На пределе

Директор Театра кукол считает зарплату своих актеров унизительной и надеется на ответственность государственных решений.

Сцена из уличного спектакля по мотивам пьесы Брехта "Трехгрошовая опера". Фото из архива театра

Сцена из уличного спектакля по мотивам пьесы Брехта «Трехгрошовая опера». Фото из архива театра

Утром они играют «Три поросенка», а вечером вместе со зрителями разбираются в мотивах злодеяний Макбета. Билеты на то и на другое нужно покупать заранее — Театр кукол Карелии сегодня считается одной из самых востребованных театральных площадок города. О том, как сложно устроен механизм счастья этого коллектива, об удачах и жертвах во имя искусства рассказывает директор Театра кукол Любовь Васильева.

Любовь Васильева, директор Театра кукол Карелии. Фото из архива театра

Любовь Васильева, директор Театра кукол Карелии. Фото из архива театра

— Говорят, что ваши спектакли «Железо» и «Стойкий оловянный солдатик» попали в поле зрения экспертов «Золотой маски», а устроители фестивалей стоят в очереди, чтобы принять театр на российских смотрах?
— Премьера спектакля «Железо» имела резонанс в театральных кругах. Спектакль ставили очень известные в современном театре люди — Борис Константинов и Виктор Антонов. Они придумали историю, которую прекрасно разыграли наши артисты. Почти сразу после премьеры нам позвонили из «Золотой маски» и попросили передать запись спектакля. Одновременно спектакль был ангажирован на ряд фестивалей. По финансовым соображением мы смогли согласиться всего на два — «Петрушка Великий» в Екатеринбурге и «БТК-фест» в Петербурге. «Стойкий оловянный солдатик» — тоже хороший фестивальный вариант, но сейчас с двумя работами на фестивали приглашают редко.

— Хватает ли у театра средств возить спектакли на фестивали?
— Нам приходится отклонять очень интересные фестивальные предложения из-за финансовых сложностей. Осенью у нас запланированы обменные гастроли: Курск — Белгород — Петрозаводск, организованные при поддержке Министерства культуры РФ — федеральной целевой программы «Культура России». Грант составляет 550 тысяч рублей. Это очень мало, конечно. Вообще в России существует программа поддержки гастрольной деятельности. При этом очень достойно материально поддерживаются гастроли федеральных театров, включая затраты на отдельный провоз декораций и труппы, а региональные театры никто в расчет не берет. Будем надеяться, что это недоразумение разрешится.

 

— Но вы не меняете планов в отношении гастролей?
— Мы свою гастрольную историю продолжаем. Сейчас договорились с Воронежским театром кукол на 2017 год, после осенних фестивалей поедем на гастроли в Курск и Белгород.

— Может ли театр сейчас сам, без серьезной государственной поддержки, зарабатывать и на жизнь, и на гастроли?
— Идея самоокупаемости театров давняя и бесперспективная. За последние годы все карельские театры, как мне кажется, достигли своего потолка по сборам. Наши артисты в 2015 году сыграли 415 спектаклей! Вы представляете? Иногда в день они играют по 4 спектакля. Как театру развиваться без поддержки? Не ставить новых спектаклей, чтобы не платить гонорары режиссерам? Материалы на изготовление декораций и бутафории дорожают. Чтобы поставить самый несложный новый спектакль, нужно, как минимум, истратить 300 тысяч рублей. Я считаю, что мы достигли дна. Последние 7 лет мы живем только на грантах. Все наши большие постановки — это только гранты. Не было бы такой поддержки, в театре игрался бы только «Колобок».

— Каков сейчас бюджет Театра кукол Карелии?
— Наш бюджет на год — 11 миллионов 624 тысячи. Эти деньги покрывают только зарплату сотрудников и коммуналку. Все. Зарплата актеров унизительна. Оклад актера — 5766 рублей. Это жуть. Я не знаю, уже с какой трибуны об этом кричать. Со всеми накрутками — персональным повышающим коэффициентом, северными, стимулирующими, званиями — артисты получают на руки от 15 до 18 тысяч рублей. А артисты Театра кукол играют по 23-27 спектаклей в месяц при норме в 20. С этим просто надо что-то делать. Министр культуры Мединский на последней коллегии Министерства культуры РФ сказал, что средняя зарплата по России в культуре — 54 тысячи. Что она выросла. У кого она выросла? Мы готовы все заработанные деньги отдавать на зарплату, но нам будет не на что жить. Нам не выделяют денег на новые постановки и на содержание здание. У нас нет денег на текущие ремонты, связь, интернет, на обслуживание противопожарной сигнализации, на вентиляцию. На это все мы тратим средства из собственных денег.

 

— Что делать?
— Увеличивать государственную субсидию. Государство не должно снимать с себя обязательств достойно финансировать театры. Мы очень стараемся зарабатывать. Все театры повысили свои доходы, но у нас есть предел. Мы его сегодня все достигли. Количество мест в залах уже не увеличится. И мы не можем до бесконечности повышать цены на билеты — к нам просто перестанут ходить. Особенно это касается детских театров — они вообще социально ориентированы. Взрослый человек купит себе билет в театр и за 600, и за 800 рублей. У нас в театре за 200 рублей зрители устраивают скандал, потому что у мамы двое детей и ей нужно заплатить за них и за себя 600 рублей.

— Но, несмотря на все это, вы продолжаете приглашать очень крутых режиссеров и ставить непроходные спектакли?
— Мы хотим приглашать по одному очень хорошему режиссеру в сезон. На 2019 год запланирована еще одна встреча с Олегом Жюгждой (этот режиссер поставил у нас «Стойкого оловянного солдатика»). Театр как военный завод — планируем на 3 года вперед. Жюгжде мы заказали наш бренд — «Калевалу»! И он должен придумать с художником весь спектакль, а я должна найти деньги на то, чтобы его поставить. Мне хочется, чтобы и Алексей Лелявский, интересный режиссер из Беларуси, у нас поставил что-нибудь, и Александр Янушкевич из Перми. Хочется пригласить режиссера-педагога из Питера Александра Ставиского. Я видела, как он работает со студентами. Как только в театре пошли режиссеры высокой масти, у нас сразу поднялось качество игры артистов.

— Это большие, конечно, расходы…
— Может, с кем-то удастся договориться о гонораре в долг или в рассрочку. И есть надежда на грантовую поддержку.

— Зрители уже привыкли к тому, что вы играете не только для маленьких детей?
— Многие до сих пор в первый раз приходят на вечерние спектакли Театра кукол для взрослых и удивляются, что такое может быть. Пока проблем с публикой нет. Билеты на «Железо» раскупаются быстро. Спектакль «Золоченые лбы» живет уже 11-й сезон, его многие видели, но он по-прежнему в хорошей форме. Не так часто мы показываем спектакль «По Шекспиру» Натальи Пахомовой — он сложный, многосюжетный.

 

 

— Оптимизм относительно перспектив развития театра у вас есть все же?
— Я оптимистка, да. Я надеюсь, что театр будет и по-прежнему востребован, и поддержан государством.