Венок сонетов Цурэна

«Я брошу взгляд на вечный календарь: // Что ж, снова приближается ноябрь, // Завьюжит, вихри снежные крутя. //Осенний мелкий дождик за окном,// И хочется подумать о земном // Под свежий хруст солёного груздя». В литературном спецпроекте «Абзац» стихи Марка Полыковского с подробными примечаниями автора.

Марк Полыковский

Марк Полыковский. Фото из личного архива автора

1.

Как лист увядший, падает на душу (1)
Осенний бледно-розовый закат,
Сосед горланит так, что вянут уши,
Один куплет пятнадцать раз подряд, –

Как расцветали яблони и груши (2),
Потом, как тёмные курганы спят (3), –
Сосед уже неделю бьёт баклуши,
Поскольку он районный депутат,

Партиец, и внештатник КГБ,
И чемпион чего-то по стрельбе,
И морда набок, и мозги петушьи.

Когда он буен, – сущий сатана,
Но лишь уснёт, мгновенно тишина,
Как лист увядший, падает на душу.

1) Строка из прощального сонета, написанного поэтом Цурэном по прозвищу Правдивый, эпизодическим героем повести братьев Аркадия (1925 – 1991) и Бориса (1933 – 2012) Стругацких «Трудно быть богом» (1963), при отъезде из Арканара в воображаемом Мире Полудня. В повести приводится лишь одна его строка: «Как лист увядший падает на душу».
2) Строка из песни «Катюша» (1938) на стихи Михаила Исаковского (1900 – 1973) и музыку Матвея Блантера (1903 – 1990).
3)  Аллюзия на песню «Спят курганы тёмные» (1939) на стихи Бориса Ласкина (1914 – 1983) и музыку Никиты Богословского (1913 – 2014).

2.

Как лист увядший, падает на душу
Почти забытый мерный плеск весла,
Нам с тестем ли не знать повадку щучью
Таиться в камышах, где нет числа

Подлещикам, плотвичкам, – этой чушью
Она питается. Преподнесла
Природа хищным щукам прорву, тучу
Всего, чтоб та, насытясь, доросла

До той поры, когда, попав к нам в сети,
Докажет, как прекрасно на рассвете
Рыбачить, что не зря часы прождя,

С добычей возвращаемся на дачу,
А за окном – пожалте, как на сдачу,
Привычно монотонный шум дождя.

3.

Как лист увядший, падает на душу
Осенняя нахмуренность небес,
Ни лучик не прорвётся через тучу,
Не выйдешь ни с супругою, ни без,

И даже пса не выманишь наружу,
Он хоть дворняжка, всё же не балбес
И твёрдо знает про погоду сучью –
Не зря прошёл ускоренный ликбез.

О, милый край осенних непогод,
Я здесь давно, всё знаю наперёд,
Чтоб не озябнуть, приготовим пуншу

И скоротаем этот вечерок, –
Я напишу об этом пару строк.
Порывы ветра предвещают стужу…

4.

Как лист увядший, падает на душу
Поездка в выходные по грибы.
Садимся, словно баловни судьбы,
В наш «Запорожец» – тряскую каруцу,

Он всю дорогу нас трясёт как грушу,
Машина наша – транспорт голытьбы,
Колдобины и рытвины утюжу,
И вездеход готов встать на дыбы.

В лесу под каждой ёлкой по грибу,
Жена гребёт в корзину, я гребу,
В машину загружаемся, кряхтя.

Прощай, до новых встреч, осенний лес!
Спешит домой наш славный Геркулес,
Наш «Запорожец», жутко тарахтя.

5.

Как лист увядший, падает на душу
Не музыка ещё, уже не шум (4),
Напоминая дудочку пастушью
И отвлекая от вселенских дум,

Заполонила всё пространство, – в уши
Немолчный наглый комариный зум
Вторгается и там живёт… Но глуше
Он стал: видать, мы шли не наобум.

И вот он – наш любимый драндулет,
Он ждёт нас. Грязь стряхнувши со штиблет,
Мы покидаем девственную пущу.

Преград не знает верный вездеход
И, неуклонно двигаясь вперёд,
Из грязи выбирается на сушу.

4) Заключительная строка стихотворения Иосифа Бродского (1940 – 1996) «Почти элегия» (1968).

6.

Как лист увядший, падает на душу
Суровый быт послевоенных лет.
Как, из чего готовили обед?
Висят плакаты с несусветной чушью

Про вкусных крабов, про икру севрюжью (5),
А колбасы и сыра нет как нет,
Готовили овсянку – да погуще,
Да щи, да мой любимый винегрет…

Играли во дворе почти до ночи,
По фонарям палили, между прочим,
Рогаткой с пульками из гнугото гвоздя.

