Деревенщина в Лувре

«Я восхищаюсь и втайне завидую людям, которые каждые выходные делают уборку. Я бы тоже очень хотела стать лучше и спасти мир от грязи. Но меня хватает на один раз. И потом я в ужасе вспоминаю, как это было. И замыкаюсь в себе. Может, это где-то лечится?»

Журналист «Республики» настолько не любит делать уборку, что в доме, вычищенном до блеска, чувствует себя неуютно. Поэтому задается вопросом: это уже диагноз или еще нет?

Уборка

Иллюстрация: lapupundr.blogspot.ru

Я восхищаюсь и втайне завидую людям, которые каждые выходные делают уборку. А раз в месяц – генеральную. Я уже не говорю про ежедневный контрольный обход с тряпкой. Эти люди – перфекционисты. И в гости не позовут, пока не вылижут все поверхности жилища и не начистят кастрюли до блеска. И я искренне удивляюсь, откуда в нашем обществе, обществе загаженного внешнего пространства, обществе правящих стихийный помоек и неуютных подъездов берутся эти тепличные создания. Когда я прихожу в их дом, мне страшно. Мне кажется, что я сейчас намусорю, наслежу, просыплю что-то или пролью. В общем, деревенщина в Лувре.

Другое дело – мой дом. Весь такой уютный, в родной паутине, в душевно скинутых в угол тетрадках по английскому, которым полгода не занималась, в «Гарри Поттере и ордене «Феникса», начатом еще прошлым лето и все не дочитанном даже до первого ужина в Хогвартсе.  Гантельки, трогательно облепленные кошачьей шерстью, манят меня из-под тумбочки своим мохнатым домашним теплом и будто взывают: нагнись, возьмись, потягай нас немного. В моем доме много милых сердцу и глазу вещей – не чищенные ни снаружи, ни внутри кастрюли, неработающий электрокамин советского периода, на котором коты любят возлежать по очереди наподобие египетских сфинксов. Не мытые ни разу в новой квартире окна, богатая хрустальная люстра, на которой можно мини-росписью написать половину «Евгения Онегина». Ух, я список кораблей прочел до середины… У меня много чего есть. И не то чтобы я бравирую. Просто у меня не получается выстраивать свои планы вокруг уборки. И слово «чистота» не качается в моем мозгу.

Иногда фанаты чистоты попадают ко мне в дом. И для них это тоже музей. Музей пыли, грязи и паутины. И страшно смотреть на таких людей. Они не могут спокойно сидеть, говорить, наслаждаться моими видами из окна. Пыль на стекле застит им мир. И вкусный кофе им не в радость – боятся, что паутина в нашем дома подается вместо пенки в капучино.

Я бы очень хотела стать лучше, совершеннее, изменить жизнь к лучшему, спасти мир от грязи. Но меня хватает на один раз. И потом я в ужасе вспоминаю, как это было. И замыкаюсь в себе. И смотрю в окна. На озеро, на крыши Петрозаводска. Чтобы не смотреть по углам. Может, это где-то лечится? Может, мне поможет психолог? Или моя болезнь неизлечима?

Хорошие карельские книги. Почти даром