Большие Горы: жизнь после пожара

В конце июля пламя у деревни Большие Горы остановили в семистах метрах от домов. «Республика» узнала, как живет село после большого пожара. Трактористы-герои, «трупы елей» и самые серьезные уроки этого лета — в нашем репортаже.

Деревня Большие горы. Фото: Алексей Миронов

Деревня Большие горы. Фото: Алексей Миронов

Лес вблизи Больших Гор загорелся днем 24 июля: огонь заметили примерно в километре от деревни. Местные жители сразу же забили тревогу, ведь кругом стоят бесхозные поля. Если до них доберется хотя бы искра, то пересохшая трава полыхнет, как спичечный коробок.

Коренной житель деревни Василий Васильевич одним из первых увидел дым. «Сперва решил, что деревня горит, но  огонь оказался где-то в лесу. Я набрал 112, а там диспетчер даже не сразу понял, где мы находимся», — вспоминает он.

Тушили все: пожарные, арендаторы, местные

Огонь набирал силу, горели торф, мох и даже земля. Тушить такой пожар тяжело: высота пламени достигала от трех до четырех метров. Подъезда к месту возгорания не было, поэтому пожарные подтягивали рукава настолько близко, насколько могли. В остальных случаях тушили ранцами.

Борьба с лесным пожаром у деревни Большие Горы. Фото: "Республика"/Максим Алиев

Борьба с лесным пожаром у деревни Большие Горы. Фото: «Республика»/Максим Алиев

 

Возле Больших Гор образовалось несколько очагов, они выглядели как огненные островки посреди зеленой травы: горящие искры при порывах ветра перелетали на нескольких сотен метров.

«Нам повезло, что ветер в итоге стих. Сил уже не было», — объясняет пожарный Сергей Ригоев.

На защиту деревни вместе с лесничими встали полсотни человек — это местные жители, пожарные и арендаторы.

«Они самоотверженно помогали. В некоторые моменты я даже не понимал, сколько человек тушит пожар, — вспоминает лесничий Василий Осипов. — Люди приезжали, бросали машины и вступали в борьбу с огнем. Доходило до 50 человек».

Локализовать пожар удалось уже 26 июля, а к 30-му числу огонь потушили полностью. Пламя остановили примерно в семистах метрах от деревни. Скорее всего, пожар произошел из-за брошенного окурка: очаг возгорания находился на тропе, по которой ходят в лес за ягодами.

Пришел, увидел, запахал

В поле вблизи поселка Ильинский кипит работа. Техника строем косит траву: в одноименном совхозе заготавливают корм для животных. Трактор останавливается возле нас. Из кабины вылезает Дмитрий — один из тех, кто спасал Большие Горы. Тогда он и другие трактористы за сутки вспахали территорию вокруг деревни, перекрыв дорогу огню.

Дмитрий родился в Видлице, живет в Ильинском. Трактористом работает пять лет. Весной и осенью пашет землю, летом косит траву. О своем трудовом подвиге на пожаре мужчина рассказывает неохотно, отшучивается. Встретиться с журналистами его уговорили коллеги.

«В субботу вечером мне позвонил инженер. Он сказал, что случилось ЧП. Мы сняли с трактора косилку и нацепили плуг. Через час я был в Больших Горах», — вспоминает он. По словам Дмитрия, вся дорога вдоль леса была уставлена автомобилями волонтеров и местных жителей. Сквозь деревья виднелся дым.

 

«Паники не было, люди контролировали огонь. На месте была глава поселения, которая сразу же объяснила, что нужно делать. Тут же подошел один из местных жителей — агроном — он знал поля и координировал работу», — говорит тракторист.

Дмитрию указали, откуда огонь на деревню может перекинуться в первую очередь — эту территорию перекопали. Работал тракторист до поздней ночи. Утром он вновь принялся за дело и плугом прошелся по полям, которые примыкали к лесу. «Я пришел, выполнил свою работу и уехал», — скромно говорит Дмитрий.

Вместе с Дмитрием Большие Горы спасали и другие трактористы, в их числе Иван Антонов из совхоза «Мегрега». В субботу он вышел на смену в 4 утра, отработал целый день, а затем вернулся домой. Спустя пару часов Ивану Ивановичу позвонил главный инженер: сказал, что нужно спасать деревню. На место тракторист прибыл в полночь.

