Созвездье-любовь

В новом выпуске «Абзаца» — вторая часть сборника стихов Дмитрия Дианова «Звездочет».

Из сборника «Звездочет»

В.Б.

Вдали  виднеется  причал…

Что ждал, что  знал в дороге странной?!..

Всю жизнь обидой разгадал,

Лишь ты одна осталась тайной.

А значит стоит жить, писать

И сквозь тебя  смотреть на звёзды.

Теперь — придётся доживать,

Ведь умирать, пожалуй, поздно…

13 декабря 2014

* * *

Грязь, туман — значит, так решено.

Ведь в тумане не видно ни зги.

Так в аду умирать не грешно…

Но вдруг в небе сверкнул лик звезды.

Её лик сквозь туман засиял,

Брызнул светом бескрайне благим.

Чудным блеском во мгле заиграл

Красно-нежным, златым, голубым.

Эх, звезда, что ты хочешь сказать?!

Эй, звезда, подожди, посвети!

Ты ведь знала треть века назад,

Что твой свет до меня долетит!

Что опять будет грязь и туман

В час, когда я на берег вернусь,

И, достав свой холодный наган,

На тебя оглянусь, засмотрюсь.

Что в тот миг запоёт телефон:

«Дорогой, я люблю, я так жду,

Я сошла умереть на балкон,

Но увидела в дыме звезду!..».

* * *

Чуть слышу дней моих теченье.

Чуть вижу дым моих вершин.

Турник да кипяток с печеньем

И верный сердцу никотин.

И для благого настроенья

Достаточно сказать — merci.

А для утраты вдохновенья

Достаточно сменить трусы.

* * *

Душа моя в смиренье стонет.

Душа нашла в мечте покой.

Я счастлив просто быть достойным

Слезинки женщины иной.

Той, что меня мечтой истомной

Щадить как ранняя весна.

Той, что большой любви достойна

И потому умрёт — одна.

Звездочёт

Пока звёзды сияют далёко

Будет верен мечте звездочёт.

Пока в мире от счастья жестоком

Всё смиренно к порогу течёт.

Он однажды собьётся со счёту,

Отзовётся на странную боль

И забьётся в уютную щёлку,

И откроет созвездье-любовь.

Но и в жизни уютной, безбедной

Он призванием будет раздет.

И в любви долгожданной, ответной

Будет верен несчастной звезде.

Будет словно не в пору, не в тему,

И в ночную волшебную тишь

Что-то будет манить его к небу,

На ладони заснеженных крыш.

И принцессу свою, утешая,

Он расскажет ручьям её слёз,

Как к морозу зима молодая

Раздевается в небе до звёзд.

И в том мире — от счастья жестоком,

Кто-то, молча, за главным, учтёт —

Где-то звёзды сияют далёко.

Где-то смотрит на них звездочёт.

* * *

«Дорогая, закрой-ка… оконце.

Я терпеть не могу улиц крик.

Я терпеть не могу рожу солнца:

У меня от неё нервный тик.

Да, задёрни тяжёлые шторы…

И быстрее давай. шевелись!

А то вдруг эти лучики-воры

Украдут у меня вашу жизнь…»

* * *

Умоляла весна: «Налей!».

Умоляла кого-то мать:

«Ты, дочка, до свадьбы не пей,

Перепьёшь до чертей опять».

Слышу маты семейных ссор,

Слышу детский вселенский плач.

Спотыкаясь, бегу за двор.

Рву от жизни по полю вскачь.

И скачу чрез обычный день:

Кто-то женщине морду бьёт,

Где-то честью смешна дуэль,

Кто-то девочку в храм несёт.

Меня гонит любая весть.

Я лечу в свой уютный мрак.

Там волшебен дремучий лес.

Там мой сказочный есть кабак.

Вот, уж кто-то кричит: «Налей!»

Кто-то болен сказать «прости».

Кто-то липнет, как грубый гей,

Каждый что-то устал нести.

Вот я уж рыдаю в голос,

Шатаясь, мочусь на стены.

Вот уж схватил за волосы

Стерву… ту самую стерву…

Проснулся вновь в своей луже:

В кулаке зелёная прядь…

Прости ты, берёзка, мужа.

Перепил до чертей опять.

* * *

Я больше не рисую в прозе.

Но ты, мой друг, стихи – пиши!

А я пойду назад, к берёзам,

Частушки лунные вИршить.

И на себя я не в обиде:

От страха слепнуть не грешно.

Вот жалко — мира не увидел,

А сгинуть с миром час пришёл.

Пусть нет идей для прозы краше,

Своих идей не стою я.

Не стоит их ни время ваше,

Ни руки мудрые огня.

* * *

А я опять грущу, опять страдаю.
Ветер гонит сны помойной вонью.
А я сто лет не пью, зачем — не знаю.
Я сто лет живу, зачем — не помню.

А на помойках новогодний мусор…
И кот помойный молвит: «Погрусти!
На Новый год и сытым кошкам грустно,
Ведь это праздник детства и мечты…»

* * *

Не поймаешь в сети аиста везенья,

Не воротишь журавлей ребячьих снов,

Не посадишь в клетку чайку вдохновенья,

Не удержишь галку – первую любовь.

Улетят с души стервятники прозренья,

И мечта как журавли вернётся вновь.

Будет звать на море чайка-вдохновенье.

Будет мучить сердце курица-любовь.

* * *

Вижу Блока:

Шляпа, пальто, воротник поднятый.

И вот он тихо мне говорит:

«Друг мой, не бойся быть непонятым,

Ты лучше понятым бойся быть…

Что, сказали: читай стихи маме?!

Ах, что ж, возможно, оно и ложь.

Они ж «поняли» «о белой даме»,

Но не поняли – «Иль в морду хошь?».

Любви

От усталости на строчках серый снег:

Слишком близок свет бессмысленных начал.

Я устал, мне нужен просто человек,

Мне нужно тепло её туманных чар.

Мне нужна её горячая рука,

Я хочу под нею голову склонить.

Пусть в тот миг всех жизней лучшая строка

Золотою пулей мимо пролетит.

Мне нужна её целительная чушь,

Что вершит над мыслью истиной воды.

Я устал из сладких сказок звёздных стуж

Возвращаться злом к предчувствию беды.

И в руке моей оборванная нить,

Мне б её к шальному ветру привязать…

Мне нужно тепло величья – просто жить

И за новый день непросто умирать.

Я хочу тонуть лицом в её… руке.

Я хочу руками нежными кричать.

Пусть вершит над близким смыслом вдалеке

Драгоценный свет бессмысленных начал.

Осень-зима 2014-2015

Читать первую часть сборника «Звездочет».