Приговор Евгении Сухоруковой: все по теме

Петрозаводский городской суд вынес решение по делу замглавы Петрозаводска Евгении Сухоруковой. Она признана виновной в незаконном распоряжении землей в Прионежье и приговорена к трем годам лишения свободы условно.

Петрозаводский городской суд вынес решение по делу замглавы Петрозаводска Евгении Сухоруковой. Она признана виновной в незаконном распоряжении землей в Прионежье и приговорена к трем годам лишения свободы условно.

Напомним, речь шла о том периоде в биографии Сухоруковой, когда она занимала должность первого заместителя главы Прионежской районной администрации. И являлась непосредственной подчиненной Светланы Чечиль, сестры «яблочного» спонсора Василия Попова. Именно Сухорукова, поскольку ее начальница Чечиль в тот момент вышла на больничный, поставила в сентябре 2012 года свою подпись под постановлением, разрешавшим перевести обширный участок особо ценных сельхозугодий под дачное хозяйство. Получившие это право коммерсанты принялись возводить на землях, в мелиорацию которых государством были вложены серьезные средства, элитный коттеджный поселок. При этом, как выяснилось в ходе судебных заседаний, на общественных слушаниях местные жители высказались против строительства «мини-Рублевки».

Глава поселения рассказывает о том, что произошло в Ерошкиной Сельге после изменения предназначения земель:

Фермер рассказал, в чем была для него и других местных жителей ценность участка в Ерошкиной Сельге:

Но прионежские чиновники к мнению населения не прислушались.

Как было установлено в суде, в результате особо ценные сельхозземли были утрачены, материальный ущерб составил десятки миллионов рублей. Обвинение настаивало, что Сухорукова явно превысила свои служебные полномочия, подписав постановление.  Ведь, даже если бы земли не были включены в реестр особо ценных, чиновница все равно не имела права, изменив вид использования, отдавать их под ведение дачного хозяйства коммерческой фирме. По закону дачное хозяйство могут вести  только объединения граждан, в частности, некоммерческие садово-огороднические товарищества.

Сухорукова, в свою очередь, ссылалась на то, что «объем работы в администрации Прионежья был огромным», а «руководитель физически не может быть специалистом во всех областях».

— В течение рабочего дня я подписывала по 50 подобных документов. Я не понимала, что это за земельный участок и где он находится. Я подписала этот запрос в течение нескольких секунд, — заявила бывшая прионежская чиновница.

Кроме того,  Сухорукова настаивала, что в прионежской администрации земельные вопросы курировала не она, а Чечиль. И возможностей не подписать документ у нее якобы не было. Виновной себя подсудимая не признала и заявила о том, что уголовное дело носит политический и «заказной» характер.

Евгения Сухорукова

Евгения Сухорукова. Фото: Николай Смирнов

Галина Ширшина: «Я разочарована»

Подобные заявления выступившей с последним словом Сухоруковой были, безусловно, ожидаемы. Это уже стандартный ход со стороны обвиняемых практически во всех без исключения так называемых резонансных делах. И не только связанных с коррупцией.  Например, осужденный за развращение несовершеннолетней девушки теперь уже экс-коммунист Владимир Саманюк (на днях его исключили из КПРФ) также стремился убедить окружающих, что его дело «сфабриковано». О «политике» заявляли и осужденные недавно на реальные сроки лишения свободы фигуранты громкого «дела о земле» во главе с бывшим первым вице-мэром Петрозаводска Евгением Журавлевым.

Однако в случае с Сухоруковой такие заявления имеют особый смысл, и их цель – не самозащита подсудимой. Тем более, что суд, как изначально можно было предполагать, утверждения о политической подоплеке дела счел голословными и в расчет брать их не стал (как это происходило и при рассмотрении других, в том числе упомянутых выше, уголовных дел). И Сухорукова вряд ли всерьез рассчитывала, что ее «политическое» выступление на суде поможет избежать наказания за совершенное преступление. Последнее слово чиновницы, очевидно, стало просто очередным штрихом в сценарии, разработанном «яблочной» группой Попова.

Напомним, что незадолго до оглашения приговора сначала сама Сухорукова под «патронажем» депутата-«яблочницы» Эмилии Слабуновой устроила пресс-конференцию, затем, спустя несколько дней, по этому же поводу с журналистами встретилась, ни много ни мало, мэр Петрозаводска Галина Ширшина. Лейтмотив был один – «яблочники» пытались убедить, что уголовные дела, в орбиту которых попали члены их группы, все без исключения носят «политический» характер. Тактика, повторимся, далеко не новая. И в свете других резонансных дел – в отношении экс-главы Карелии Андрея Нелидова или осужденного за взятку бывшего замминистра труда Гивия Карапетова – провальная. Но выхода у «яблочников» Попова нет, и они продолжают настаивать на своем: если речь идет об уголовных делах Нелидова, Карапетова или иных персон, которых к «оппозиции» уж никак при всем старании не пристегнуть – то здесь речь идет о криминале, коррупции, и фигуранты получают, так сказать, по заслугам. А вот если за руку поймали членов «яблочной» группировки, то они страдают «за политику».

