Мое сердце синего цвета

«Моё сердце синего цвета. // Этакий оттенок летнего неба. // Ах, мне бы // перестать отвечать человеком // и начать говорить за поэта». В новом выпуске литературного спецпроекта «Абзац» — стихи выпускницы Лахденпохской школы Александры Душкевич.

Александра Душкевич

Александра Душкевич. Фото из личного архива автора

Я хочу, чтобы Осень была человеком

Я хочу, чтобы Осень была человеком —
Тихим, милым, немного усталым.
Я хочу, чтобы Осень была человеком.
Человеком с душою, подобной кристаллам.

Смугловат и сутул, рот чуть-чуть приоткрыт,
Карий глаз вопрошает несмело:
«И в какой стороне смысл жизни сокрыт?
Жизнь меня за живое задела…»

Невысокий брюнет в золотистой ветровке,
Он с венком из листков в гости к людям придет,
Забывает про грязь он на левом кроссовке,
Помнит только, что грусть и тоску унесет.

Прогоняют его, не приветив, хоть тресни!
Закрывают под носом у Осени дверь.
Помолчав, он уйдет, не оставив и песни,
Ускользнет, как несчастный, отверженный зверь.

Он скитается вечно, без друга, один,
Он молчит и молчит, все страдая.
Среди гор, океанов, лесов и долин
Он ступает, на боль невзирая.

Ну, а я… Жду, когда он придет,
Чтобы вместе грустить вечерами.
Он мне чай очень вкусный с лимоном нальет
И депрессию смоет дождями.

Будем пить тишину с километрами грез
И мечты на двоих разделять.
От реальности, быта, вопросов и слез,
Сговорившись, в туманы нырять.

Посидим мы, обнявшись… Но время течет.
На прощанье прошепчет он нежно:
«Только жди меня, жди. Час мой снова придет,
А пока что пребудет час снежный…»

Улетит снова Осень, прекраснейший друг,
Мой чудесный и добрый дружок.
И закончится счастья мой призрачный круг,
Пропадет, как с березы листок.

Все равно буду ждать! И дождусь, простою
Этот год, бесконечно далекий.
Я осеннюю пору в стихах воспою
И любовью наполню те строки.

Я хочу, чтобы Осень была человеком —
Тихим, милым, немного усталым.

Если б Осень была человеком,
Вся тоска моя б мигом пропала…

 

Над пропастью во ржи

У каждого мечта любая,
Весь род людской над ней жужжит.
А мне бы, в тишине мечтая,
Стоять над пропастью во ржи.

Махнув рукой, задеть колосья
И всколыхнуть златое море…
Ах, на таком-то на просторе
И боле ничего душа не просит!

Стоять бы так, на солнце жмурясь,
Глядеть на всё-всё-всё вокруг:
В полете жаворонки разминулись,
Описывая встречи круг;

Порхнула бабочка, другая,
Кружась игриво над землей.
Взмывает радужная стая,
В день окунаясь с головой.

Бежит куда-то без оглядки
Отряд нестройный муравьишек:
Спешит, наверно, навести порядки…
А сердце бьется громче, выше,

Но я стою. Стою, раскинув руки,
Над пропастью стою. А мне лететь бы,
Забыть бы вкусы, запахи и звуки,
Услышать шёпот голубого неба,

А мне бы жить с весёлыми ветрами,
Щекочущими волосы и щёки,
И пропадать здесь днями, вечерами,
Природою укрывшись от мороки.

Здесь так всё чисто и невинно.
Нигде подобного вы не найдёте,
Пусть даже Землю трижды обойдёте,
Нет повторенья сей картине…

Пускай стою в просторном зале,
Сказали мне пусть: «Микрофон держи!»
Но я душой сейчас не с вами.
Я там – над пропастью во ржи.

 

***

 

Моё сердце синего цвета.
Этакий оттенок летнего неба.
Ах, мне бы
перестать отвечать человеком
и начать говорить за поэта.

Вот представьте:
идёте по улице
в любой из дней,
навстречу уныло хмурится
каждый второй из знакомых людей,
вы в ответ уголком рта
улыбаетесь…
Нет? Да вы что!
Такая ведь красота,
а вы снова за ширмою будней скрываетесь!
Так, давайте снова.
Идёте, улыбаетесь,
(об отрицании ни слова),
и сразу подойдём к кульминации:
внутри всё пылает
и светит,
полным ходом небесного цвета овации
вашу душу до дна заливают,
и прекраснее чувства,
как кажется,
нет и не будет на свете…
Отрицайте,
давайте,
я всё понимаю.
Не каждый отважится
быть за фантазии мозга в ответе.

Люди на объяснения падки.
Чаще всего
всё решает у них любовь,
посылает подальше понятье «загадки».
Мол, светишься ты оттого,
что в желудке порхают букашки,
что он только что рядом прошёл,
что так классно пахнет рубашка,
что тебе было б с ним хорошо,
что ты просто влюбилась
и счастлива.

Но напраслину это, напраслину.

Дело всё в цвете.
Благо оттенками мы богаты.
Например, у меня на примете
есть с зелёным сердечком ребята —
мягкие, добрые, тихие, нежные.
Чёрный уголь в груди — это злобно-жестокие, холодно-снежные.
Жёлтые блики пригреют
в углу мечт и грёз,
розовые бережно
будут греть на груди до встречи букеты из роз.
Есть ещё из избитого:
сердце красное,
сердце страстное,
искушённое и чертовски опасное…

Не могу я терпеть
эти красные,
страстные,
розовые
и другие банальности.

Мое сердце синего цвета,
и это
никогда не утратит своей актуальности.