Свет в ратуше

На рубеже XIX и XX веков центром городской жизни в Сортавале была ратуша. Здесь работал бургомистр, заседали суд и дума, проходили концерты и спектакли. В наше время уникальное здание забросили. За сохранение памятника взялась местная жительница Мария Гоголева. Но одного энтузиазма здесь недостаточно.

В Сортавале в городской ратуше снова звучит музыка. Здесь открыли второй концертный сезон, а историческое здание получило надежду выжить. Сегодня его сохраняет и восстанавливает Благотворительный фонд имени Кронида Гоголева в лице дочери сортавальского художника Марии.

— Здание нам досталось после библиотеки, которая там находилась 30 лет. Остался советский ремонт — множество слоев краски, линолеум. Нам пришлось все это снимать, отмачивать, отпаривать краску, чтобы добраться до дерева. На очистку потолка понадобился практически год, — вспоминает президент фонда.

Важно не только навести лоск, но и укрепить стены. В некоторых местах брус полностью прогнил.

— Мы его снимали и ставили туда протезы — новый брус на стяжках, на металлических пластинах. Эту работу не видно, но она очень важна, чтобы здание устояло. Сейчас такие точечные работы проводим в самых болезненных местах, — пояснила Мария Гоголева.

Мария Гоголева

Мария Гоголева. Фото: ИА «Республика» / Леонид Николаев

Благотворительный фонд имени Кронида Гоголева работает в Сортавале с 2013 года. Организацию создали супруга и дочь народного художника России, мастера из Сортавалы.

Первым и главным проектом фонда стало создание музея Кронида Гоголева и сохранение его художественной коллекции: живописи, графики, скульптурных рельефов из дерева, мелкой пластики.

Подробная информация — на официальном сайте фонда.

— Я родилась и всю жизнь живу в этом городе, — говорит Мария. — И в последние годы  прихожу к неутешительному выводу, что город гибнет, его архитектуру надо спасать. Музей Кронида Гоголева разместился в старинном каменном здании 1899 года. Мы его спасли. Этот опыт показался удачным, и я подумала, что если у меня есть возможность спасти еще хотя бы одно здание, то надо обязательно это сделать. Я видела бесхозность ратуши, и сердце обливалось кровью.

В голове стоял пример сожженного госпиталя, сожженной вечерней школы, еще нескольких исторических зданий, которые мы потеряли в огне.

Здание ратуши находится в муниципальной собственности. В 2013 году из него переехала городская библиотека, и два года оно пустовало. Районные власти выставляли его на торги — пытались продать за пять миллионов рублей. Но желающих вкладывать деньги в полусгнивший памятник архитектуры не нашлось.

Фонд Кронида Гоголева начал заниматься им в 2015 году по договору о безвозмездном пользовании. Мария Гоголева работала в финских архивах, составляла проектно-сметную документацию для проведения реставрации. В ратуше заменили проводку, и уже в 2016 году здесь открыли первый концертный сезон.

По словам Марии Гоголевой, обязанности по отоплению здания на себя брала администрация района, а остальное — коммунальные услуги, охрану — обеспечивал фонд. Однако в марте 2016 года неожиданно раньше положенного срока ратушу перестали отапливать.

— Это очень повлияло на дерево. Карниз — окантовка потолка — весь потрескался. Все лето потом ушло на реставрацию этого карниза. Урон зданию был нанесен значительный. Поэтому пришлось поставить собственный котел, топить самим, — говорит Мария Гоголева.

Здание городской ратуши построили в центре Сортавалы в 1885 году по проекту финского архитектора Франса Анатолиуса Сьёстрёма. Среди городских построек оно выделяется богатым декором. Ратуша сохранила свою историческую планировку.

На рубеже XIX и XX веков здесь кипела городская жизнь: работал бургомистр, проводили приемы, праздничные обеды, церемонии, городские собрания, заседания суда, собиралась городская дума. В главном зале – просторном помещении с балконом, куда можно подняться по винтовой лестнице, проводили концерты, выставки, театральные представления.

С 1973 по 2013 год помещения бывшей ратуши занимала городская библиотека.