Мы пели вздор дурными голосами,
Взирал на нас бесцветными глазами
Задумчиво с забора лик вождя.

5) Отлично помню висевшие в гастрономе напротив нашего дома плакаты, на одном из которых с изображением баночек с икрой было написано: «Заставляй себя есть чёрную икру!», на втором же была изображена улыбающаяся гражданка, подносящая ко рту вилочку с чем-то там, надпись гласила: «Всем попробовать пора бы, как вкусны и нежны крабы».

7.

Как лист увядший, падает на душу
Холодный свет ночного фонаря,
И сеет мелкий дождь, и как-то уже
Стал тротуар к исходу сентября,

Вдоль улицы протяжно и тягуче
Чуть слышен пряный запах имбиря, –
То ветерок пожухлых листьев кучи
Раздул… Так в шторм кусочки янтаря

Волной выносит на пустынный берег.
Никто средь ночи не заглянет в скверик,
И я его безлюдья не нарушу.

И лишь фонарь, как истукан, во мраке,
В своём дождём омытом лапсердаке
Взирает на бесформенную лужу.

8.

Как лист увядший, падает на душу
Искрящихся снежинок лёгкий пух,
Лошадка тянет сани-волокушу,
На возчике засаленный треух,

На сани усадил свою милушу,
Вдвоём, приняв на грудь, горланят вслух
Похабные частушки про старух,
Про тяготы да канитель супружью…

Снегурка, Дед Мороз в смешном наряде –
И снег… Воспоминанье об отраде
Болит, как незажившая культя.

Я помню рой снежинок белоснежных –
И детских снов, чарующих и нежных,
Иным предметам этот предпочтя.

9.

Как лист увядший, падает на душу
Полночных окон негасимый свет (6),
Я их немного в доме обнаружу –
Тех, что на мой вопрос дадут ответ:

Быть может, там, накинув плед верблюжий,
К утру допишет стих мой друг поэт,
А может быть, отведав бок севрюжий,
Эстет готов приняться за шербет.

Таких немного. Завтра будет утро,
И снова трудный день, и это мудро, –
Так будет впредь, как это было встарь.

Нет, крутоверть земная не устанет,
Назавтра утро новое нагрянет, –
Я брошу взгляд на вечный календарь.

6) Аллюзия на строку «Московских окон негасимый свет» из песни «Московские окна» (1960) на стихи Михаила Матусовского (1915 – 1990) и музыку Тихона Хренникова (1913 – 2007).

10.

Как лист увядший, падает на душу
Сирень, её густой к исходу дня
Неодолимый запах. Я не струшу:
«Ещё не раз Вы вспомните меня (7)» –

Хоть шёпотом сказать… Наш путь всё круче,
Кузнечиков зелёных стрекотня,
Не ровен час (8), чего-то отчебучу…
Нет, ни к чему вся эта суетня!

Мой Бог, когда, когда всё это было?
Годов не счесть. Виски посеребрило.
И был ли я тогда настолько храбр?

Как знать, как знать… Осенний человек –
Я знаю: лишь она продлит мой век.
Что ж, снова приближается ноябрь.

7) Начальная строка стихотворения Николая Гумилёва (1886 – 1921) «Ещё не раз Вы вспомните меня…» (1917). На эти стихи Николая Гумилёва написано несколько романсов, в частности, Александром Дуловым (1931 – 2007)  в 1989 году, Юрием Вайханским (1958 – 2019) в 1992 году, а также Валерием Кругликовым, романс на музыку которого исполнял Валерий Агафонов (1941 – 1984).
8) Автор отдаёт себе отчёт, что лексема «не ровён» изначально  писалась с буквой «ё», на которую и падало ударение, – «не ровё н». Тем не менее, я использую форму «не ро́вен» со смещённым на первый слог ударением, во-первых, потому что в бытовой речи именно так это выражение и произносилось, во-вторых, современные словари считают оба варианта равноправными.

11.

Как лист увядший, падает на душу
Размеренное тиканье часов,
Напоминая: время вездесуще
И не зависит ни от гор, ни от лесов,

Ни от пожара в Беловежской пуще (9),
Ни от звучащих где-то рядом голосов,
Которые всё глуше, глуше, глуше, –
И вот уже не сыщешь адресов

Ни в памяти усталой, ни в блокноте,
Ни в притчах Соломона не найдёте,
Круг на асфальте мелом очертя (10),

Как сделать время хоть на йоту зримым,
Когда в краю берёз полуднем зимним
Завьюжит, вихри снежные крутя (11).