Выглядят такие утверждения неубедительно и это, видимо, осознают сами «яблочники» Попова. Логические нестыковки и неудобные вопросы их сильно нервируют. На пресс-конференции Сухоруковой, например, нынешний глава Прионежья Алексей Лучин попытался рассказать, как во время «яблочного» правления в районе тысячи земельных участков расходились без аукционов  в частные руки. А район, между тем, был доведен фактически до банкротства. Но Сухорукова его резко оборвала.

Тем не менее, поскольку от этих вопросов «яблочникам» никуда не деться, а отвечать на них они не хотят, главная задача сейчас – сделать так, чтобы такие неприятные для них темы потонули в волне эмоций и истерии по поводу «политических преследований». И вот здесь можно предположить, что приговор Сухоруковой стал для этой группы большим разочарованием. Об этом, кстати, так и заявила по окончании судебного разбирательства журналистам сама мэр Галина Ширшина:

— Я разочарована. То, что сейчас произошло, дает нам возможность подготовиться к обжалованию.

Галина Ширшина на суде по делу Евгении Сухоруковой

Галина Ширшина на суде по делу Евгении Сухоруковой. Фото: Николай Смирнов

Кому нужно обжалование приговора?

Конечно, потом градоначальница пояснила: разочарована, дескать, тем, что решение суда не позволит Сухоруковой в течение года занимать муниципальные должности. И мэр, таким образом, лишается своего верного заместителя. Но что на самом деле стоит за этим заявлением? Заявлением странным, если учесть, что оно прозвучало не из уст адвоката, а от главы Петрозаводска, формально никакого отношения к прионежской деятельности Сухоруковой не имеющей?

Отметим, что суд виновность Сухоруковой полностью признал и подтвердил. Обвинение просило для бывшей прионежской чиновницы реальное лишение свободы на срок до трех лет. Кроме того, настаивало и на том, что Сухорукова должна выплатить многомиллионный ущерб. Но приговор оказался гораздо мягче – условное лишение свободы с испытательным сроком на один год. Судья учел, что ранее Сухорукова не судима, кроме того, у нее маленький ребенок. Так что, по сути, обвиняемая в серьезном преступлении чиновница отделалась, можно сказать, очень легко. Что же может произойти в случае обжалования? Возможно, приговор просто останется в силе. Но не исключен ведь и иной вариант: он может быть ужесточен, и от Сухоруковой-таки потребуют выплатить сумму ущерба. Это в лучшем случае. А в худшем – не дойдет ли до реального лишения свободы?

Так что повернуться эта история с обжалованием может по-разному, и на первый взгляд непонятно, зачем «яблочникам» опять подставлять Сухорукову под новое судебное разбирательство. Объяснение напрашивается только одно: если бы сейчас ее приговорили к реальному лишению свободы, то это стало бы прекрасным поводом для проведения многочисленных митингов под лозунгами «Освободите мать малолетнего ребенка».  Члены «яблочной» группировки Попова снова стали бы раздавать комментарии отечественным и, главное, зарубежным СМИ о вопиющей жестокости судов и силовиков. И все это легло бы жирным мазком в картину «политического преследования оппозиции».

Судя по всему, именно к этому сценарию «яблочники» и готовились, в него легли и заявления мэра Петрозаводска о том, что «дело Сухоруковой – это дело Ширшиной»… Не говоря уже о том, что на оглашение приговора пришла едва ли не все нынешнее руководство города. Практически весь день высокопоставленные чиновники, на плечах которых – ответственность  за все сферы жизнедеятельности карельской столицы, от ЖКХ до экономики — во главе с мэром просидели в зале суда. В рабочие часы. Интересно, к слову, как это трактует Трудовой кодекс? Может быть, Галина Ширшина специально оформила для всех своих подчиненных отгулы, чтобы они создали массовку на судебном заседании? Решив, что городское хозяйство и городские проблемы – это все подождет, когда в опасности… Кто, кстати?

Думается, что не Сухорукова даже, и не ради нее все это затевалось. Накачивание эмоций и истерии на тему «преследуемой оппозиции» сейчас очень нужно, по сути, только одному человеку – скрывающемуся за границей Василию Попову, который жаждет избежать экстрадиции в Россию по обвинению в мошенничестве.  Он уже тоже выступил с комментариями, в которых сквозит разочарование: мол, условный срок Сухоруковой назначен, «чтобы не раздуть очередной протестный пожар». Тем самым подтвердив планы «яблочников», которые они были намерены реализовывать. То, что эти планы срываются, Попова должно очень беспокоить. И поэтому шоу должно продолжаться во что бы то ни стало, и неважно, чем участие в нем обернется для оставшихся в Карелии членов «группы Попова».

Суд по делу Евгении Сухоруковой

Суд по делу Евгении Сухоруковой. Фото: Николай Смирнов