Капитан не соврал…

«Если вдруг что сейчас произойдет, генетическая память поколений сработает и молодежь свою страну защитит. Во всяком случае, в своих детях я уверен».

Ветеран Афгана, председатель объединения воинов-интернационалистов Петрозаводска Игорь Каламаев накануне Дня Победы рассказывает о генетической памяти поколений, маковых полях и рецепте новогоднего торта.

Меня призвали на службу из Пудожа. Просто пришли из военкомата, дали на всё три дня и пообещали отправить служить в Центральную Россию. Капитан, встретивший 11 новобранцев из Карелии, только и сказал нам, что будем служить в элитных войсках ВДВ. На вопрос, куда, собственно, едем, ответил: «Парни, едем ордена и медали зарабатывать». Ну, в этом капитан точно не соврал.

В Афганистане у нас был приказ защищать южные рубежи Советского Союза от армии НАТО. Когда наши парни туда приземлились, люди говорят, что в воздухе были видны американские самолеты с десантом. Наши успели быстрее. Первыми туда зашли наши спецы, а потом 345-й полк, про 9-ю роту которого фильм снимали. Я сам служил в 350-м полку ВДВ.

«Дух» в переводе с языка пушту означает «враг». Все очень просто. Местное население здоровается с тобой за руку, находясь в своем кишлаке. Только выходишь за пределы — запросто перережут горло. Но это в основном наемники были, группировки талибов. Мирное население даже не хотело нас отпускать в 89-м году, боялось, что при американцах еще хуже будет. Мы там останавливали наркотрафик, который после вывода войск снова стал постоянным.

Моя жена даже не знает, что я в Чечню собирался. Документы лежали в сейфе военкома. Только он меня и отговорил.

Были, конечно, парадоксально приятные моменты. Самая красивая картина, которую я в жизни видел, — тысячи маков, растущих на склонах афганских гор. Конца и края им не видно, так вверх в небеса уходят. Виды там именно такие, какими парень в «9 роте» любовался, — невероятные.

Михаил Пореченков, фильм "9 рота"

Кадр из фильма «9 рота». Фото: rewalls.com

Не сказать, что мы в Афганистане особо бедствовали. Все можно было купить в местных магазинах. Мы носили кроссовки — покупали их в вместе с печеньем «Мария». Носить заграничную обувь было удобно и безопасно. Переходили к ним от сапог и полуботинок. Просто когда взрывается противопехотная мина, в кроссовке отрывает просто стопу, а в сапоге из-за давления — ногу до колена. Из печенья делали новогодний торт. Высыпали в простыню, разбивали в крошку и выкладывали на противень. Поливали сверху сгущенкой и подавали так.

Все это навсегда остается с тобой. Бывших военных не бывает. Знакомые питерские парни после Афгана были еще и в Чечне, специально вызвались. Моя жена, кстати, даже не знает, что я тоже собирался. Документы лежали в сейфе военкома. Только он меня и отговорил: напомнил, что у меня двое детей, которые не должны сиротами остаться. Сказали бы сейчас идти — пошел бы. Дети ведь уже подросли.

Аксиома «приказы не обсуждаются» заложена в генах, как и любовь к Родине. Если вдруг что сейчас произойдет, генетическая память поколений сработает и молодежь свою страну защитит. Во всяком случае, в своих детях я уверен.

Абзац