакцинация у нас в стране шла более активно, мы могли бы избежать третьей волны пандемии? 

— Как минимум мы могли бы ее смягчить, сделать не такой опасной, как сейчас. Но, к сожалению, мы упустили тот светлый промежуток, когда заболеваемость снизилась, и не смогли достичь коллективного иммунитета. Повторю, очень горько и обидно сознавать, сколько летальных исходов мы могли бы избежать, сколько людей сейчас не страдали бы на больничных койках.

Наталья Везикова. Фото: "Республика" / Сергей Юдин

Наталья Везикова. Фото: «Республика» / Сергей Юдин

Поверьте, сейчас врачам приходится очень трудно уже даже не столько физически. За два года войны с вирусом наши медработники уже привыкли к многочасовым сменам в защитных костюмах. Трудно психологически, понимая, что нам так и не удалось убедить наших тяжелых пациентов своевременно защитить себя с помощью вакцины.

И, конечно, очень неприятно и тяжело сознавать, что, если большинство людей не вакцинируется, мы еще долго не вернемся к привычной жизни без ограничений. И речь не только о масочном режиме. Например, наши студенты уже полтора года лишены возможности практических занятий в больницах. Мы не можем допустить ребят в клиники, потому что это угроза распространения инфекции в стационарах. Сами понимаете, что это далеко не лучшим образом сказывается на обучении будущих врачей. Мы видим, что во многих регионах вновь приходится вводить более жесткие ограничения для массовых мероприятий. Многие организации вновь оказываются перед необходимостью применять дистанционный формат работы. Хотя мы можем переломить ситуацию, это в наших силах. Всё зависит только от нас самих, от нашего разумного и ответственного отношения к той возможности остановить инфекцию, которую сегодня нам дает массовая вакцинация.