Пить или не пить?

«Экологическая ситуация в Карелии действительно улучшается, потому что загрязнять промышленно нечем. Но воду из-под крана я пить все равно не буду».

Петрозаводские коммунальные системы на прошлой неделе заявили, что водопроводная вода безопаснее бутилированной. Значит ли это, что петрозаводчане могут пить воду прямо из-под крана? Об этом «Республике» рассказала Галина Бородулина — старший научный сотрудник Лаборатории гидрохимии и гидрогеологии Института водных проблем Севера КарНЦ РАН, доцент эколого-биологического факультета ПетрГУ.

— Ни для кого не новость, что бутилированная вода далека от идеала. Здесь ПКС делают упор на вред от пластиковой тары. Но это только одна из проблем. Другая заключается в том, что химический состав минеральной или питьевой воды не всегда соотносится с указанным на этикетке. Исследования показали, что определить происхождение бутилированной воды зачастую достаточно трудно из-за необходимости дорогостоящих анализов, которые выявляют органические и микрокомпоненты воды. При этом воспроизвести в лаборатории макрокомпонентный состав сегодня не составляет труда. Есть много примеров, когда только анализ органических соединений показал, что вода известных марок приготовлялась на основе хлорированной водопроводной воды. Она, конечно, не вредна для здоровья. Просто эта жидкость не соответствует определению «природная минеральная вода».

Помните, какая в Петрозаводске раньше была тёмная вода? Всё дело в гумусовом веществе, которое поступает в Петрозаводскую губу из реки Шуя. В Онеге вода не настолько тёмная.

Гуминовые кислоты сами по себе для человека безопасны. Но при обеззараживании хлором такой неочищенной воды образуются хлорорганические соединения, вредные для человека. Поэтому теперь в Петрозаводске перед дезинфекцией производится этап очистки. Гумус окисляют с помощью реагента и отфильтровывают. Что при этом остаётся в воде – умалчивается. Использование химических реагентов естественно приводит к появлению их остатков.

К тому же это достаточно дорогой вариант очистки. Ведь теперь мы привязаны к ценам на этот реагент. В Петрозаводске водозабор происходит на наб. Варкауса. Если бы его вынесли за пределы Петрозаводской губы, сторонником чего был наш институт, то не потребовался бы дорогостоящий этап очистки.

Сама я из-под крана воду пить не буду. В первую очередь, по причине состояния наших городских сетей. ПКС проводит анализ воды после всего цикла очистки и фильтрации. Там, на входе, она, возможно, чистая, и её можно сразу пить. Но ведь потом она пойдёт по нашим страшным водопроводным трубам!

Что касается химического завода по выработке беленой массы (БХТММ), который в скором времени должен появиться под Петрозаводском, то я пока не вижу здесь причин для волнений с точки зрения экологии. Любой проект будет проходить экологическую экспертизу, которая определит возможность его реализации. В современных условиях реально сделать экологически безопасное производство. А просто сидеть среди чистой окружающей среды и пользоваться благами цивилизации, которые производятся на других территориях, не получится.

Согласно ежегодному «Государственному докладу о состоянии окружающей среды в Республике Карелия» у нас экологическая ситуация улучшается, потому что загрязнять промышленно нечем. Но есть коммунально-хозяйственные, неочищенные ливневые стоки – все это поступает в Онежское озеро, туда же, откуда мы пьём воду. Во многих городах республики отсутствуют очистные сооружения. Ровным слоем – хозяйственно-бытовое загрязнение. Из-за этого, кстати, родниковые воды на территории практически всех населённых пунктов Карелии содержат вредные азотистые соединения. Когда мы впервые взяли эти пробы, то были потрясены. Такое впечатление, что мы живём в какой-то сельхозудобряемой местности. А причина кроется в том, что даже в Петрозаводске, в районах старой застройки, не везде проведена канализация, не говоря уже о повсеместно-ужасающем состоянии свалок.

Записала Ася Кошелева

Хорошие карельские книги. Почти даром