Дискуссия об МСУ: против подмены понятий

Обсуждение реформы местного самоуправления, которое активно развернулось в районах Карелии, продемонстрировало, что к содержательной дискуссии на эту тему представители определенных политических групп оказались попросту не готовы. Очевидно, поэтому с их стороны в ход пошла явственная подмена понятий.

Обсуждение реформы местного самоуправления, которое активно развернулось в районах Карелии, продемонстрировало, что к содержательной дискуссии на эту тему представители определенных политических групп оказались попросту не готовы. Очевидно, поэтому с их стороны в ход пошла явственная подмена понятий.

Судя по всему, широкое обсуждение того, какую модель МСУ выберет Карелия, изначально было нужно не всем. По крайней мере не нужно оно, надо полагать, было группе десяти депутатов Заксобрания, которые в пожарном порядке, едва успели вступить в силу поправки в федеральное законодательство, внесли в региональный парламент свой законопроект. И всеми силами старались его пролоббировать, несмотря на то, что Президент РФ Владимир Путин настоятельно рекомендовал парламентариям в субъектах Федерации вначале послушать муниципалитеты и общественность.

Между тем муниципальное сообщество Карелии в дискуссию включилось активно – прежде всего на площадках общественных комитетов по реализации Послания Президента РФ, которые действуют во всех районах.  И в подавляющем своем большинстве участники высказались за то, чтобы не ломать сложившуюся сейчас во всех, за исключением двух, районах систему МСУ. Напомним, что она базируется на прямых выборах первого, самого близкого к людям, уровня местной власти: поселенческого, из которого затем формируются районные советы.

Представители муниципалитетов уже не единожды обращались к ЗС РК с настоятельной просьбой учесть их мнение при подготовке регионального закона – и на состоявшемся на прошлой неделе совместном заседании с парламентариями, и ранее, в направленных к депутатам письмах.  В одном из таких обращений 58 депутатов и глав районов и поселений призвали «отказаться от политизации важнейшего этапа развития местного самоуправления Республики Карелия».

Надо отметить, что представители муниципального сообщества в данном случае выразились, скажем так, предельно политкорректно. Потому что, если называть вещи своими именами, речь идет даже не о политизации темы со стороны некоторых политических сил (и не только в Карелии), а нередко – об откровенном политиканстве. Ибо вместо аргументированного обсуждения – чем именно та или иная модель МСУ эффективнее, почему именно она подходит для той или иной территории – оппоненты пытаются свести дискуссию к подмене понятий: дескать, не допустим отмены выборов и покушения на основы демократии.

У представителей муниципального сообщества такие заявления вызывают, мягко говоря, недоумение.

«Почему звучит, что если останется система делегирования, то не будет демократии, не будет прямых выборов? Выборы есть и будут в конкретных поселениях. У нас ведь нет какого-то абстрактного народа Республики Карелия, какого-то района: есть жители в конкретном населенном пункте. И это поселение будет выбирать своих депутатов и глав поселений, и потом уже эти депутаты и главы поселений будут делегированы в районные советы», — объясняет председатель регионального отделения Всероссийского совета местного самоуправления Ольга Старикова.

В данной системе народ не только не отстраняется от участия в выборах: напротив, граждане получают возможность реализовать свое конституционное право максимально полно и ответственно. Потому что здесь речь идет о настоящем, реальном выборе тех людей, которые будут представлять интересы конкретного города или поселка. Собственно, в этом и есть главный смысл реформы МСУ —  на деле, а не на словах приблизить местную власть к гражданам.

Страшно далеки они от народа

В том, что необходимость такого переосмысления роли местного самоуправления назрела, говорят хотя бы данные социологов. По информации ФОМа, например, в „среднем“ российском городе 76% жителей даже не знают, кто их местный депутат. В таких муниципальных образованиях, как районы (где существуют прямые выборы второго уровня местной власти), дело, думается, обстоит не лучше, если не хуже. А в Карелии следует учесть еще и специфику наших северных территорий с их огромными расстояниями, когда до райцентра, для того,чтобы выяснить, кто твой депутат, а потом его еще и отыскать, жителю какого-нибудь отдаленного поселения придется ехать иногда не одну сотню километров.

И, кстати, не факт, что этот гипотетический житель отыщет в итоге своего «всенародно избранного» районного депутата и сможет с его помощью решить свою насущную проблему. Потому что, и это тоже далеко не секрет, прямые выборы на районном уровне слишком часто превращаются в борьбу кошельков и политтехнологий, с помощью которых во власть проводят своих кандидатов заинтересованные в дележке ресурсов и влияния бизнес-группы. И, оказавшись в депутатском кресле, такие избранники, как правило, склонны ориентироваться вовсе не на интересы жителей каких-нибудь лесных поселков или малых городов, а на интересы спонсоров, вложивших деньги в их избирательную кампанию.

Такая тотальная коммерциализация сколько-нибудь крупных муниципальных выборов практически сводит на нет идею народного представительства как такового. Политологи, социологи уже не раз отмечали: представительные органы власти в более-менее крупных городах, районах слишком часто превращаются в этакие клубы местных предпринимателей. У обычных же граждан механизмов повлиять на такую избранную власть не остается. Мало того, не остается этой возможности и у местной власти первого уровня – депутатов и глав поселений. То есть вот это самое близкое к людям звено оказывается фактически отстранено от решений на уровне района. Если кому-то такое положение дел кажется демократичным, то это очень странное представление о демократии.

Ломать — не строить

Именно эту позицию старается донести до парламентариев муниципальное сообщество Карелии, об этом открыто и зачастую очень резко говорили представители поселений на совместном заседании Консультативного совета ЗС РК и регионального отделения Всероссийского совета местного самоуправления в Петрозаводске. Как отмечали выступавшие, суть 136-го федерального закона как раз в том, что он обеспечивает вариативность моделей местного самоуправления. То есть федеральный центр ясно дал понять: сверху навязывать муниципалитетам ту или иную систему МСУ нельзя. Смысл реформы не в том, чтобы сломать то, что годами выстраивалось в тех ли иных муниципалитетах и регионах, а в том, чтобы вместе с обществом, с жителями  определить, какая из моделей будет работать наиболее эффективно, сможет обеспечить реальное представительство интересов граждан в местной власти.

«Так почему же мы все говорим о людях, об интересах наших жителей и им не доверяем? Почему не доверяем нашим землякам, которые в конкретном поселении избрали своего главу, своих депутатов? Почему не доверяем этим избранным главам поселений, депутатам, делегированным в районный Совет?» — задается риторическим вопросом в ответ на заявления оппонентов о недемократичности системы делегирования Ольга Старикова.

Она убеждена: представители муниципального сообщества, многие из которых сами прошли, и не по одному разу, прямые выборы, заслуживают того, чтобы с их мнением считались. И с этим трудно не согласиться. Как, собственно, и с тем, что реальная демократия — это когда граждане выбирают не политтехнологические «обманки», а тех, кто действительно будет работать на интересы жителей города или поселка.

Абзац
comments powered by Disqus