Мы к вам заехали на час: почему туристы не хотят уходить из карельских лесов?

В нескольких районах Карелии действует запрет на посещение лесов, но останавливает ли он туристов? Сотрудники Минприроды провели рейд на южном берегу Сямозера и обнаружили целый палаточный городок. Корреспондент «Республики» пообщался с теми, кому даже дым отдых не испортит.

Небольшой лагерь на южном берегу Сямозера. Фото: "Республика"/Сергей Юдин

Небольшой лагерь на южном берегу Сямозера. Фото: "Республика"/Сергей Юдин

Найти отдыхающих дикарем нынче оказалось непросто: в Пряжинском районе пустовали многие излюбленные туристами места. Начальник отдела федерального государственного лесного и пожарного надзора в лесах Минприроды Карелии Игорь Неруш около часа обследовал территории, но штрафовать там было некого. «Оно и к лучшему», — проговорил один из журналистов.

Мы поехали в сторону поселка Эссойла: на южном берегу Сямозера есть хорошие места для отдыха. «Там восхитительно», — отметил кто-то из съемочной группы. Ближе к берегу показались припаркованные автомобили. Мы взяли камеры и пошли в их сторону.

Запрет на доступ в лес действует на территории Сегежского, Суоярвского, Муезерского, Пряжинского и Прионежского районов до 31 июля включительно. Причиной жестких мер стали пожары, которые возникают в том числе по вине человека. По данным на утро 26 июля, в Карелии действуют 23 лесных пожара. Общая площадь горения превышает 11 тысяч гектаров. Два крупных очага находятся в районе деревни Кудама, то есть на южном берегу Сямозера.

Одни туристы, увидев нас, за считанные секунды собирали вещи и заводили автомобили, а другие даже не трогались с места. Инспектор подошел к двум мужчинам, которые собирались надуть резиновую лодку. О введенном в Карелии режиме чрезвычайной ситуации они не знали, но повели себя тактично и вежливо. «Спасибо за информацию, собираемся и уезжаем», — сказал один из отдыхавших.

Фото: "Республика"/Сергей Юдин

Фото: «Республика»/Сергей Юдин

Неподалеку мы нашли еще одну группу людей. Мужчины вели себя доброжелательно, но уезжать не спешили.

— Вы в курсе, что введен запрет?
— Нет, не в курсе. Что теперь делать?
— Покинуть территорию лесного фонда. У вас машина находится в водоохранной зоне, что является нарушением.
— А есть ли другие места для отдыха? Я, например, издалека приехал. Костры мы не разводим, у нас только плиточка газовая — всё нормально. Давайте по-человечески: мы завтра уедем, хорошо?
— Я вас понимаю, но ситуации бывают разные. Люди курят, бросают окурки, а сейчас очень сухо — пятый класс пожарной опасности. Я предлагаю вам все-таки покинуть территорию.
— А главе неинтересно, что к вам туристы приезжают?
— Вы находитесь на территории лесного фонда. Отдыхайте в деревне.
— А деревня не горит?
— Здесь вы находиться не можете. Не хотите в деревню, есть кемпинги.
— Губернатор теперь отправляет всех в кемпинги, чтобы платили большие деньги? Надо по-другому как-то!
— Давайте не будем вступать в дискуссию. У нас введен режим ЧС. Вы понимаете, что Карелия горит?!
— Знаю. Что я, телевизор не смотрю?
— Я предлагаю вам покинуть территорию сейчас или мы оформим протокол об административном правонарушении.
— Жаль. В такую даль приехали. Завтра уедем.

 

Разошлись мирно, но инспектор сфотографировал номер автомобиля отдыхавших. «Будем штрафовать», — пояснил он и пошел в сторону городка, где было развернуто около 30 палаток. Было ясно, что отдыхавшие находятся здесь уже давно: дети играли в волейбол, пока взрослые готовили ужин на мангале. Номера на автомобилях московские. Увидев журналистов, один из отдыхающих повел себя агрессивно и потребовал убрать камеры, повернув технику оператора в другую сторону.

— Добрый день! Минприроды. Вы в курсе, что на территории Карелии введён режим ЧС?
— Мы завтра уезжаем, — спокойно говорит одна из женщин.

Инспектор пояснил, что использование открытого огня на территории Пряжинского района запрещено с 8 июля. Услышав это, взрослые хором закричали, что сейчас же потушат мангал. «Мы только ужин хотели приготовить», — объяснили они. Тем не менее за это на одну из женщин составили административный протокол по статье 8.32 КоаП РФ «Нарушение правил пожарной безопасности в лесах». Ей грозит штраф в размере до пяти тысяч рублей.

 

«Штрафовать — быстро, а профилактическая работа у вас хромает», — возмутились туристы. По их словам, узнать о введенном режиме ЧС они не могли: прибыли на берег Сямозера еще 20 июля, а интернет на их телефонах работает плохо. Инспектор с туристами не согласился, так как граждан о введении ограничений информируют всеми возможными способами: не только по телевидению и через интернет, но и с помощью предупреждающих аншлагов на дорогах.

Спустя время туристы стали вести себя более гостеприимно. Они пояснили, что введение режима ЧС стало для них неожиданностью. «Мы видели дым, понимаем. Деваться нам некуда: билеты обратные куплены на завтра. Войдите в нашу ситуацию, здесь только детей 25 человек. Мы принимаем все меры безопасности, с пожарной безопасностью у нас всё строго», — пояснил один из отдыхавших. Туристам дали время собраться, предупредив, что возможны повторные проверки.

Берег Сямозера осмотрят еще раз. Если туристы не уехали, то их ждут повторные санкции. Если лес пострадает по их вине, то туристов может ждать уголовная ответственность.

Райский уголок на южном берегу Сямозера. Фото: "Республика"/Сергей Юдин

Райский уголок на южном берегу Сямозера. Фото: «Республика»/Сергей Юдин