9) В конце января 1962 года в Беловежской пуще произошёл пожар, во время которого сгорел охотничий домик, бывшая царская резиденция. Пожар в Беловежской пуще многие местные жители связывали с попыткой покушения на Хрущёва. Не случайно там распространились легенды о том, что во время происшествия советский лидер находился в охотничьем домике и выскочил на снег в одном белье. Беловежцы даже придумали такой анекдот: “Когда Хрущёв вернулся в Москву с охоты, партийные товарищи у него поинтересовались: «Ну что, Никита, подстрелил в Беловежской пуще зайца?». На это он со злостью отвечал: «Нет, но обжёг себе яйца!»”.
10) Аллюзия на притчу царя Соломона о двух женщинах в суде, каждая из которых заявляет, что она мать ребёнка. Судья велит нарисовать на земле круг, ставит в круг малыша и велит женщинам тянуть мальчика на себя что есть силы, дескать, которая перетянет, та и мать. Настоящая мать, разумеется, сдаётся и со словами: «Не разорвать же мне его,» – она отпускает детскую руку. На этой притче основаны пьеса «Кавказский меловой круг» и новелла «Аугсбургский меловой круг» Бертольда Брехта (1898 – 1956).
11)  Строка из стихотворения  Александра Пушкина (1799 – 1837) «Зимний вечер» (1825).

12.

Как лист увядший, падает на душу
Закатом освещённый небосклон,
Корабль, как будто прорисован тушью,
Уходит вдаль, куда-то под уклон,

За дальний горизонт, в пучину, в гущу
Солёных вод, в тот мир, где нет колонн
И портиков, где нет сравненья «суше», –
Там водяной простор, и почтальон

Туда ни кратких телеграмм, ни писем
Не принесёт, и голубочком сизым (12)
Не донесутся вести о земном…

Отдаться мне фантазиям нетрудно,
Пока бормочет медленно и нудно
Осенний мелкий дождик за окном.

12) Аллюзия на библейский рассказ о голубке, принёсшей Ною в ковчег ветвь маслины (Бытие, 8: 10—11).

13.

Как лист увядший, падает на душу
С утра пораньше петушиный крик,
И рой наседок, слыша песнь петушью,
Слетают наземь. Долгожданный миг

Настал. Петух разрыл навозну кучу
И зёрна для несушек отыскал,
Съел, правда, те, что повкусней, получше,
И отдохнуть взлетел на сеновал.

Вот так и наша жизнь – как скотский хутор (13):
Кто раб, слуга, кто властелин и сударь,
Кто кормится дерьмом, а кто зерном.

А я пишу цурэновы сонеты,
Ищу вопросы, а потом – ответы,
И хочется подумать о земном.

13) Имеется в виду «Скотный двор» (англ. Animal Farm: A Fairy Story, в других переводах «Скотское хозяйство», «Скотский уголок», «Скотский хутор», «Ферма животных», «Ферма Энимал», «Зверская Ферма», «Скотоферма»)  – изданная в 1945 году сатирическая повесть-притча Джорджа Оруэлла (1903 – 1950). Под названием «Скотский хутор» повесть вышла в 1989 году в переводе Илана Полоцка (1938 – 2013).

14.

Как лист увядший, падает на душу
Дразнящий запах детства, запах грёз, –
Ну где его ещё я обнаружу,
Как не в краю непуганых берёз.

С друзьями сев на сани-волокушу,
По Волховской, как будто под откос,
Летим, и ветер обжигает уши,
Наглеет и свирепствует мороз.

Нет больше снега с запахом полыни,
Остался в памятной карельской стыни…
Не плачь о том, что, в детстве упустя,

На склоне лет пытаешься восполнить,
Поведай-ка о том, что можешь вспомнить
Под свежий хруст солёного груздя.

15.  МАГИСТРАЛ

Как лист увядший, падает на душу
Привычно монотонный шум дождя,
Порывы ветра предвещают стужу,
Наш «Запорожец», жутко тарахтя,

Из грязи выбирается на сушу,
Задумчиво с забора лик вождя
Взирает на бесформенную лужу,
Иным предметам этот предпочтя.

Я брошу взгляд на вечный календарь:
Что ж, снова приближается ноябрь,
Завьюжит, вихри снежные крутя.

Осенний мелкий дождик за окном,
И хочется подумать о земном
Под свежий хруст солёного груздя.

08 – 17.08.2020