Музыка на-а-а-а-с связала

Встретив на шоссе принца на белом джипе и услышав из окон его машины хорошую музыку, не спешите расставлять сети. Непридуманная история о Стинге на трассе «Кола».

Встретив на шоссе принца на белом джипе и услышав из окон его машины хорошую музыку, не спешите расставлять сети. Непридуманная история о Стинге на трассе «Кола».

В последние два месяца у нас с коллегой по финно-угорскому проекту есть шутка, она же задача-максимум – искать викинга. Сначала мы искали его только для Светы. А теперь, когда я официально пополнила ряды разведенок, и мне. А я и не против. Викинги, особенно плечистые норвежцы, мне всегда поднимали лемби до восьмого уровня.

И вот на пути из пункта А в пункт Б, что в последние годы для меня вещь обычная, на трассе в открытое окно пронесся знакомый сердцу звук. Стинг. Moon Over Bourbon Street. Я пристально вглядываюсь в промчавшего рыцаря с хорошей музыкой. Машина тоже хороша. Я не разбираюсь, но подруга говорит – крутая тачка.

— Сядь ему на хвост, — прошу подругу, — не каждый день на трассе из дорогой машины услышишь хорошую песню.

Подруга газует. Мы догоняем и слышим шлейф сменившейся песни. Это была Элла Фитцджеральд, по-моему, My Little Yellow Basket. Я почти кричу:

— Догоняй его! Посмотрим на лицо. Блин, какой молодец, музыка-то все моя. Родная.

Мы пытаемся поравняться. Он не понимает, что мы флиртуем, и не дает обогнать. Мы открываем пассажирское окно. И начинаем строить глазки. То есть я начинаю. Он ведется на игру. В это время замаячили первые дома населенного пункта. Впереди кафе «24 часа». Он, надо заметить, довольно приятный, хоть и слегка мордастенький дядечка в категории 35+, начинает входить во вкус нашей игры. И показывает на надвигающееся кафе.

— По кофе? — орет он, перекрикивая очередную незнакомую, но удивительно рафинированную композицию. Что-то между джазом и блюзом.

Мы прижимаемся к обочинам. Выпрыгиваем из машины подруги. Я мысленно благодарю себя за утреннее трудолюбие в виде макияжа и нормальной одежды (а то я люблю по-бомжовски прикинуться). Мужик оценивает нас обеих по всей конструкции и по запчастям в отдельности.

— Валера.

— Наташа, Аня.

— А чё, девчонки, откуда ковыляем? Веселые такие, приключения любите? – и щурится на солнышко или на нас.

Что-то лексикончик не совпадает с его музыкой. А я всегда измеряла близких по духу людей их музыкой в плей-листе. Думаю, а вдруг и викинга найду по звуку.

— Нет, мы журналистки, на интервью ездили в деревню.

— Журналистки? У меня секретарь Маша тоже стихи пишет. А про что пишете? Про меня напишите. Я вам интервью покажу.

Мне уже не хочется кофе. Понимаю, что каким-то образом не тот викинг забрел на наше пастбище поохотиться.

Осторожно начинаю выяснять, как могла вкрасться ошибочка в мою стопроцентную теорию про музыку и своего человека.

— Музыка у вас классная в машине играет, Валерий.

— А, эт сама… Не моя. Мура, а не музыка. Это я попросил нашего курьера в конторе, чтоб он мне записал из Интернета хороших песен. Он закачал 500 штук. И все – вот такая мура. Слушать нечего.

Кофе мы так и не попили. Электричества в кафе, к счастью, не было. Кофемашина не работала.