«Всё было хорошо организовано: нам показали фронт работ, и мы поехали опахивать все поля вокруг деревни», — вспоминает он.

Работали на совесть: за двое суток Иван Иванович спал всего два часа.

Иван Антонов. Фото: "Республика" / Эдуард Тур

Иван Антонов. Фото: «Республика» / Эдуард Тур

Последствия: «ель однозначно труп»

Пожар произошел на территории Видлицкого лесничества. Его сотрудники теперь постоянно следят за тем, чтобы опасная ситуация не повторилась. Мы вместе заходим в лес и тут же видим легкий дым из-под земли.

«Сильный жар проник в торф, он накапливает силу. Нужно постоянно контролировать такие места: перекапывать почву и заливать ее водой, иначе может снова вспыхнуть», — объясняет госинспектор по охране лесов Олег Яковлев.

Пострадавшую от пожара территорию он будет контролировать весь август, пока не будет потушен последний очаг.

Мы двигаемся вдоль минерализованной полосы, которую выкопали трактористы.

«Я более 20 лет работаю в лесном хозяйстве, но этот пожар для меня был самым сложным», — рассказывает лесничий Василий Осипов. По его словам, обычно локализовать огонь своей бригадой им удавалось за три часа, а тут пришлось потратить двое суток.

Инспектор нашел новый очаг. Фото: "Республика" / Эдуард Тур

Инспектор нашел новый очаг. Фото: «Республика» / Эдуард Тур

 

Тушить пожар было сложно: кругом был бурелом, по такому лесу с трудом пробираешься в обычное время, не то что во время пожара. Да и воды рядом нет. Надежда была лишь на дожди, которые обходят район стороной: по словам сотрудников лесхоза, Ладога отгоняет все облачные линии.

«Раньше нас было 20 человек: если случался пожар, то мы выезжали подготовленными. Были и машина, и техника, и трактор. Сейчас в Видлицком лесничестве только три госинспектора и лесничий. Надо возрождать лесное хозяйство: создать свою бригаду на пожароопасный сезон, чтобы не привозить людей откуда-то издалека. В лесхозах должны быть свои пожарные машины. Будем надеяться, что пожары покажут, что пора что-то менять», — говорит Василий.

Сгорело 14 гектаров: ели, березы, сосны.

«Ель однозначно труп. Она может упасть, так как сразу погибает. Сосна более приспособлена к низовым пожарам, поскольку у нее кора в основании гораздо толще», — объясняет инженер по охране и защите леса Константин Козловский.

Константин Козловский. Фото: "Республика" / Эдуард Тур

Константин Козловский. Фото: «Республика» / Эдуард Тур

Ущерб в лесничестве уже подсчитали: он составил примерно 230 тысяч рублей. «Молодняк мы не можем использовать, поэтому он не учитывается. Если с ним считать, то, конечно, цифры будут астрономические даже для такой маленькой площади», — говорит Константин.

В дальнейшем в лесу проведут санитарную вырубку: погибшие деревья удалят и спустя время на их месте посадят новые. Вырубки нужны для оздоровления леса, их проводили бы и без пожаров.

Выводы

Сейчас в деревне всё спокойно. И местные жители уже  спокойно рассуждают о серьезных уроках этого лета. «Первый урок, который важно усвоить после пожара, — это то, что у всего должен быть свой хозяин. Даже если собственник обанкротился, нужно заставить его ухаживать за полями. Эти земли приводили в порядок мои деды, бабушки, родители. Обидно, что их просто забросили», — говорит Василий Васильевич.

По словам местного жителя, арендаторы до сих пор безответственно относятся к лесу: недавно под деревней рубили деревья, но стволы и ветки за собой рабочие так и не убрали. «Это будущий костер. Будет сушь — спичку бросят и беда», — указывает на участок мужчина.

После недавних событий в деревне обещали вырыть пожарный водоем. Сейчас местные жители ждут, когда начнутся работы, и надеются, что пожары больше не повторятся. Серьезные выводы на будущее этим летом должны сделать все: и грибники, и арендаторы леса, и власть на всех уровнях.

Василий Богданов. Фото: Алексей Миронов

Василий Богданов. Фото: Алексей Миронов