Стоимость реставрации ратуши и создания в нем музея архитектуры Сортавалы оценивают в 35 миллионов рублей. Все работы благотворительный фонд ведет за свой счет. Мария и ее команда несколько раз пытались участвовать в грантовых программах, российских и зарубежных, но получить деньги на реставрацию пока не удалось. А год назад, когда администрация расторгла договор безвозмездного пользования, появились и правовые проблемы.

— Мы уже больше года тратим деньги без договора, то есть  на честном слове, на птичьих правах. Возможно, из-за этого мы и в грантовые программы не попали, — говорит президент благотворительного фонда.

 

Закон предполагает несколько вариантов выхода из этой ситуации: либо договор безвозмездного пользования муниципальным имуществом с максимальным сроком 49 лет, либо передача в собственность благотворительного фонда.

Второй вариант в соответствии с Законом «О приватизации государственного и муниципального имущества» предполагает проведение открытого конкурса. При этом участник торгов должен предоставить эскизный проект реставрации объекта культурного наследия, а впоследствии в течение семи лет обеспечить проведение работ по его сохранению.

При этом исторический памятник можно выкупить у государства всего за 1 рубль, если его состояние признано неудовлетворительным.

— В последнем случае собственник хотя бы понимает, во что он вкладывает деньги, — считает Мария Гоголева. — Сейчас мы пытаемся убедить нашу администрацию, что в данном случае будет адекватна продажа здания за рубль. Мне кажется, если речь идет о сохранении памятников, надо поступиться какими-то корыстолюбивыми принципами.

В свою очередь глава Сортавальского района Леонид Гулевич сообщил, что больше склонен к варианту безвозмездной аренды.

— Фонд Кронида Гоголева хочет выкупить задние за рубль, чтобы мы выставили ратушу на аукцион. Но, поймите, если мы выставим его за рубль, его сможет купить любой человек или организация. Это же открытый конкурс, — пояснил руководитель района. — Хотя часть населения против этого. Говорят, сегодня Мария Гоголева в собственность получит, а где гарантия, что завтра она не продаст его третьим лицам? Но если мы будем уверены, если фонд покажет финансирование, покажет проект, что они сделают реставрацию в установленный срок, пусть получают в собственность, лишь бы здание сохранить. Мы за него не держимся. Только как грамотно юридически это  оформить — в этом вопрос.

 

Арбитром в споре выступают республиканские власти.

— Без помощи Госкомитета по охране исторического наследия я бы, наверное, половину не сделала, — говорит Мария Гоголева. — Очень помогает и Минкультуры. Ну и, конечно, Артур Олегович участие принимает, потому что ему очень тяжело смотреть на состояние памятников в Сортавале. И он поэтому личной силой воли и желанием помогает выравнивать эту ситуацию с точки зрения и правового поля, и взаимоотношений с администрацией.

Председатель управления по охране объектов культурного наследия Карелии Юлия Алипова подтвердила, что рассматриваются все возможные варианты, предусмотренные законодательством.

— Фонд, оценив свои возможности, остановился на варианте приватизации. Существуют опасения, потому что долгосрочный договор с муниципалитетом может быть расторгнут, и хотелось бы какой-то конкретики, — пояснила Юлия Алипова, отметив, что и второй вариант — приватизация — неоднозначен. — Существует опасность, что на эту площадку может зайти кто угодно. Поэтому стоит задача вместе с администрацией района грамотно сформировать все условия участия в конкурсе. Приватизация за рубль — это только кажется, что очень легко, на самом деле это достаточно жесткие условия для приобретателя объекта. Он должен максимальное количество средств вложить в приобретаемый объект в сжатые сроки.

Получается такая русская рулетка, рискуют все: и власти, и благотворители. Есть энтузиасты, они готовы делать то, что не могут из-за отсутствия денег делать муниципалитеты, — сохранять исторические памятники. Однако законодательство и здесь не совсем на их стороне: возможности предоставлены, но как их реализовать?

— Это просто надо делать, несмотря ни на что, не жалея ни сил, ни денег, — считает Мария Гоголева. — Глядишь, потом и другие подтянутся, будут другие здания восстанавливать. Такой пример заразителен.

Хорошие карельские книги. Почти даром