Не дают медалей «За победу над собой»

«Я не любила школу. Когда люди узнают об этом, они страшно удивляются: «Как?! Ты же хорошо училась?» Да, но это не помогало мне приспособиться. Всё казалось тесным, не своим».

Читатель «Республики» вспоминает свои школьные годы и пытается понять, чему важнее всего научить ребенка.

Я не любила школу. Когда люди узнают об этом, они страшно удивляются: «Как, ты же хорошо училась!» Да, но это не помогало мне приспособиться к школьному укладу, школьным законам. Всё казалось тесным, не своим. Хотя мне повезло и с классными руководителями, и с одноклассниками, и с учителями, но…

В начальной школе я была отличницей. Мне нравились все предметы. Я любила делать уроки, решать с папой примеры и задачи, готовиться к внеклассному чтению, заполнять дневник по природоведению.
Однажды мы писали контрольную работу по математике. Я сделала основную часть и стала клянчить дополнительное задание. Галина Дмитриевна почему-то долго сопротивлялась, но я своего добилась. Когда выдали тетради с оценками, мой мир рухнул: за контрольную стояла «пятёрка», а вот за выпрошенное задание я получила свою первую в жизни «двойку». Чему это меня научило?

Мама с папой были твёрдо убеждены, что для десятилетнего ребёнка важнее обедать с семьёй, чем знакомиться с производством.

В четвертом классе уроков стало больше, а после занятий ещё нужно было то на экскурсию на комбинат, то на классный час, то на сбор отряда. А мои родители приходили в это время домой на обед. Поэтому я, едва заслышав звонок с последнего урока, мчалась в раздевалку, хватала одежду и пулей неслась домой. Мне нравилось, что родители открывают мне дверь, мы вместе едим суп, я рассказываю им, как прошёл день. Однако в тот же вечер к нам приходила моя классная. Она просила моих родителей помочь мне придерживаться школьного порядка и не избегать отрядных дел. Мама с папой как-то оправдывались, сочувствовали, но они ничего не могли сделать, потому что сами были твёрдо убеждены, что для десятилетнего ребёнка важнее обедать с семьёй, чем знакомиться с производством.

В пятом классе мы переехали на другой конец города, меня перевели в другую школу, чтобы мы с сестрой учились вместе. В классе меня приняли хорошо, но опять было как-то тесно. Не хватало места под учительским крылом, что ли. Было мало хорошо учиться, нужно было делать что-то ещё, а может, наоборот, не нужно было чего-то делать, я до сих пор этого не поняла. Хотя друзья, классные дела – настоящие, в которых можно принять активное участие, — всегда меня вдохновляли.

С Костей было очень весело: мы мяли бумагу и старались забросить в урну «трёхочковый».

А ещё моё настроение зависело от соседа по парте. Однажды зимой меня посадили за парту с Андрюшкой. Он снимал под столом валенки, и они тихонько скользили по полу, пока его не вызывали к доске. Тогда он начинал их искать, прыгая по классу в шерстяных носках, а валенки мягко и бесшумно отправлялись чьей-нибудь ногой подальше от своего хозяина. Это было очень забавно.

Ещё я сидела с Костей. Костя был прилежным учеником. Он тщательно готовился к каждому уроку, в классе у него был самый каллиграфический мальчишеский почерк, которым он аккуратно выписывал на деревянную линейку то, что не удалось запомнить дома, и это не раз выручало нас обоих. При этом с ним было очень весело: мы мяли бумагу и старались забросить в урну «трёхочковый». Прямо перед носом у учителей мы катались на своей первой парте в третьем ряду настолько, насколько позволяло расстояние перед доской. Но такое везение с соседями было не всегда. С ужасом вспоминаю прочерченную по линейке границу на парте, тычки в руку и недоуменную усмешку учителей: «Что вы поделить-то не можете?»

Сложно относиться по-взрослому к детским трудностям. В их повестках дня нет маленьких зарплат, болеющих родителей, неприходящего повышения по службе.

А теперь нам, взрослым, пережившим школу и много чего ещё, жалобы учеников кажутся порой надуманными. Сложно относиться по-взрослому к детским трудностям. В их повестках дня нет маленьких зарплат, стареющих, а потому болеющих родителей, неприходящего повышения по службе. Их проблемы — это дерущийся Вася, обзывающаяся Валя, нерешающаяся задача, секрет про Кольку, разболтанный подружкой. И если все эти вопросы кажутся нам несерьёзными, нужно сделать их такими же и для детей. Вопрос – как?

В школе учеников без конца сравнивают друг с другом, составляют рейтинги. Может, это хорошо помогает и вдохновляет на достижения (предположу – первую половину списка). А что бывает с отстающими? Обычно их удел – слушать о свой никчемности, барахтаться и выживать самостоятельно. И в этом случае гораздо важнее научить ребенка анализировать свои собственные результаты, раз за разом стараясь их улучшить. Жаль, за это нет грамот, не дают медалей «За победу над собой».

Абзац