«Общество должно быть устроено сложно»

Как культура влияет на экономику? Могут ли хорошие постановки остановить отток молодежи? О том, почему нужно заботиться о «культурном слое», рассказывает директор Музыкального театра Елена Ларионова.

— Музыкальный театр кажется благополучным — красивые спектакли, публика с удовольствием на них ходит. Как вы сейчас живете?
— Нам очень трудно. Кризис у всех, но у театров он острее. Стало сложнее доказывать свою необходимость. Всегда ведь есть аргумент: люди недоедают, а вы тут с театрами. Детских садов сколько можно было бы открыть, если не тратиться на театры. Но без театра у нас будет другое общество, варварское. Кому это нужно? На самом деле, не все так безнадежно — есть и светлые моменты. Например, месяц назад наш театр получил большой концертный рояль Bluthner. Смогли приобрести его благодаря механизму частно-государственного партнерства, в данном конкретном случае благотворителей помог найти глава республики.

— Но это же не системная поддержка!
— Дело в том, что, по моему убеждению, общество не должно быть устроено просто. Мы совершенно неправомочно разделяем понятия «государство» и «народ». Народ говорит: «Дай!» И государство либо дает ему, либо нет. Но ведь нельзя народ отделять от государства. Цели и интересы у них должны быть общие. И отношения сложнее — в них ведь гораздо больше взаимопроникновения, чем мы привыкли видеть. Хорошо живут общества, устроенные сложнее. У них есть другие точки роста. Сейчас, мне кажется, мы пришли к золотому времени активности молодежи. У молодых людей велик запрос на участие в жизни общества. Недавно, например, в Петрозаводске появились люди, которые раздавали визитки: «Спешим делать добро. Вы можете обратиться к нам по любому поводу». Люди готовы делать добро. Очень важно их поддержать.

— Какой вы представляете себе сейчас миссию театра, культуры республики?
— Сейчас происходит смена состава населения города. Люди с хорошим культурным и образовательным уровнем — а значит, и с более высоким уровнем социального запроса — из Петрозаводска уезжают в столицы, а на их место приезжают другие, с другим культурным кодом и подчас с меньшими запросами. Уровень развития культурной среды может снять этот негатив в миграционных процессах. Культурная среда должна развиваться, должна быть живой. И тогда люди захотят здесь оставаться и сюда приезжать. Искать себе здесь работу. Детей своих здесь воспитывать. Люди в столице Карелии привыкли к тому, что у нас много театров и они разные. И что там задаются вопросы, тоже разные, и заставляют человека думать. У нас есть музеи, выставочные залы. Люди постоянно включены в эту культурную среду.

Культура — это понятие, связанное не только с моралью и нравственностью. Я убеждена, что это в том числе экономическая категория и напрямую связана с развитием. Все экономически успешные страны держались именно за культуру. Ведь она развивает главный ресурс любого государства — человеческий.

Человек, живущий в культурной среде, оказывается более состоятельным в своей профессиональной деятельности. Думающие креативные люди способны менять к лучшему экономические процессы. Скажу больше: если бы все городские управленцы ходили в театр, наш город выглядел бы иначе.

— Что бы с ним произошло, например?
— Возможно, нормально бы заработал городской транспорт. Люди в выходные дни после спектакля не могут уехать домой на общественном транспорте. Троллейбус № 4 не ходит в эти дни, а после 9 вечера трудно дождаться любого автобуса с площади Кирова. Но ведь все эти процессы регулируются грамотным составлением договора с маршрутчиками и контролем за его исполнением. Площадь Кирова убирает одна компания, которая всю зиму считала своим долгом весь снег сгребать к центральному входу Музыкального театра. И если они с утра убрали площадь, то мы, может, успеем к вечеру хотя бы тропинки проложить к центральному входу. Неужели так сложно, составляя конкурсную документацию, учесть еще и разумное устройство жизни в городе?

— Качество культурной жизни важно?
— Для того чтобы градус культурной жизни был высок, культура должна быть не территорией идеологии, а территорией свободы. Потому что это территория вопросов, а не ответов.

— А на самом деле все идет к тотальному контролю над искусством. И общественные советы теперь имеют право влиять на политику театров.
— Сколько было битв против создания этих общественных советов! Идея вызвала острое сопротивление всего театрального мира. Сейчас эта история выглядит иначе, потому что нам удалось ввести ситуацию в нормальное русло. При этом никаких разногласий с министерством культуры в этом вопросе нет. Мы добились, что в оценке качества оказанной населению услуги (поставленного спектакля, например) члены совета не будут рассматривать сам предмет спектакля. Им можно оценивать, насколько в зале было светло и тепло, работал ли гардероб и прочее. Ведь в вопросах оценки даже профессиональная театральная критика не всегда единодушна. А мы хотим выработать простой оценочный механизм культурного продукта. Это невозможно. Да и не нужно.

— Что нужно сделать, чтобы культурные процессы в республике могли развиваться? Дать всем денег?
— Это в идеале. Не все, наверное, измеряется в деньгах, есть и другие способы поддержки. Главное — иметь желание помочь и понимать. Я надеюсь, что, несмотря на все трудности, наш театр сможет выпустить в следующем сезоне две большие премьеры. Сейчас мы только в самом начале этого пути, и очень приятно, что нам помогают. Помогают и государственные руководители — и Александр Петрович Худилайнен, и Валентина Васильевна Улич, и Елена Викторовна Богданова, еще в должности министра культуры. У нас есть и благотворители, при театре действует попечительский совет. Участников много, и они все заинтересованы. Мы чувствуем эту поддержку. Без нее нам было бы гораздо труднее.